и сам об этом давно думаю. Так, пожалуй, и стоит поступить.
Шестеро магнатов, от которых в Ринканге зависело буквально все, переглянулись и медленно наклонили головы. Решение было принято.
[1] Все эти события подробно описаны в книге И. Эльтерруса «Познай свою суть». (Прим. автора).
Глава 3.2
Поступление на бюджет далось Игорю на удивление легко, что, впрочем, с его идеальной памятью было совсем не удивительно. Невзирая на довольно большой конкурс, он легко прошел, сдав экзамены на отлично. Мало того, немало удивил экзаменаторов, доказав пару теорем оригинальным способом. Арина тоже поступила, причем на «Прикладную информатику» с инженерным уклоном. Они с девушкой продолжали встречаться, с каждым днем все больше очаровываясь друг другом. Понимали друг друга с полуслова и полувзгляда, Игорь раньше никогда не верил, что так бывает. Оказалось, бывает.
Вот только о большой медитации, которую ученик обещал наставникам провести по прибытии в Красноярск, он совершенно позабыл. Обходился ментальным сканированием всего вокруг, держа под контролем местность на три километра от себя. Пару раз это помогло спасти людей, попавших под машины, их удалось выдернуть в последний момент телекинезом, причем парень сделал это так, что все выглядело случайностью. Наставники требовали от него всегда приходить на помощь, если может помочь, но при этом, по возможности, не раскрываться.
Ночами ученик лесных волхвов гулял по крышам города, не спускаясь вниз, если застройка была достаточно плотной. Как он сам себе говорил — косплеил Тарзана. Сна ему требовалось не более двух часов в сутки, а то и меньше, вот и приходилось чем-то занимать себя. Интересы обычных молодых людей, в том числе компьютерные игры, были Игорю полностью чужды и не интересны, вот и приходилось искать что-то другое. Нормального тренировочного зала он пока не нашел, все, в которых побывал, предназначались для начинающих, если показать там хоть десятую часть своих истинных возможностей, то точно засветишься, а это крайне нежелательно. Хотелось бы выйти на Воинов Пути, но как это сделать? Это великолепные бойцы нигде не показывались, хотя их, по словам дедов, с каждым годом становилось все больше. Вот бы в их знаменитые додзе попасть! Но это было крайне маловероятно.
Сегодняшние лекции оказались очень интересными, даже сопромат, от которого стонало большинство студентов. А уж на высшей математике Игорь оторвался по полной, вступив в спор с преподавателем и доказав, что многие задачи можно решать куда более простыми и действенными способоми. Тот сильно заинтересовался талантливым студентом и пригласил его после занятий на кафедру, пообещав познакомить с профессором Лукановским, чьи труды парень читал и очень высоко их оценил.
— Всем добрый день! — поздоровался Сергей Васильевич, заведя студента в комнату отдыха кафедры. — Хочу представить вам молодое дарование. Игорь Таширов. Кстати, Федор Иванович, ваш большой поклонник! Он сумел применить ваш знаменитый метод к аппроксимации множеств и доказал таким образом теорему Харитонова.
— Да что вы говорите? — удивился высокий худой старик в синем, поношенном костюме. — И как вы это сделали, позвольте спросить, молодой человек? Мне самому такое применение в голову не приходило…
— Здравствуйте, Федор Иванович! — слегка поклонился Игорь. — Позвольте покажу. У меня вот в этой тетрадке доказательство.
— Дайте! — велел Лукановский.
Получив тетрадку, профессор погрузился в ее изучение. Минут десять царило молчание, после чего старик поднял изумленный взгляд на Игоря и довольно долго рассматривал его, словно диковинную зверушку. Затем выдохнул:
— Но как⁈ Это же гениально! Невероятно просто и одновременно гениально!
— Мне зимой нечего было делать, — смутился парень. — Жил в таежном селе, далеко от цивилизации, охотился по мере необходимости. Вот и посвящал все свободное время математике и физике, мечтая о космосе. В интернете как-то раз наткнулся на ваши труды. Долго разбирался, а затем попытался применить ваш метод, очень уж он мне понравился своей лаконичностью.
— И никто вас не учил? — поразился Федор Иванович.
— Нет, — покачал головой Игорь. — Наш учитель математики в школе давал стандартную программу, а если я спрашивал что-то не по ней, отмахивался. Он одновременно вел еще химию и физику, бедняга зашивался — у нас, в Серегино, острая нехватка учителей, мало кто хочет ехать в такую глушь.
— Это у нас что же, новый Ломоносов из глухой деревни вышел? — пошутил профессор.
— Да куда мне до Ломоносова! — покраснел парень. — Мне еще учиться и учиться, чтобы толковым космическим инженером стать. Хочу разрабатывать космические корабли. А появится возможность — и самому летать.
— Достойная цель, — кивнул Федор Иванович. — А мы уж постараемся огранить такой алмаз, чтобы стал полноценным бриллиантом. Сразу тебе говорю, молодой человек, что у тебя будут дополнительные занятия лично у меня, во вторник, среду и пятницу, по четыре часа. Вот адрес, — он подал визитку. — Послезавтра в шесть вечера как штык.
— Буду! — обрадовался Игорь, о таком учителе можно было только мечтать. — Спасибо вам!
— Пока еще не за что, — хмыкнул профессор. — Если у тебя есть еще какие-то разработки, захвати с собой, посмотрю.
— Я принесу, — кивнул парень. — До свидания!
Он выскочил из комнаты отдыха, провожаемый одобрительными взглядами преподавателей, и не слышал состоявшегося между ними разговора.
— Побольше бы таких студентов, — вздохнул Сергей Васильевич. — Мы с ним сегодня спорили, а все остальные в группе на это смотрели, как баран на новые ворота. И ничего не понимали!
— Таких всегда было мало, — грустно вздохнул Емельян Петрович Стерненко. — Большинству интересно только гулять и развлекаться.
— Значит, нельзя упустить парня, — констатировал Федор Иванович. — Будем дрессировать по полной и давать все, что только сможет освоить. Надо же, таежный охотник — и гений в математике! А он гений, утверждаю это со всей ответственностью. Мне и в голову не приходило, что можно мой же метод так вот выкрутить. А ведь все верно, парнишка нигде не ошибся.
— Перспективный юноша, — согласился Николай Петрович Готлибов, один из самых строгих и бескомпромиссных преподавателей СибГУ, студенты боялись экзаменов у него, как огня. — Но надо посмотреть не загордится ли и потеряет ли стремление учиться. Я к нему обязательно присмотрюсь.
Остальные сотрудники кафедры высшей математики кивнули, талантливый студент заинтересовал всех. Они впервые столкнулись с тем, что только что поступивший первокурсник оказался способен на такое, и понимали, что подобный талант упускать нельзя. Надо
