Но у нас чуть другая ситуация — мы тут по штату. Возможно, временно, возможно и нет. Ничего «своего» пока еще не было. Но это ерунда, обживемся. В Сирии у меня было так же — начинали со всякого барахла, а потом у каждого было свое, персональное обмундирование, свои стволы, примочки и прочее. Всеми организационными мероприятиями обычно занимается командир подразделения, но это будет чуть позже.
Сначала нужно доложить начальнику о прибытии группы.
Едва побросав свои вещи в казарме, мы тут же отправились к зданию штаба, где Игнатьев собирался представить прибывший личный состав здешнему командованию. Командир разведывательного батальона, подполковник Шевцов, крупный и подтянутый офицер с жестким выражением лица, захотел лично посмотреть на пополнение.
— Становись! Равняйсь, смирно! — скомандовал Игнатьев. — Товарищ подполковник, личный состав спецгруппы «Зет» прибыл и готов приступить к обязанностям! Доложил командир группы, майор Игнатьев.
— Вольно! — громким, хорошо поставленным голосом отозвался комбат. — Что это за странное название? Не знаю, как вас учили раньше, но сразу скажу, здесь вам не учебка. У нас тут стреляют и часто. Работы хватает, особенно для разведки. Никому поблажек не будет, службу несут все! Если кто-то прилетел сюда прохлаждаться, рекомендую задуматься!
— Товарищ подполковник, у меня в группе новичков нет! — уверенно ответил Кэп. — И халявщиков тоже. У каждого за плечами достаточно боевого опыта, в Афганистане были все и не штаны в креслах просиживали. У одного только старшего сержанта Громова уже два боевых ордена Красного Знамени, а про список заслуг я молчу. В личном деле все отражено. Мы свою работу знаем, сюсюкаться с нами уж точно не нужно. Введите нас в курс дела, что происходит в близлежащих районах и я вам гарантирую, название группы будет у вас на слуху. И позвольте еще раз напомнить вам, что наша группа «экспериментальная», все стоящие перед вами люди прошли невероятно сложный курс обучения, который ни одна другая группа просто не вытянула.
Слова Игнатьева несколько удивили комбата. Он даже в лице изменился.
— Даже так? Да-а, майор… А представить товар лицом ты умеешь, похвально. Ладно, раз вы бойцы опытные, то пугать вас не буду. Значит так, ваша первоначальная задача, разместиться на территории, получить вещевое имущество, закрепить за собой оружие, и ждать боевой задачи. Вопросы?
— Товарищ подполковник, какого рода задачи мы будем выполнять? — спросил я из строя.
— Те же самые, что и остальные разведгруппы. Охота за афганскими караванами. Вы ведь в курсе, что душманы переправляют караванами оружие, боеприпасы, наркотики?
— Конечно в курсе. В Панджшерском ущелье?
— Да, на юго-западе горной системы Гиндукуш, между Кундузом и Кабулом располагается множество маршрутов, по которым духи перевозят все, что можно перевезти. Также есть районы у Файзабада. Вот именно этим вы и будете заниматься. Каждую операцию курирует полковник Кудасов, наш командир. Обычно в месяц три-четыре больших каравана мы хлопаем.
— Товарищ подполковник, а какова численность Кундузского разведбата? Сомневаюсь, что в этой казарме наберётся триста человек.
Шевцов невесело усмехнулся.
— Всё верно, наш разведбат включает в себя всего девяносто человек. Здесь бойцов даже на полноценную роту не наберётся. Штат у нас не полный, и никогда им не был. У нас имеется три практически полностью укомплектованных спецгруппы, которые ранее проходили обучение в том же самом центре, что и вы. Игнатьев, с их командирами вы еще познакомитесь. Кстати, ровно в восемнадцать часов, будет совещание в штабе, вы должны быть там. Заодно узнаете про обстановку, сводка обновляется каждые шесть часов.
— Есть, товарищ подполковник! Где получать вещевое обеспечение?
— Я отправлю к вам офицера в помощь, он все покажет. Только не нужно бродить по всей территории, это не всегда безопасно. Пока все свободны, майор, ты со мной. Кстати, кто у тебя заместитель?
— Старший сержант Громов!
Я вышел из строя.
