морщила лоб, Артем повернул в сторону кольцевой, а не центра. — Эй! Я же еще не ответила!
— Тогда, значит, я тебя похищаю, — усмехнулся Артем.
Кате идея понравилась, главное — ответственности никакой. Настроение у нее было веселое, возбужденное. Она предвкушала, как здорово сегодня проведет время, и только один червячок грыз ее совесть. Вчера обещала Лизе не делать глупостей, а сегодня катит с сомнительным типом неизвестно куда. Ну и наплевать, в конце концов! Моя жизнь, мне и кайф ловить, и расхлебывать! Назло всем поеду, говорила себе Катерина и радовалась, что все так удачно сегодня складывается.
Ехали довольно долго, около часа. Проехали весь Красногорск, въехали в Нахабино. Здесь свернули. Рядом с дорожными указателями на русском языке появились добавочные — на английском. Катя с любопытством глазела по сторонам. Показались внушительные ворота с охраной. Артема, видимо, здесь хорошо знали, пропустили без лишних вопросов.
Машина мягко въехала на территорию то ли пансионата, то ли санатория, Катя никак не могла понять, чего же именно, но спрашивать не хотелось.
— Это загородный клуб, — сказал Артем и без ее вопросов. — Сюда приезжают играть в гольф, в теннис, просто отдохнуть, поплавать в бассейне, пожариться в бане. Некоторые не бедные иностранцы и русские здесь живут, снимают дома.
Они как раз проезжали загородные двух-трехэтажные коттеджи. На газоне играли чьи-то дети, рядом с ними развалился большой лохматый пес. Чау-чау, вспомнила Катя название породы. Недавно видела такого в журнале, у них еще языки фиолетовые.
— А мы куда едем? — Ей вдруг стало немного не по себе, непонятно с чего ощутила незнакомое чувство робости.
— Я здесь на выходные номер снимаю. Сначала зайдем туда, а потом в баньку или в бассейн, куда хочешь.
— Да как же в баню, у меня с собой ничего нет, — растерянно сказала Катя.
— Да там все дадут. А потом сходишь в салон, тебя и причешут, и накрасят, делов-то! Если хочешь, можешь и массаж заказать.
Артем затормозил у кирпичного здания. Катя вышла из машины, осмотрелась. Вокруг было непривычно, не по-весеннему чисто. Солнце с удовольствием обволакивало теплом соскучившуюся по его лучам землю, везде уже зеленела трава, распускались почки. День выдался, что и говорить, прекрасный.
Поднялись на второй этаж, провожаемые вежливыми понимающими взглядами обслуги.
— Сюда, — Артем открыл дверь, и Катя оказалась в двухкомнатном небольшом номере.
Почему-то думала, что Артем сразу начнет к ней приставать. Но этого не произошло. Он зачем-то показал ей, где ванная, предложил выпить вина и достал из холодильника фрукты. Катя все никак не могла взять себя в руки, ходила по номеру как ушибленная, Артем же смотрел на нее с улыбкой:
— Ну что, Катерина? Сходим в баньку?
Она послушно кивнула. Выпили по бокалу холодного белого вина, Артем взял спортивную сумку, и вот они снова на улице. Наслаждаясь солнцем, чистым воздухом, медленно пошли по дорожке.
— Неплохо здесь, — наконец смогла выдавить из себя Катя. Ей очень хотелось показать поклоннику, что ничего ее не удивляет, что эту жизнь она воспринимает как нечто должное, повседневное. Но не очень пока получалось.
Бани предлагались на выбор: турецкая, русская и финская. Выбрали русскую. В ней не оказалось ни одного человека. Кате выдали белый халат, полотенца, тапочки. В женской раздевалке она переоделась. Когда зашла в парилку, то увидела Артема: он лежал на верхнем полке в плавках, уже весь мокрый.
— Присоединяйся, — сказал он.
— Я пока здесь, внизу, посижу, — Катя села, закутанная в полотенце.
Она чувствовала себя странно, словно попала в другой мир. Все здесь было чужое, но вместе с тем такое влекущее. Закрыла глаза, представила, что живет здесь постоянно. Получилось очень даже органично.
— Хотела бы так жить? — услышала рядом со своим ухом голос Артема. Он, обычно такой душевно-тупой, сегодня словно читал ее мысли.
— Неплохо, конечно, — лениво, не открывая глаз, ответила Катя. Жар проникал во все мышцы, в каждую клеточку, хотелось лечь и не шевелиться — только впитывать в себя это щедрое тепло, насыщаться им.
— Ты ложись, — Артем помог ей вытянуться на полке. — И полотенце сними, пока никого нет. — Не дожидаясь ее согласия, раскинул полы полотенца, Катя предприняла вялую попытку к сопротивлению, но истома окутала с ног до головы, двигаться расхотелось совсем.
Она так и не двигалась и не открывала глаз, пока руки Артема ласкали ее тело, а внутренний жар смешивался с жаром бани. Мужчина, видя, что спутница не против, почувствовал себя смелее, и губы его заскользили по ее груди, животу…
Однако вскоре в предбаннике послышался шум, и Катя, испуганно запахнувшись, резко села. В глазах потемнело.
— Пойдем сполоснемся, — Артем помог ей подняться.
Они долго плескались в прохладной воде, потом снова парились, правда, на этот раз в обществе неразговорчивого японца и молодой спортивного вида канадки, которой очень хотелось поговорить по-русски и рассказать новым русским друзьям про свою жизнь. Потом снова плескались.
Артем, как обещал, устроил Кате и массаж, и салон красоты. Чувствовала она себя прекрасно, словно заново родилась. И уже не только снисходительность испытывала к Артему, но и благодарность. И поэтому, когда снова поднялись в его номер и на этот раз он церемониться не стал — сразу повалил Катю на кровать и сорвал с нее одежду, — она не очень и возражала. Так, скорее для очистки совести допыталась его одернуть, но Артем даже и не слушал.
Получив свое, довольно откинулся на спину, пробормотал:
— Наконец-то. Давно же я этого ждал.
Катя молча встала, сходила в ванную, быстро вымылась. Она не ощущала ни укоров совести, ни особенного удовлетворения, так, что-то средненькое.
Когда вышла, Артем уже был одет, ждал ее.
— А сейчас обедать, — бодро сказал он. — Я черт знает как проголодался.
В ресторане, где Артема многие знали, кивали ему и окидывали оценивающими взглядами Катю, она уже не чувствовала ни робости, ни смущения. Теперь ей казалось, что только так и должно быть, только здесь ей и место.
Домой она приехала не очень поздно, еще никто, кроме нее, не вернулся. Долго стояла перед зеркалом, смотрела на свое отражение — пыталась найти в лице следы порока и измены. Но ничего такого не увидела — увидела красивое, немного уставшее лицо молодой женщины. Ну, может, в глазах появилось чуть больше цинизма, ну и естественно, грусти — последствия нового этапа познания жизни.
20
Скандал разразился через полтора месяца. Все это время Катерина исправно каждую пятницу встречалась с Артемом, вкушала красивой жизни. К любовнику по-прежнему относилась со странной смесью уважения и презрения. Он водил
