шерстью боками. Я подпустил тварей поближе, выставил перед собой конец посоха. Между мной и чудовищами появился коридор из разреженного воздуха, и именно по нему я выстрелил собой.
Ловкость и высокая реакция позволили мне в полёте всадить посох в крохотную для такого огромного тела глазную щель монстра. Оружие вырвало из рук, да и удержать его я не слишком пытался. Едва шест унес в сторону монстр, я кувыркнулся и телепортировался в сторону: лучше озираться и высматривать оставшихся монстров с позиции, где их точно нет, чем иметь даже крохотный шанс нарваться на атаку.
Переместившись, я огляделся. Монстр трясся в агонии, шест торчал из глазной впадины твари. Подумав, я решил разделаться с одним из троицы иначе: я телепортировался к голове монстра, а потом, выждав секунду, положил ладонь на жесткую шерсть, растущую на шее твари, и переместился обратно.
После телепортации я охнул от внезапной слабости и побежавшего от кончиков пальцев холодка: резерв просел практически до дна. Однако оно того стоило: вместе со мной перенеслась и часть туши монстра.
Идеальное средство против лишённых щитов неуклюжих противников. Знал бы о таком методе атаки, не стал бы возиться с монстром в пещере. Однако, тогда мне было не до экспериментов, да и вплотную к твари приближаться не хотелось.
Оставшись вдвоём, монстры не отступили. Судя по всему, моё убийство стало смыслом их жизней: маленькие глаза кротов горели безумной яростью, и монстры преследовали меня по всему полю битвы, центром которого я выбрал столб с девчонкой. Адепт, кстати, времени зря не теряла: сидела, закрыв глаза, прижимала руку к боку и восполняла запасы бао. Я бы на её месте занимался тем же самым: мало ли что сделает спасший её адепт, и что за свою помощь потребует, а всего один удачно выпущенный каменный шип успокоит излишне похотливого юнца. Я уже вижу, как растекается энергия под столбом.
Я попрыгал по пустыне, восстанавливая энергию до максимума, а потом замер, приглашая тварей в атаку.
Монстры снова пошли на меня с двух сторон. Я попробовал применить на одного из них заклятье пут, но монстр разорвал сгущенный воздух: созданное в расчете на человека заклинание не выдержало мощи монстра.
Я дождался, пока ладонь покроется потрескивающими синими искрами, переместился в упор к кроту и приложил ладонь к его боку.
В заклинание я отправил добрую треть резерва. Монстра сильно тряхнуло, и туша рухнула, подергиваясь: без траты энергии на электрический пробой в воздухе заклинание не потеряло ни единицы мощи. В месте, где я пятерней коснулся кожи монстра, сожгло короткую шерсть и оставило шкворчащий ожог. В свежем морозном воздухе запахло жареным мясом и палеными волосами.
На последнего монстра я налетел, как ураган: попробовал рубить и колоть тварь коротким мечом, но оружие, даже с приложением к удару всех моих немаленьких сил, не могло пронзить толстую шкуру, которая пружинила под ударами. Ладно, теперь шест…
Шест тоже не повредил шкуру. А я уж думал, раз мой боевой шест камни раскалывает, то пробьёт, что угодно…
Монстр неуклюже пятился на подгибающихся лапах. Судя по скорости, с которой он отходил, отступать такие твари не умеют, и этот такому полезному навыку научиться уже не успеет.
Я бил по костяным пластинам на морде, по шее, проверяя, какие из ударов для монстра окажутся самыми болезненными. Похоже, кроме толстой и невероятно прочной шкуры и костяных пластин на морде, монстры ничем не отличаются от своих менее энергетически пропитанных собратьев с окраины пустыни. По крайней мере, рёбра под посохом трещат, как им и полагается.
Прикончил монстра через глазницу, когда выяснил об анатомии псевдокротов все, что мог.
— Не развеешь бао под столбом? — спросил я у девушки, не наступая на напитанный энергией песок. — Не комфортно мне. Да и сама спускайся: вижу же, из последних сил держишься.
— Ты кто? — девушка не спешила радовать меня обещанным "делай со мной что хочешь". Я был в обычной одежде, купленной в Лурсконе, а не в осточертевшей форме Утренней звезды, так что могу понять опасение девушки.
— Куда важнее — кто ты, — я даже не старался успокоить девчонку-адепта, с ходу расплываясь в уверениях, что мы — адепты одной школы.
— Я — Лилин. Школа Утренней звезды.
— Нильям, та же школа. Спускайся давай, если бы захотел — уже тронул бы, и столб не спас.
Не скажу, что откровение девушку успокоило, но та все-же использовала собранную энергию, чтобы спуститься на грязный снег, перемешанный с песком.
— Отчаянная совсем? Зачем одна и без подготовки в пустыню сунулась?
— Нас трое было, — нервно и быстро заговорила девчонка. — Шли привычным маршрутом, и вдруг откуда ни возьмись — такие твари… Мы вообще не знали, что такие существуют! Товарищи погибли…
— Потому что готовиться нужно к походам, — без особой жалости сказал я, глядя, как девчонка трясущимися пальцами достаёт полосы чистой ткани из кожаной наплечной сумки. Кроме сумки у девушки ничего при себе не было.
— Мы и готовились! — огрызнулась девчонка. Адреналин после битвы у той по-прежнему едва ли из ушей не хлестал. — Место, куда мы собирались, было трижды проверено, экипировка у каждого была…
— Почему не купили артефакты телепортации? — перебил я девчонку. — Артефактная экипировка — это отлично, как и всякие сани с облегчением веса и прочая полезная муть, но артефакты телепортации могут спасти твою жизнь. При не слишком больших вложениях энергии взамен.
— У меня был артефакт! — нервно возразила девчонка. — Хороший жезл с заклятием перемещения: купила с рук за довольно низкую цену… Только что-то пошло не так, и камень души в артефакте потрескался и разрушился, когда я… отступала.
Я хмыкнул и потребовал:
— Покажи.
Артефакт был цел, но от камня души осталась лишь каменная крошка. Я вытряхнул осколки из гнезда для камня, сдул пыль и аккуратно очистил костяные иглы, которые должны касаться камня для работы. По идее, они вообще вживляются в камень, но сейчас, без инструментов, я провернуть такое не смогу.
Я достал из рюкзака камень, добытый из тайкуна, и как мог, закрепил поближе к костяным иглам и связующим рунам. Без инструментов сложно иначе поместить неподходящий по размеру камень в пазы.
— А где твои боевые артефакты?
— Дорогие эти артефакты, — тихо произнесла Лилин.
Пока я возился с камнем, девушка, неловко шевеля левой рукой, скинула с себя тулуп. Школьный
