Откуда-то сверху начал проникать слабый свет, и я облегченно вздохнул. Все-таки нам удалось выбраться!
Голоса становились все слышнее и отчетливее. Люди наверху о чем-то горячо спорили между собой. Я уже набрал полную грудь воздуха, чтобы окликнуть рыцарей, когда до моего слуха донеслись обрывки одной из фраз:
— … Оке никого не пощадит! Если он смог вернуться сюда даже из преисподней, то не для того, чтобы миловать нас!…
Я замер на месте. Кто-то второй задал вопрос. Но слова были произнесены так тихо, что мне ничего не удалось разобрать.
— Нет! — ответил первый голос. — Мы будем стоять до конца! Мы не оставим своего Принца!…
— Потуши факел, — шепотом велел я Ларке. Осторожно, стараясь не шуметь, мы поднимались по лестнице. Я держался левой рукой за сырую от влаги стену, а правой поудобнее перехватил рукоять меча. Что-то я ничего не понимаю. Что происходит? Кто это разговаривает?
— Думайте сами, — произнес первый голос. — Вам теперь решать, с кем быть дальше! С Оке или со мной!
— Мы уже решили! — прозвучал ответ.
— Тогда иди! Иди, и пусть небеса хранят тебя и твоих людей!…
Этот голос вдруг показался мне знакомым. Кто-то из рыцарей Тилака? Но о чем они говорили?
Воздух вдруг наполнился запахом гари. Дышать стало трудно. В горле защипало. Ларка осторожно кашлянула, прикрывая рот ладонью. Я шикнул на нее. Мы уже стояли на небольшой площадке, завершающей лестничный марш. В боковой стене виднелся пролом, через который проникали слабые лучи красноватого пляшущего, словно в безумном танце, света. Будто здесь развели большой костер.
— Оке, — пробормотал голос, — Оке… Будь ты проклят!!! Будь ты!…
Я шагнул в пролом. За мной последовала Ларка. А затем раздался ее удивленный сдавленный крик.
Мы оказались в просторной комнате. Узкие стрельчатые окна, тянущиеся до самого потолка, были залиты багровыми отсветами полыхающего снаружи огня. В комнату медленно вползали клубы едкого дыма. Возле одного из окон стоял человек в изумрудно-зеленом плаще. На крик Ларки он обернулся, и глаза его полыхнули красными отблесками пожаров.
— Ты?! — вскричал он и схватился за меч. Но пальцы его тут же бессильно разжались.
— Ты пришел… — обреченно проговорил он. — Пришел за мной… Будь ты проклят.. Я знал, что это случится… Я знал, что ты никогда не простишь мне того, что я сделал…
Я плохо понимал, что именно он говорит. До меня вдруг дошло, что красноватый отблеск его глаз не имеет ничего общего с отсветами огня за окнами. Это просто был их естественный цвет. Цвет глаз, присущий всем Бессмертным в ту пору, когда еще звучала для нас «песня смерти», позволявшая перемещаться с невероятно высокой скоростью. И я наконец-то вспомнил этого человека. Вспомнил и подумал, что теперь-то у меня есть возможность с ним поговорить.
— Здравствуй, Крон, — сказал я, делая шаг к нему. Крон попятился, и лицо его исказилось от ненависти.
— Как ты попал сюда? Хотя для тебя теперь уже нет никаких преград… А это кто с тобой?
— Моя спутница.
— Мне показалось, что это Йорка, — проговорил Крон.
— Нет, Йорка сейчас… — я запнулся. — Она на Риифорских болотах. Крон усмехнулся.
— Если под стенами Диирия располагаются Риифорские болота, тогда ты не ошибаешься! Ни к чему меня обманывать! Я только что видел ее внизу. Она командует одной из степных армий? Кстати, вот и она! Посмотри сам, если не веришь! — рассмеялся Крон, показывая рукой за окно. — Вон она, на коне, рядом с… Что?!