Комбат смерил меня придирчивым взглядом, коротко кивнул и отправился обратно в штаб. Кэп двинулся следом за ним.
Когда они ушли, первым голос подал, конечно же, Шут.
— Так, я не понял, он за кого нас принял? Мы вообще-то в Пакистане провели огромную работу, а три остальные группы, посланные туда раньше нас, непонятно чем занимались. Мы тут все успели себя зарекомендовать, прежде чем попасть в учебный центр. Вон, даже Шаман на своем бубне тарахтит так, что хрен повторишь!
Бурят кинул на него косой взгляд, но промолчал.
— Спокойно, Паша… — усмехнувшись, отозвался я. — Скорее всего, это была небольшая проверка. Он прекрасно знает о нашей репутации, да и куда попало, нас не засунут. Кундуз это вовсе не самая плохая дыра, могло быть гораздо хуже. Мы знали, что так будет. К тому же, в вышестоящем штабе, есть те, кому судьба нашего подразделения не безразлична. Так что, будем работать, набивать себе репутацию. Но нам тут не шибко рады…
— Охота на караванщиков? — подумав, спросил Самарин. — Мы несколько раз отрабатывали такие вводные. Теперь пора поработать по-настоящему.
— Не думаю, что нас сразу пустят на что-то серьезное. Этот Шевцов попытается пихнуть нас на какое-нибудь бесполезное дело, просто чтобы посмотреть, как мы справимся.
— Ладно, хватит трындеть! — хмыкнул Урду. — Где будем ждать Кэпа?
— А может быть, сами узнаем, где тут склад РАВ, где вещевой? — предложил Смирнов. — А то мы как туристы явились. Я бы еще на их автопарк взглянул. Так-то нам транспорт нужен.
Общим обсуждением решили, что пока Кэп в штабе, мы сами все сделаем…
Через три с половиной часа, когда с бумажной волокитой было закончено, мы вернулись ко входу в казарму. Спустя несколько минут вернулся и командир.
— Кэп, ну что там? — спросил я, когда заметил его приближение.
— Ну… — вид у майора был весьма озадаченный. Некоторое время он словно размышлял, с чего же начать. — Ситуация в Афгане сейчас, мягко говоря, паршивая! Знаете, почему у нас вертолета прикрытия не было?
Глава 16
Боевой выход
Кэп довел обстановку до всех. Новости были отнюдь не радостные.
Но по сути, ничего нового я не узнал — техники, что обсуживали Ми-8, ранее сказали мне почти то же самое, только вкратце.
По итогу становилось ясно, что боевые вылеты штурмовых «крокодилов» полностью остановлены. Ми-8 еще летали, но и их число, было сильно ограничено. По всему Афганистану было введено особое положение, однако со слов майора Игнатьева, уже сейчас становилось ясно, что командование в растерянности. Летчики не могли летать, потому что от оружия, которым душманы навострились сбивать советские вертолеты, не было защиты.
Сбитая вертушка, это мало того, что дорогостоящая техника, но еще и квалифицированный экипаж, который достаточно сложно и долго обучать. А как известно, душманы сбитых летчиков в плен практически не брали, убивали на месте. Поэтому решение командования о запрете вылетов, вполне себе обоснованы.
Обстоятельства отягощало еще и то, что СССР не обладал информацией о том, какое же именно оружие использовалось. Разведка активно подключила агентурную сеть среди мирного населения, крестьян и торговцев, но пока ничего толкового добыть не удалось. Две недели прошло, а обстановка все еще была неизвестна.
— Веселенькое дельце! — нахмурился Шут. — И что теперь?
— Ничего. Ищут информацию, пытаются понять. Пока тщетно.
— Ну, ясно… — мрачно отозвался Урду. — А пока вертушки не летают, духи будут долбать наши заставы, наши колонны, патрули, так?
— В целом — да! — кивнул майор Игнатьев. — Так, ладно. Это проблема не нашего уровня. Что у нас с документами?
— Все разнесли, Кэп. На довольствие встали. Порядок.
— Отлично. Сейчас отдыхать…
Группа двинулась вперед, а я чуть отстал. Дал знак командиру, что нужно переговорить. Тот кивнул.
Когда остальные удалились, Игнатьев спросил:
