теплого бока дракона и с наслаждением откинулась назад, позволяя спине передохнуть. — Только отдохнем немного, хорошо? Я очень устала.
Глава 16
Он сразу понял, кто стоит за спиной. По изящной руке без перчатке, по тонкому, но такому привязчивому цветочному запаху. Роза. Ей кажется, будто она уверенно держит нож у его горла. Но кожей шеи Манфред чувствовал, как дрожит её рука. Еще немного и порежет. Если не сильно, то сгодится ли это за первую кровь между их королевствами? А если сильно, то ему будет уже всё равно. Только бояться в конце этого длинного, слишком длинного дня сил уже не было. Вот он и не боялся.
— Если ты явилась насчет покувыркаться, то прости, милая, я сегодня уже пас, — только и заметил он. — Зачем ты вернулась? Вас всё еще ищут.
— И не только нас, но и эту дурацкую принцессу, — отозвалась Роза, перенося руку с ножом много ниже. От горла убрала и то уже порадовало. Манфред неожиданно легко научился радоваться совсем небольшим мелочам. — Неплохо бы нам найти её первыми.
— Я бы не отказался, — согласился Манфред, лениво размышляя, насколько его брюки удачны для того, чтобы сдержать удар лезвия. Пришло время жалеть, что он не боевой магик, чтобы ходить вечно в полном облачении. — Но я-то могу на ней жениться, а зачем она тебе, моя дорогая.
— Внучка короля? — Роза нервно хихикнула и от этого лезвие чуть сильнее надавило на ткань. Впрочем, цветочная быстро исправила свою оплошность. — Да ты шутишь, Фредек. Ты вовсе не так глуп, каким хочешь казаться. Иначе не ускользнул бы так легко. Но знаешь, что? Жадность губила и более серьезных магиков. Не стоило тебе начинать продавать эти чудесные браслеты.
Манфред сначала услышал щелчок и потом только посмотрел на свои руки. Разумеется, тут Роза была права. Браслеты были придуманы для Фабиуша, на нем одном и должны были оставаться. Манфред знал, что рисковал, но он полагал, что риск в другом. Что кто-то разгадает его работу и продаст секрет Мейнгриму. Уж точно он никак не рассчитывал увидеть свое детище на своих же запястьях. Смешно.
— Ты же понимаешь, пока ты толкала свою пылкую речь, я остановил все порталы в доме и убил те, что висят на твоей руке? — спросил он, звякнув браслетами. — Покидать дом придется ножками, моя дорогая.
Рукой без перчатки он отодвинул лезвие от своего паха и медленно прошел к креслу, что стояло у кровати. Сел, нет, рухнул в него и прикрыл глаза. Проклятый Мейнгрим со своей пурпурной феей! Проклятая Радослава неизвестно где, загадывающая свои загадки. Проклятая Роза. Почему нельзя было дать ему передышку. Хотя бы в пару дней!
— Убить меня тоже не получится, — продолжил он с закрытыми глазами, слушая злое пыхтение Розы, пытавшейся проверить его слова про порталы. — На мое физическое состояние закольцованы порталы короля и пары безымянных. Я нынче довольно важная птица, представляешь?
— Возможно, ты лжешь, — неуверенно произнесла Роза.
— Возможно, — согласился Манфред, с тоской думая, что если бы его не измотала Ульфила, он бы еще огого. Может, он поэтому и женился на Еве, что она была не только богата, но и очень опасна? Но дома она стала скучной и совсем не такой страстной, как он ожидал. Её страсть была в битве, а ему она даже угрожала довольно редко, лишь после измен. Куда чаще угроза исходила от её брата. Хорошо еще, что возбуждение касалось только опасных женщин и Грима он просто терпеть не мог.
— Ложись и спи. — Роза растерла какую-то травку над ним. — И как можно сильнее пожелай увидеть принцессу. Помни, что от этого зависит твоя глупая жизнь.
Манфред снова не испугался настолько, что даже не сказал, что он уже видел Радославу во сне. Без всяких травок, но через Еву. Хватит, что он сказал это Ульфиле, а значит, и Гриму.
Он послушно поднялся из кресла и лег в постель. Как знать, может эта травка поможет и он снова увидит Радославу? В этот раз он будет куда убедительнее. Что там любят женщины? Он станет на колени, покается во всем подряд, пообещает позаботиться о Фабиуше и забрать его в свой дом. Ему всего и надо — узнать, где именно она находится.
А еще он очень сильно хотел увидеть Еву. Ему на самом деле надо многое сказать Еве. Сон пришел быстро. Тьма. Та самая, почти живая и густая. Он продирался через что-то черное и густое как кисель и наконец вынырнул. Как ему показалось, потому как он остался в полной темноте. Манфреду казалось, что он в абсолютной пустоте.
— Радослава! — неуверенно позвал он, и его голос потонул в живой тьме. — Ева!
Радослава не появилась, Ева тоже. Манфред понятия не имел, как долго он бродил в этой тьме. В какой-то момент он почувствовал, что ходит по щиколотку в холодной воде, но не успел этому даже обрадоваться — всё равно ни Радославы, ни Евы не было. И в отличие от собственного сна, из навеянного травами Манфред не мог даже сам вернуться.
— Ну что, ты видел её? — лицо Розы было не тем, что сейчас было нужно Манфреду. Он был раздосадован неудачей и устал за сон куда больше, чем мог рассчитывать от сна.
Да и Радослава. Он придумал столько слов, которые должны были заставить сухое злое сердце принцессы растаять! Разумеется, он не собирался сдавать Радку цветочным. Он готов был наврать про то, что видел и глупенькой Розе. Но вот заполучить себе и заодно уберечь их вместе с Евой от всех врагов… Почему бы нет.
А эта дура как-то умудрилась закрыться. Ну ведь дура! Пусть даже ребенок родится, пусть он будет походить на Грима, он будет тоже пространственником как Фабиуш. Его можно отдать Гриму или Еве взамен на два легких развода. Ну не годился Грим для интриг, самое большое, что смог — узнать только сейчас, что у него будет ребенок. Да еще использовать пурпурную фею для такой мелочи. А толку-то?
Но Роза ждала.
— Я видел её, — вдохновенно начал врать Манфред. — Странное место. Вокруг тьма и вода. Она не захотела меня даже слушать.
— И всё? — Роза села на кровать рядом.
Манфред убедился, что руки её пусты, но
