— Хорошо-хорошо. Успокойся. Шестьдесят, так шестьдесят, — поддался на шантаж ограбленный парень.
— И… это, — немного смутившись, быстро оглядевшись по сторонам, сестра потребовала, — Больше не разговаривай с тем человеком, которому ты её отдал. И не верь ему!
— Почему? — он сделал глупость, вступив в спор с обиженной сестрой.
— Потому что все мужики — лжецы! — заявила таким уверенным тоном, будто знала о чём говорит, вызвав у брата недоумение.
— Это была женщина.
— Женщины вдвойне обманщицы. Им, бедняжкам, приходится врать и за себя, и за мужчин, — она почему-то решила, что это смягчающее, а не отягчающее обстоятельство.
— И тебе? — Цукуда попытался подловить её, продолжая держать оборону «последней крепости человечества».
— Я ещё девочка, — она тут же нашла отговорку.
— Понятно. А девочки втройне лживее, — он сделал вид, что познал свет истины, подняв взгляд к потолку.
— Чё ты сказал⁈ — агрессивно пнула дверь, прибегая к последнему аргументу, ещё никогда её не подводившему.
— И злее, — совсем тихо добавил парень, открывая кран с водой.
Глава 11
На следующей неделе на работе произошли очередные внезапные перестановки. Только я сработался с директором Накамурой, наладил взаимопонимание, как пришла другая Накамура и потребовала от него вернуть меня на место. Сказала, попользовался, пора и честь знать. Директор возразил, заявив, что пока я не закончу начатый проект, который он посчитал перспективным, ни о какой чести и слышать не желает. И потом, что ему с ней делать? В ответ на обвинение, сложив руки на груди, Накамура-сан спокойно согласился с тем, что он жадина-говядина. Из-за этого родственники между собой немного поспорили на повышенных тонах, за чем я наблюдал с большим интересом, посасывая через трубочку сок из пакетика. Забавное зрелище. Меня большие начальники так ещё никогда не делили. Даже не знаю, за кого болеть.
Всё решил аргумент: «Ты ведь не забыл, в чьих руках находится краник, откуда на вас льются денежки? Я ведь могу его и прикрыть. К примеру, отклонить несколько заявок, посчитать нецелесообразным выделение средств в прежнем объёме на то или на это.»
— Стерва, — по-семейному, недовольно, но беззлобно обозвал её дядя.
— Бесстыдник, — парировала довольная шантажистка Эйко-сан.
А потом пришёл «лесник», то есть секретарь вице-президента, и разогнал всех по своим местам. Мне он выдал приказ явиться под светлые очи другого директора, отвечающего за отдел закупок. Как ни странно, но Сакаки-сан не имел отношения к семье Накамура, а являлся профессиональным, наёмным управленцем высокого уровня. Беспомощно пожав плечами, я виновато улыбнулся Накамуре-сан, показывая, что и рад бы вернуться, да не могу. Я человек подневольный. Вице-президент в данной организации будет всё же поважнее финансового директора, хотя формально они равны. В некоторых компаниях эти должности занимает один и тот же человек.
С досадой хмыкнув, одарив нас раздражённым взглядом, Эйко-сан решила оставить последнее слово за собой.
— Ничего не хочу слышать. В финансовом отделе сейчас не хватает людей. Мацумото-сан, возьмите у Наойи материалы и подготовьте их до конца этой недели. Мне всё равно, где и когда вы будете этим заниматься. Не справитесь, я вас уволю. На этом всё.
Развернувшись, она гордо ушла, громко цокая каблучками. Примечательно, что фразу про увольнение она построила через слово kubi, а не kaiko. Хорошо, что ещё рукой по шее не провела, чтобы было нагляднее. Чего она такая злая? Эти дни, что ли, наступили? Неужели пришла пора сдавать отчёт?
— У Сакаки-сан работа несложная. Там у вас будет много свободного времени, так что вполне успеете выполнить все задание. Не расстраивайтесь.
Когда так говорят, значит, со временем будет напряжёнка.
— Вряд ли Накамура возложит на стажёра слишком много ответственных задач. Я попрошу Сакаки-сан относиться к вам снисходительнее, — в благодарность за мои труды, утешил дядя Эйко, жалея, что не он первый догадался пойти тем же путём.