Лицо Крона исказилось от ужаса. Он высунулся в окно, вцепившись руками в подоконник. Потом отскочил в сторону и вжался в угол комнаты. Глаза его испуганно перебегали от окна ко мне и обратно.
— Ты… — пробормотал он. — Ты!… И здесь, и там, внизу!… Ты!…
Я догадался, что случилось, хотя и не мог понять, как это произошло. Видимо, мы каким-то непонятным образом перенеслись в прошлое. Причем попали именно в то время, когда моя армия осаждала Диирий. И отсветы огня за окном были пожарами, охватившими крепость. А под стенами стояла Степь, моя армия, со мной во главе…
— Значит, ты пришел, чтобы убить меня, — хмуро заключил Крон. — А я тебя убить не могу. Нельзя убить человека, который находится сразу в двух местах…
Крон… Самый верный и отважный мой соратник. Можно даже сказать, мой друг, если у Бессмертных вообще возможны друзья. Сколько раз я представлял себе наш несостоявшийся разговор! Как я сожалел о том, что мне так и не удалось даже попытаться уговорить его перейти на мою сторону! И вот теперь такая возможность у меня появилась… Но я не знаю, с чего начать!…
— Послушай, Крон, — решил я пойти напрямик. — Почему ты не хочешь сдаться? Почему ты не выйдешь из крепости, не пошлешь своих людей для переговоров?
— Не смейся, Оке! — резко ответил Крон. — Ты не затем вернулся, чтобы миловать! Ты вернулся, чтобы карать! Разве нет?
— Да! Чтобы карать! Инксов, а не людей! — Я вдруг почувствовал себя так же, как и четыреста лет назад — вождем Степи, командиром кочевников, Богом и знаменем людей, борющихся за свою свободу, за свою жизнь.
— Инксов и людей, которые им служат! — дополнил фразу Крон. — Как Бессмертного Дара! Нет?
— Дар уже мертв, — согласился я. — Но он не захотел вести переговоры. Он был глуп и подл. А ты?
— Считай и меня глупцом, если тебе так будет легче, Оке! Мы не покинем крепости!
— Почему?
— Если бы ты видел Ландера! Он был у меня в замке, когда сюда добрались остатки армии Дара, убитого тобой под Хадром. Если бы ты видел, как Ландер испугался! Если бы ты слышал то, что он говорил, ты бы понял — почему!
— Ландер — подонок!
— Как и я! Как и Дар, Принц Хадра! Как и мы все…
— С тобой мы бы смогли договориться!
— О чем?!
— Ты не помнишь?! Ты забыл, как мы вместе брали Гдан?! Как ты спасал меня от смерти? Ты забыл, что Йорка именно тебе обязана своей жизнью? Ты забыл, что мы с тобой всегда были вдвоем, плечо к плечу?
— Плечо к плечу… — опустил глаза Крон. — Нет, Оке. Я все это помню. Однако, уходя, ты оставил вместо себя командиром Ландера, а не меня.. Нет, нет! Я не в обиде! Это было твое право! Но я не думаю, что мог поступить иначе, чем поступил вскоре после твоего ухода. Я ДОЛЖЕН был перейти к инксам! Чтобы спасти своих людей. Я не хотел губить их, как Ландер. Твой преемник…
Крон глубоко вздохнул.
— Ты бросил Степь, — проговорил он.
— Нет, Крон! — возразил я, — Ты знаешь, что это не так! Я не бросил армию, меня обманом заманили в тот, иной мир! Я там был не по своей воле! И при первой же возможности я вернулся в Межгорье!
— Вернулся… — пробормотал Крон, — Это неважно, почему ты покинул армию. Важно то, что ты сделал это. Ты оставил нас всех на произвол судьбы! И мы спасались, как могли! А теперь ты вернулся и собираешься призвать нас к ответу за то, что мы оказались слабее тебя. За то, что мы находили такой выход из положения, какой считали возможным. Ты сумел пробудить ненависть в кочевниках. Ты сумел заставить их ненавидеть инксов. Ты думаешь, что сам я очень люблю этих тварей? Ошибаешься, Оке!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
