— Еще совсем недавно наш город был совсем не таким… Жизнь здесь бурлила, люди жили богато и счастливо, прославляя Пресветлых Богов и мудрого царя. Но даже великие мудрецы совершают роковые ошибки, когда дело касается женщин! Наш славный правитель был вдовец, и после смерти царицы долго не мог утешиться. Но вот однажды, — старый купец опасливо покосился на дверь лавки, но там все было тихо, — однажды в наш город неизвестно откуда прибыл богатый караван, который сопровождали прекрасные девушки-воины. Во главе каравана, в роскошной колеснице, ехала женщина дивной красоты. Ее сопровождали многочисленные служанки, и ни одного мужчины не было в ее свите.
Эта женщина остановилась на самом лучшем постоялом дворе и послала царю дорогие подарки. На следующий день он пригласил ее во дворец… Вот тут-то все и началось! Наш повелитель сразу потерял голову, и от его мудрости и рассудительности не осталось и следа! Вскоре эта женщина — ты, конечно, понял, о ком я говорю, — стала женой нашего царя. Недолго длилось его счастье! Через три дня после свадьбы он умер. Новая царица прогнала из дворца всех прежних служанок, а слуги-мужчины сгинули неизвестно куда. В городе поселился страх. Каждый день прислужницы царицы Фринии выходили в город и уводили во дворец двоих юношей или молодых мужчин. Больше они не возвращались. — Купец снова оглянулся по сторонам и перешел на шепот: — Я тоже лишился единственного сына… А покинуть город невозможно, ее чары держат нас здесь, как в тюрьме… Когда она изведет всех молодых мужчин, тогда только мы освободимся от этого чудовища. Я скажу тебе, кто она! Фриния — царица змей! И все ее прислужницы — тоже змеи! Они проводят с юношами ночь, а потом их жалят! И тебе грозит то же самое, если не воспользуешься тем, что я тебе дал. Змеи как огня боятся красных тканей. В этой коробочке спрятано тончайшее красное покрывало. Когда тебе будет грозить опасность, набрось его на царицу и убей ее! Убей, ради моего погубленного сына! Ради двоих сыновей этой женщины, которых сейчас поведут на смерть! Слышишь, они их нашли! Прощай, чужеземец, да помогут тебе Пресветлые Боги! — И купец побежал к дверям своей лавки.
За спиной короля действительно раздались крики, плач, звон разбитой посуды, звуки ударов и смех. Дверь распахнулась, и на улицу вышли три улыбающиеся служанки с корзинами, полными фруктов. Следом за ними шли два красивых юноши, обнимая двух девушек, прислужниц царицы. Стражницы, угрожая мечами, удерживали на пороге обезумевшую мать, пока она, рыдая, не повалилась на землю. Ее сыновья, ничего не замечая, кроме прекрасных дев, беспечно улыбались, навсегда покидая свой дом.
Конан, едва сдерживаясь, чтобы не пустить в дело свой добрый меч, сжав зубы, двинулся за ними следом. Краем глаза он увидел купца, с мольбой глядящего на него из-за приоткрытой двери своей лавки, и кивнул ему головой. Когда они шли обратно по дороге, обсаженной высокими деревьями, дворец, залитый розовым закатным светом, казался еще прекраснее, чем днем. Но в нем, как в румяном спелом яблоке, гнездились отвратительные черви, высосавшие сок из целого города. Юноши, которые шли сейчас перед ним, еще утром знали, чем грозит им дворец царицы змей, а сейчас, забыв обо всем на свете, кроме лукавых чар женской любви, направлялись прямо к смерти в пасть.
Несколько раз за время недолгого пути Конан прикасался рукой к потайному карману, словно проверяя, здесь ли чудесная коробочка. Он знал, что ему снова придется испытать на себе волшебное очарование царицы, и был готов к борьбе. Но проклятый талисман…
Проделки Нергала! Где он может быть? Что здесь самое важное? Может быть, эта крошечная шкатулка? Нет, только не она! Его душа не встрепенулась, его рука не ощутила волшебного тепла. С ее помощью он победит царицу — и только… Но это — лишь полдела. Надо искать талисман!
Они подошли к дворцовой стене, и перед ними тут же распахнулись ворота. Во дворе, увитом розами, с журчащим фонтаном посередине, их уже ждал целый отряд вооруженных девушек. Двоих пленников, с восторгом смотревших на прекрасных стражниц, увели в одну сторону, а Конана повели в другую. Он поднимался вслед за прислужницами по лестницам из розового в прожилках мрамора, его вели по галереям, с которых был виден раскинувшийся внизу город.
Наконец, они остановились перед дверью, словно чешуей покрытой тонкими пластинками зеленоватого камня. Из-за двери доносилась приглушенная музыка, теплыми волнами убаюкивающая разум. Конан сжал руки, напрягая всю свою волю, чтобы не поддаться чарам. Лицо его оставалось бесстрастным, но внутри бушевал гнев, как всегда, когда он сталкивался со Злом, обладавшим колдовским могуществом.
Дверь неслышно раскрылась, и глазам Конана предстала комната, залитая алыми отблесками заката. Через широкие распахнутые окна, выходившие на большую террасу, вливался прохладный вечерний воздух, напоенный ароматом роз. Волнующая музыка, кружащиеся в танце фигуры девушек на какое-то мгновение опять заставили его забыть, зачем он здесь, но, прикоснувшись рукой к поясу, в котором была спрятана шкатулка, Конан сразу обо всем вспомнил. Стараясь, чтобы блаженная улыбка, появившаяся на его лице, когда он вошел в комнату, не сменилась хмурой гримасой, он подошел к Фринии, сидевшей поодаль и не сводившей с него глаз.
Странно, но сейчас она не казалась ему такой прекрасной, как утром. Рыжие волосы, густыми локонами рассыпавшиеся по плечам, лишь подчеркивали хищное выражение ее лица, а язык, жадно облизывающий алые губы, напоминал киммерийцу смертоносное жало змеи.
На этот раз царица была одета в легкую тунику цвета слоновой кости с широкой золотой каймой. Едва доходившая до середины икр, она оставляла открытыми красивые ноги с тонкими лодыжками. Конана, как и в первый раз, поразило обилие браслетов, украшавших ее руки и ноги. Они мелодично звенели при малейшем движении, снова и снова приковывая взгляд ее прелестям.
Танцовщицы кружились и изгибались перед ними. Конан, сидя рядом с царицей, видел в них только танцующих змей, несущих гибель. Отвернувшись от девушек, он заглянул в зовущие зеленые глаза царицы и сказал:
— Если ты довольна тем пустяком, который назвала службой, прекрасная Фриния, то я напомню тебе, что приближается ночь! А то я боюсь проснуться, не досмотрев этот сон до конца!
Она засмеялась, и браслеты тихонько зазвенели.
— Ночь уже близко, ты прав, король Конан! Но, пока солнце еще золотит небеса, мы побудем здесь, и я любуюсь тобой, таким могучим! Мне очень нравится, как ты выглядишь, опоясанный широким поясом, мечом и кинжалом — дикий воин из дикой страны. Мы, изнеженные женщины, так любим мужскую силу. Сейчас нам принесут вина, мы еще немного поговорим, а потом… — И ее язык снова скользнул по губам.