Теперь повесить на меня ещё и его проект будет уже перебором. Я всё-таки не осьминог. Кстати, про ответственные задания. Других я у него в отделе и не получал, так что не слишком-то в это верил.
— Спасибо, Накамура-сан, — сделал небольшой поклон вежливости.
Кивнув на прощание, огорчённый мужчина ушёл, раздумывая, кого бы ещё «осчастливить», передав зависший проект.
Найдя кабинет директора Сакаки, я узнал, что его нет на месте. Однако на мой счёт уже было оставлено указание. Меня отправляли в пятизвёздочный отель Рётте, расположенный в регионе Канто, на севере от Токио, возле курорта Ханкэ. Помимо того, что там открывался прекрасный вид на горы, на долину, имелся чистый воздух, красивые пруды, речка, парковая зона с обширными участками дикой природы, это место знаменито своими геотермальными источниками.
Согласно приказу, я на некоторое время переходил в распоряжение управляющего отелем, господина Отоя Кано. Причём без уточнений, на какое, что с моими полномочиями, обязанностями, рабочим графиком, проездом, проживанием и прочими вещами. Никто не спрашивал, создаст ли мне это какие-то неудобства или нет? Хочу ли я этого? Что делать в пятницу и субботу, которые, вроде как, у меня нерабочие, но, судя по распоряжению, вдруг стали рабочими. Вот что значит в большой компании трудиться простым смертным, а не наследником могущественного рода. Вряд ли это инициатива деда, скорее директора Сакаки, которому на меня плевать с крыши небоскрёба.
Можно было объявить протест и уволиться ко всем чертям, в конце концов, у меня есть собственные компании, с голоду не помру, но что тогда делать в следующий раз, когда вновь столкнусь с ещё большими сложностями? Снова от них бежать? Звонить деду и жаловаться? Срок моей стажировки в Теннояма не оговаривался, но вряд ли он сильно затянется. Успокоив себя этой мыслью, поехал искать указанный отель.
С помощью путеводителя относительно быстро добрался до указанного на карте места. Сеть дорожной инфраструктуры в регионе Канто развита очень высоко, так что проблем с этим не возникло. Полтора часа езды на машине, и я уже на месте. Япония — достаточно компактная страна, не по площади, сильно вытянутая в длину.
Отель Рётте выглядел очень роскошно, подобно тем курортам, которые Мацумото раньше всегда избегал, как разорения. В этот раз всё было иначе. Зайдя в лобби отеля, напоминающее дворцовый зал, дошёл до стойки ресепшена, поздоровался с миловидной девушкой в униформе, похожей на стюардессу. На её дежурную фразу и улыбку ответил, что не собираюсь становиться постояльцем, а приехал по работе. Объяснил, кто я и откуда. Та с кем-то связалась по телефону, после чего направила меня в бухгалтерию, придав провожатого из сотрудников отеля, одетого в красивую форму похожую на мундир.
Управляющего отелем я тоже сегодня так и не увидел. Пока ещё слишком мелкая для него птица. Вместо этого познакомился с печальным и даже каким-то замученным мужчиной по фамилии Горо, занимающим должность главного бухгалтера. Когда дед мне обещал, что я буду знакомиться с важными людьми, он явно не это имел в виду.
Горо-сан сильно удивился моему приезду. Потом обрадовался, узнав откуда меня прислали. По его словам, он даже не рассчитывал, что его просьбу удовлетворят так быстро и качественно. Оказалось, что в отеле на следующей неделе планировалось провести встречу писателей и сценаристов. Устроить для них творческий вечер, встречу с поклонниками, благотворительный ужин. Всё, как полагается, ради привлечения внимания общественности к отелю и демонстрации его уровня. Так и слышалось — дома высокой культуры.
Главным офисом уже были разосланы приглашения, сделаны объявления, выделены деньги. Вот только в самом отеле об этом узнали в самую последнюю очередь, поэтому даже не приступали к подготовке данного мероприятия. Команда организаторов из главного офиса посчитала, что в отеле и так всё есть. Он в любое время готов к проведению подобных собраний. Поэтому Отоя-сан в панике принялся звонить в главный офис и ругаться, объясняя, что за несколько дней о таких вещах не сообщают.
