на память оставить. Это же феникс, — восхищённо протянула она, чуть ли не обнимая птицу.
Вот как ей отказать? Как? Что за странное чувство в груди?
— Ладно, — неохотно согласился я. — Где твоя верёвка?
Девушка запищала от радости и побежала к прицепу. Хорошо, что мы недалеко от него отошли. Я не решился отойти от птицы, чтобы не разрушить созданную связь, поэтому в этом коротком забеге девушку охранял Уран. И уже через полчаса Лавина и волк примчались обратно.
— Попроси феникса опустить голову, так проще будет, — ласково попросила девушка.
Я отдал мысленную команду, и птица наклонилась. И уже через пару минут Лавина завязывала морской узел. Догадываюсь, кто её этому научил.
Вскоре я, со страхом, забирался на гигантского орлана. Не был уверен, что она вообще нас выдержит в полёте. Страх комом поселился в горле, но я молчал.
Велел Урану следовать за птицей со всех ног, рассчитывал так нехило сократить расстояние до города. Перед полётом покормил волка и дал ему напиться воды. Он насупил уши, снова показывая, что всё понял. А я переживал, что он не успеет. Что мы скроемся из вида раньше, и тогда придётся искать Урана по всей округе.
Мы сидели на спине орлана, крепко привязанные к нему.
— Держись крепко, — велел я Лавине, хотя на самом деле говорил это для себя.
— Держусь. Лавина Эдуардовна к взлёту готова! — задорно объявила она.
— Ага, — только и смог выдавить я.
Страх поселился в каждой клеточке тела. Но больше всего я боялся, что Лавина это заметит. Поэтому изо всех сил вцепился в перья, что птица аж фыркнула, зажмурил глаза и мысленно велел ей взлететь.
Орлан разогнался на своих мощных ногах, расправил огромные крылья, и мы оторвались от земли. Хотелось кричать, но я стиснул зубы. «Лети в Князево, но не упускай из вида волка» — приказал я, и птица хорошо меня поняла. Это было понятно на уровне интуиции.
Лавина визжала от восторга, а я не мог заставить себя открыть глаза.
— Как же здорово! Это лучший день в моей жизни! — воскликнула она.
Ветер бил мне в лицо, но вскоре страх поутих. Я по-прежнему из всех сил держался за перья, но смог открыть глаза. И обомлел.
Красная пустошь внизу заканчивалась бесконечной темнотой. Я не видел внизу Урана, хотя мы летели относительно низко.
На самом деле, хорошо, что было темно, иначе боязнь высоты взяла бы верх надо мной. А так практически ничего не было видно, кроме редких животных, обладающих биолюминесценцией.
Через несколько часов полёта страх и вовсе отступил, и я чуть было не уснул. Но рассветное солнце ослепило меня, тем самым придав заряд бодрости.
Посмотрел вниз, и с облегчением выдохнул. Уран резво бежал за нами, словно у него был бесконечный запас сил.
А вскоре вдали показались знакомые очертания леса, в котором и находился город.
— Надо спуститься в пустоши, пока деревья не заполонили всё. Иначе у птицы не будет места для посадки, — громко уведомил я Лавину.
— Пусть садится на дороге. Там как раз удобно, — прокричала она, ибо встречный ветер уносил звуки.
— Ага, взлётно-посадочная протоптанная дорога, — усмехнулся я.
— Что? — ветер заглушил мои слова, и девушка переспросила.
Я не стал отвечать, а вместо этого отдал фениксу команду идти на снижение. В свете солнца его перья утратили былую яркость, оставив лишь белые и коричневые цвета. Теперь в птице угадывался лишь орлан, а не сказочный феникс.
Птица мягко спикировала вниз. Мне казалось, что ещё миг, и она рухнет на землю. Но вместо этого она приземлилась на ноги и пробежала метров пятьсот с распахнутыми крыльями. Я чувствовал, как бьётся её сердце. Орлан явно устал от нежданных попутчиков.
Мы слезли со спины птицы и первым делом размяли затёкшие ноги, а уже потом избавились от верёвок. Лавина погладила и поблагодарила птицу на прощание.
Ей было тяжко расставаться со сказочным существом, но мы не имели права лишать воли свободолюбивую птицу, тем более это было куда опаснее, чем приручить волка с повадками собаки.
Кстати, о волке: лай Урана раздавался со стороны дороги всё громче и громче. Будто он просил подождать его.
Я мысленно отправил птице команду: «Улетай, спасибо тебе», и птица в тот же миг замахала огромными крыльями и поднялась в воздух.
— Я буду скучать, — тихо произнесла Лавина.
— Я тоже, — с грустью осознал я. — Мы почти дома.
Мы поели и дождались Урана. Волка тоже не обделили и позволили ему отдохнуть, а то бедный так бежал, что аж запыхался.
И, когда солнце поднялось высоко над горизонтом, мы выдвинулись к городу. Правда его силуэт скрывала радиоактивная пыль, и оно казалось лишь просветом в сером осеннем тумане.
На воротах дежурил Синий. При виде этого подонка, моё лицо невольно скривилось от отвращения. Он встретил нас со словами:
— О! Вы ещё не подохли? Ну сейчас мы это исправим!
Глава 13. Друзья и враги
— Не смешно, — процедил я, подходя к частоколу.
— А я и не шутил, — задорно ответил Синий и вскинул автомат на плечо.
Я тут же окружил себя, Лавину и Урана защитным куполом. По плотности сделал его таким же, какой развернул при выходе из бункера.
— Синий, заканчивай уже этот цирк! — злобно выкрикнул я.
Вместо ответа в нас полетела автоматная очередь. И Синий очень удивился, когда все пули взорвались яркими вспышками об купол.
— Хватит х*рнёй страдать! Зови Князя!
— Сейчас! — Синий прекратил вести огонь, когда понял, что это бесполезно.
Он скрылся за забором, а я, сжимая кулаки, только и думал, как бы его прикончить.
— Вот же скотина, как его земля вообще носит? — злобно пробубнил я.
— Так вызови его на дуэль, — предложила Лавина. — Он сразу, как шёлковый ходить будет.
— С чего бы?
— Ты же явно сильнее его. Сильнее всех в этом городе, ну кроме Князя, и то я не уверена кто бы победил, если бы вы сошлись в бою.
— Надеюсь мы этого не узнаем.
Князь появился через целых полчаса, а до этого мы не решались заводить Урана в город.
— Ну и где ваша плата? — не скрывая усмешки, первым делом спросил он.
— В плутониевой пустоши осталась. Я тебе советую снарядить машину, пока бункерские не прознали и не пришли обратно забрать. Там всё по списку, что я показывал.
Он косо посмотрел на меня. Пришлось рассказать и про наш конфликт с главой совета, и про заминированную тачку, только про Феникса я умолчал.
— А это что за мутант и
