Рядом с жилищем было маленькое спокойное озеро, окруженное заснеженными горами. Небо было настолько ярко-синим, что глазам стало почти больно. Она никогда не видела ничего подобного.
Блуждая по кабинету, Ханна выглянула из окна в сад. Открывшийся вид показался ярким и оживленным. Позади дома она увидела несколько гольф-мобилей, ее просветили ранее, что данный транспорт использовал обслуживающий персонал, чтобы добраться до конюшен.
Она определенно хотела увидеть их обитателей, прежде чем уедет отсюда. Ведь она была родом из Западного Техаса, так что верховая езда была частью ее воспитания. Дэкс и Слэйд обещали взять Ханну на прогулку верхом на этой неделе. Ну а сегодня все ее тело слишком болело, после того как пара голодных мужчин преподали ей урок "верховой езды", который длился всю ночь.
Девушка почувствовала, что ее лицо краснеет от этой мысли. Ночь была идеальной, за одним исключением: из-за возникшей неприятной ситуации между ней и Гэвином.
Дэкс и Слэйд поклялись, что обидные слова их старшего брата ничего не значат и что тот борется с какими-то своими внутренними демонами. Возможно. Ее босс мог быть очень одиноким, но в глубине души это был человек с огромным сердцем.
Ханне было известно о его любовницах. И она знала, что у него их перебывало слишком много, как знала и о его холодной договоренности с ними, что не способствовало его собственному счастью. Но сейчас Гэвин, казалось, не был склонен к тому, чтобы поменять статус-кво, и его внутренние демоны выигрывали. Что заставляло девушку пересмотреть свое решение остаться с Дэксом и Слэйдом.
Она не могла стать причиной распада их семьи. Братья были нужны друг другу, и если старший не разберется, как преодолеть то, что съедает его, Ханна серьезно опасалась, что окажется разделяющей стеной между ним и младшими братьями. Утверждения Гэвина, что она недостаточно хороша, очень сильно ее ранили. Девушка плакала, в то время как Слэйд удерживал и покачивал ее, уверяя, что она была всем, что им необходимо. Он поддразнивал, говоря, что без ее организаторских способностей у него была бы сплошная путаница, а Дэкс без ее успокаивающего влияния чувствовал бы себя постоянно как слон в посудной лавке.
Даже если босс отказывался признать это, он нуждался в ней ради нее самой. Слэйд настаивал на том, что если бы старший брат действительно придирался к тому, как она представляет его или Black Oak, он давно бы ее уволил.
Ханна знала, Гэвин всегда все держал под контролем, если думал, что нужны изменения. Но даже если он лгал ей - и самому себе - она по-прежнему находилась между ним и его братьями.
Позже Дэкс наполнил для нее ванну с пеной и пузырьками. После чего братья отвели ее к огромной комнате с джакузи и заставили забыть обо всем. Девушка чувствовала себя подобно принцессе, когда они поклонялись ей, окружая ее спереди и сзади своими мощными телами, омывая ее тело и волосы и уверяя ее в том, что она идеально им подходит. Они также утверждали, что нужно набраться терпения и дать Гэвину немного времени, чтобы он смог к ним присоединиться.
После этого Слэйд удерживал ее, в то время как Дэкс брил ее киску. Затем мужчины по очереди ласкали ее обнаженную плоть языками.
В течение нескольких блаженных минут она забыла о боли, вызванной словами Гэвина.
Этим утром было то же самое. Они обняли ее и снова любили, а затем начали обучение.
Она встала перед ними на колени, Дэкс, терпеливо объяснял положение сабы, в то время как Слэйд готовил ее к чему-то еще. Мышцы ее ануса крепко сжали анальную пробку, которую он глубоко в нее ввел. Это было постоянным напоминанием о том, чего они от нее хотели. О том, чего ей до боли хотелось им дать.
Но теперь Ханна оказалась одна. И мысли о Гэвине снова пробрались в ее разум.
Блуждая по прихожей, она услышала настойчивый звук фортепиано: кто-то ловко управлялся с этим клавишным инструментом. Бабушка любила музыку, и девушка хорошо училась в музыкальной школе. Это был ее любимый отрывок из печального этюда Шопена.
Заглянув в гостиную, которую накануне вечером показал ей Слэйд, она попыталась отыскать источник звука. И тут же увидела Гэвина, который сидел за огромным черным роялем и играл словно профессионал.
Ханна многое знала о своем бывшем боссе, но никогда не думала, что он может так красиво играть на фортепиано. Музыка заполняла все пространство душераздирающей мелодией, разрывая ее сердце на части. Онемев, девушка остановилась и пристально посмотрела на старшего из братьев. На фортепиано стояла бутылка водки, почти полностью опустошенная Гэвином. Она взглянула на часы на стене. Час дня.
Ханна никогда не видела, чтобы он выпивал больше, чем несколько глотков водки с тоником, и уж тем более в полдень. Почему ее бывший босс напивался? Из-за ссоры со своими братьями? Его, обычно удеально уложенные, темные волосы находились в беспорядке, а угольно-серого цвета пижамные штаны были помяты. Он даже не потрудился надеть рубашку.
Мужчина проигрывал каждую ноту, а девушка следила за тем, как мускулы на его плечах, бицепсах и груди перекатывались и были напряжены. Ханна никогда не видела обнаженную грудь Гэвина Джеймса. Она сжала свои руки, чтобы удержать их при себе. Его лицо, его образ, даже манера игры на фортепиано, - все в нем говорило о силе и власти. На его широких плечах лежала ответственность за компанию с многомиллиардным капиталом, которая благополучно процветала в течение десятилетия. Они также были способны подмять девушку под себя, взять и удерживать в плену..... Нет. Она не позволит ему использовать "провинциальную девочку", которая не была достаточно для него хороша.
Мужчина яростно стиснул зубы, пока его тело покачивалось в такт музыки. Играя следующую серию нот, он одной рукой потянулся за бутылкой, делая большой и долгий глоток.
Гэвин выглядел... измученным. Не она ли была тому причиной?
Внезапно игра с резким бренчанием клавиш остановилась, и он сел на скамью перед фортепиано, широко расставив свои ноги; его серые уставшие глаза смотрели на нее с обвиняющим выражением. Она очень сомневалась в том, что он спал вчера вечером.
- Ханна. Вот только тебя мне здесь и не хватало, - в его сердитом голосе послышалось небольшое пренебрежение, что заставило ее вздрогнуть.
- Сожалею, что потревожила тебя. Я пойду, - она начала отступать из комнаты, но его голос остановил ее.
- Ерунда. Ты никуда не пойдешь, моя красивая маленькая девочка. И все дело в том, что ты не уйдешь даже тогда, когда я буду спать. Ты всегда будешь рядом. И теперь все намного сложнее, потому что кроме меня рядом с тобой будут Слэйд и Дэкс. Я буду слышать, как они трахают тебя каждую долбаную ночь, слушать твои стоны удовольствия. Теперь я никогда не смогу избавиться от твоего образа.
