лопнули, и Незрина с ликованием выпрямилась в полный рост, вытянув руки, чтобы поймать посох. Таран кинулся к ней.
Король Ллиффант на своих огромных крыльях с места взлетел в небо и отрезал путь ворону, выбив у него из клюва посох. Жезл с грохотом прокатился по скале и остановился у ног Беатрис.
Незрина разразилась самонадеянным хохотом.
– Девочка, отдай его мне, – вкрадчивым голосом приказала она.
Беатрис помедлила и взглянула под ноги. Октавия увидела торжество на жестоком лице Незрины и почувствовала, как сердце заколотилось в груди. Беатрис медленно подняла голову и долгим взглядом посмотрела на колдунью, потом встретилась с глазами сестры, точно такими же.
Широкая улыбка озарила лицо Беатрис. Она наклонилась, схватила посох одной рукой, а другую положила на шар. Марта просияла и опустила на неё свою.
– Что ты делаешь? – как безумная закричала Незрина. В голосе её послышалась растерянность.
Фелисити улыбнулась и положила свою руку, затем Октавия проделала то же самое и кивнула Отто. Когда его ладонь легла сверху, их соединённые руки засверкали ярким светом. Сияние передалось посоху и разбило его на тысячи осколков. Дети ахнули.
– Не может быть! – завопила Незрина. – Что это за магия? – В ярости она обернулась к королеве Розине, которая направляла на злодейку свой посох.
– Это, дорогая сестрица, самая могущественная магия на свете – та, которой тебе никогда не постичь. – Королева Розила взяла за руки подошедших мужа и дочь; их общая сила прокатилась по ним волной, создавая ауру, которая озарила тёмное небо.
Незрина, казалось, стала меньше ростом, крылья поникли, и голова обречённо упала на грудь. Октавия только успела подумать: «Что она сделает дальше?», как вдруг тёмная фея сунула руку в складки платья и вынула склянку. Ни секунды не сомневаясь, она открыла пробку и выпила содержимое до дна.
– Неси, остановись! – закричала королева Розина, но её сестре уже нельзя было помочь; собственно, она уже не была её сестрой: на её месте появился ещё один чёрный ворон с серебристым опереньем на крыльях. Он облетел собравшихся, громко каркнул и бросился догонять Тарана. Под раскат грома птицы улетели прочь. Королева Розина проводила их взглядом, пока они не превратились в две крапинки на светлеющем небе.
Королева со вздохом обернулась к Блумам:
– Теперь вы в безопасности.
– Не совсем. – Мама шумно выдохнула и взглянула на Октавию. – Нам надо поговорить о твоей привычке в рискованных ситуациях бросаться вперёд сломя голову, – с укором произнесла она.
Все засмеялись, Октавия ойкнула, а Феррен испуганно пискнула и забралась поглубже в карман. Пан неодобрительно щебетал над головой.
* * *
Раненых перевязали, а уцелевших отправили пленить последних стражников Незрины, которые всё ещё рыскали вокруг.
Октавия и Отто сидели бок о бок и смотрели на восход солнца; свет играл в их медных кудрях. Марта и Фелисити рассказывали Беатрис, что произошло в её отсутствие. В свою очередь Беатрис призналась им, что у неё нет ясных воспоминаний о времени, проведённом у Незрины, – только отдельные вспышки.
– Одного не могу понять: откуда у меня взялась способность к магии?
– Я могу ответить. – В сопровождении Айры к девочкам плавно подошла королева Розина; в лучах восходящего солнца её платье переливалось фиолетовым, зелёным и синим. – У нас с вами есть общие предки – родители принца Кирана. Он женился на смертной женщине, и Блумы происходят от одной из их дочерей, а мы с Незриной – потомки сестры принца, которая стала королевой после его отречения. Похоже, что в твоих венах, Беатрис, течёт изрядное количество его волшебной крови. Моя сестра всегда отлично чувствовала магическую силу. Она увидела в тебе средство усилить своё могущество и попыталась использовать дар, доставшийся тебе по наследству от дальнего пращура, в своих интересах. Во всех вас течёт волшебная кровь, но она сильно разбавлена прошедшими веками, так что способности к магии для человека большая редкость, – печально завершила королева и задумчиво посмотрела на Октавию и её брата.
Отто хихикал над шалостями Феррен, а Пан дразнил мышку сочной красной ягодой, взлетая так, чтобы она не могла достать угощение.
– Возможно, пришло время перемен, – пробормотала королева сама себе. Она кивнула детям, грациозно встала и пошла к своей семье.
* * *
Обратный путь в замок Энвис отряд проделал с лёгким сердцем. Единороги весело цокали, их разноцветная окраска, как роскошный букет, радовала глаз.
– Не терпится увидеть маму с папой, – призналась Беатрис, ласково гладя шею Церулеуса.
Октавия заметила, что кузина почти светится от счастья. Длинные волосы были теперь заплетены в косы вместе с маленькими голубыми цветочками, а тёмное платье сменилось удобными легинсами и туникой.
– Мне тоже, – кивнула Марта, – хотя… по этой стране я тоже буду скучать. – Она оглянулась на лес Розины, откуда их провожали взглядами дикие животные, а потому не заметила удивления, с которым посмотрели на неё другие дети.
Октавия со смехом подстегнула Ксанти, чтобы догнать Отто. Брат приветствовал её с улыбкой, и они вместе поскакали через деревню Блумсвилл, где их ждал заметно беспокоившийся Финниан. Увидев Сорена, он просиял и с облегчением воскликнул:
– Ах, мой сын, ты вернулся! – Он распахнул руки, чтобы похлопать эльфа по широкой спине.
– Рад тебя видеть, отец, – ответил Сорен, изящно спрыгивая с Эмбера.
Повязки из целебных растений сотворили волшебство и излечили раны. Сорен помог отцу собрать единорогов и отвести их в загон.
Ксанти заглянула в глаза Октавии.
– Я буду скучать по тебе, – сказала девочка, гладя её по мягкому носу.
Животное тихо заржало и мотнуло головой. К её восторгу, из рога Кстанти появился жёлтый цветок и упал в протянутую руку девочки. Он звенел, словно хрустальный колокольчик.
– Спасибо, – со слезами на глазах поблагодарила Октавия.
Она проводила взглядом Ксанти, которая присоединилась к своему табуну, на сердце легла грусть, и девочка готова была разрыдаться.
Мама подошла к ней сзади, нежно обняла и прошептала:
– Пора возвращаться домой.
Бросив последний взгляд на единорогов и махнув на прощание Сорену, который увлечённо разговаривал с Эвони, Блумы стали подниматься по извилистой тропинке к замку.
* * *
В ворота они вошли под звуки фанфар. Весь двор собрался, чтобы поприветствовать победителей. Октавия счастливо улыбалась Бриар, Соррел, Алоре, Хав и Хевве, которые махали ей из толпы.
Королева Розина подняла посох, и мгновенно воцарилась тишина.
– Я приглашаю всех в большой зал на торжество, – объявила она.
Волшебный народ разразился восторженными возгласами и хлынул в зал, по-прежнему пышно украшенный для Предосеннего бала. Цветы занимали все поверхности и свешивались с потолка длинными гирляндами. Еда и напитки появились, как только кухонные феи по
