— Прекрасно, но я должна вам кое-что сказать. Сара, я чудесно провела время в Лондоне, но решила не оставаться на Рождество. Возник вопрос, который требует моего присутствия, и Юэн останется у вас, а я должна буду уехать домой сегодня же вечером.
— Мне грустно это слышать, дорогая. Ты стала мне настоящей подругой, и мне будет не хватать твоего общества. С другой стороны, я понимаю, что такое семейные узы, и велю Бербриджу приготовить для тебя экипаж.
— Спасибо, Сара, но в этом не будет необходимости, — сказала Мойра, краснея от смущения. — Я уже все устроила сама.
Наступило неловкое молчание. Леди Каннингем только помешивала ложечкой чай.
Мойра чувствовала себя виноватой: графиня относилась к ней с таким доверием, но до тех пор, пока о помолвке со Стюартом не будет объявлено официально, она не могла рассказать ей больше.
Своевременное появление Бербриджа, который очень торжественно сообщил, что герцог Брамптон приехал повидаться с леди Мойрой, разрядило обстановку.
Мойра извинилась и чуть ли не выбежала из столовой.
— Дорогой! — воскликнула она, бросаясь в объятия Стюарта.
Они обменялись нежными поцелуями и отстранились друг от друга.
— Я так волновалась, всю ночь не сомкнула глаз.
Стюарт поцеловал ее в лоб и схватил за руки.
— Со мной было то же самое, мой ангел. Поэтому я решил вместо сна собрать вещи и привез их теперь с собой. Я подумал, что мы можем выехать, как только ты будешь готова.
Мойра едва дышала от радости. Если такой будет ее жизнь в качестве жены Стюарта, скучать ей не придется!
— Ах, милый, ты застал меня врасплох. Но мы не можем уехать, пока я не увижусь с Юэном. А еще я обязательно должна поблагодарить леди Каннингем за гостеприимство.
— Тогда пойдем на прогулку и вместе обсудим наши действия, — предложил Стюарт, не изменяя своей практичности. — Пусть горничная соберет твои чемоданы, а после прогулки мы вместе пойдем к леди Каннингем и все ей объясним. На Бонд-стрит есть замечательный цветочный ларек, в котором можно купить для нее букет.
Мойра побежала наверх одеваться. Стюарт остался ждать ее в холле.
Идя рядом с ним по улице, девушка была уверена, что прохожие считают его таким же красивым, каким он виделся ей. Она гордилась своим избранником.
— Ты, конечно же, понимаешь, что мы сможем обвенчаться только после Рождества, — медленно произнес Стюарт. — Я совсем забыл, что необходимо соблюсти положенный траур, прежде чем состоится наша свадьба.
У Мойры замерло все внутри. Так не пойдет. Семейные дела не могут долго ждать, ведь кредиторы фактически у ворот.
«Ах, этого не может быть, — в панике думала она. — Как же я спасу Лендок, если будет такая задержка? Ничего другого не остается: придется рассказать Стюарту о нашей беде».
— Дорогая, тебя что-то тревожит? — спросил Стюарт, когда они пересекали Баркли-сквер, — ты уже пять минут молчишь. Ты, конечно, расстроилась, что свадьбу придется отложить…
— Стюарт, ты должен кое-что знать. Я не хотела тебе говорить, но последние твои слова заставляют меня это сделать. Мое положение не так безоблачно, как можно предполагать. То, что ты видел в Лендоке этим летом, было всего-навсего декорацией, выставленной в честь Ларри Харвуда. Правда заключается в том, что отец поехал с ним в Америку и потерял все: замок, угодья, наши деньги, наше наследство.
— Я знал, что Лендок не так богат, как в былые времена, но понятия не имел, что все настолько плохо. Как такое могло случиться?
Мойра опустилась на скамейку и заплакала. Потом она вытерла глаза, пытаясь взять себя в руки. Как ужасно признаваться в крахе.
— Харвуд пообещал отцу, что он утроит свои деньги, вложив их в какие-то рудники под Нью-Йорком. Отец не догадывался, что Харвуд мошенник, который обманом лишит его земель и дома.
Стюарт сделал глубокий вдох и в недоумении посмотрел на девушку.
— Но это же вымогательство! Вы сообщили в полицию? Уверен, окажется, что граф не единственный человек, которого одурачил Харвуд.
— Нет, нет, это лишь усугубило бы положение вещей, а отец не пережил бы скандала. Он и без того болен и не встает с постели. Мама с ума сходит от тревоги. Мы с Юэном подумали, что, если поехать в Лондон и найти себе богатых супругов, можно будет откупиться от кредиторов Ларри Харвуда.
Мойра бросила на Стюарта затравленный взгляд. Она чувствовала себя очень неуверенно теперь, когда все ему рассказала.
«Ах, только бы он не подумал, что я разыграла любовь, лишь бы добраться до его денег!» — подумала она, но тут же отмахнулась от этой мысли. Она знала, что ее любовь сможет преодолеть все преграды.
— Ты никому об этом говори, Стюарт. Пожалуйста!
— Но, Мойра, мы должны предупредить властей.
— Стюарт, это невозможно. Кредиторы из американского банка уже должны были к этому времени начать распродавать поместье. Слишком поздно…
Стюарт в смятении покачал головой.
— Если бы ты только сказала мне раньше, Мойра, я мог бы выручить вас. Я еще не получил наследства Брамптонов, но через несколько дней оно станет моим. Я с радостью помогу твоему отцу.
Мойра с благодарностью посмотрела на Стюарта. Как она его любит!
— Милый, мы должны как можно скорее вернуться в Лендок. Сама весть о нашей помолвке может улучшить положение семьи. Чем скорее мы уедем, тем лучше.
— В таком случае отправляемся сегодня же днем. Зайдем к цветочнику — и скорее на Курзон-стрит. К обеду мы уже можем быть на пути в Тильбюри.
Упало несколько слезинок, когда Мойра сообщила леди Каннингем, что появление Стюарта ускорило ее отъезд. Леди Каннингем понравились цветы, но она сказала, что букет никак не заменит ей приятную компанию Мойры.
Юэн обнял и нежно поцеловал девушку.
— Дорогая сестричка, — пробормотал он, — напишу, как только будут новости. Я намерен сделать Эмили предложение во время охоты, которую устраивают после Рождества. А может, и раньше. Честно говоря, мне хотелось бы сделать это уже сегодня днем.
— Береги ее, Стюарт, — сказал он, повернувшись к другу. — Скоро увидимся.
Возница щелкнул кнутом над головами лошадей, и коляска покатилась прочь от дома Каннингемов.
Мойра, к своему удивлению, тихо заплакала. Она очень сдружилась с леди Каннингем и была тронута тем, как расстроил графиню ее отъезд.
Несмотря на тревожные предчувствия Мойре хотелось поскорее вернуться в Лендок.
«Очень надеюсь, что на долю мамы и папы не выпало худшее, — думала она под убаюкивающее покачивание коляски. — Ах, если бы только приехать вовремя!»
* * *
«Победоносный» стоял на якоре в порту Тильбюри, ожидая их приезда. Мойра вздрогнула, выйдя из коляски на набережную.
