Мероприятие и так уже затягивалось — стемнело. Но и это входило в мой план, собрать людей вокруг и развлекать их несколько часов. Объявив перерыв на обед, я заявил что таэнцев буду посвящать после пира. По случаю праздника, даже зашел в палатку переодеться — я сам чувствовал, как воняю. Весь день в латах на солнце. А до того в седле. Вообще, самая жуткая вонь, которую может издавать исправно потеющий от физических активностей мужик, который не моется неделями — просто меркнет на фоне запаха от лошадей. Хотя, если себя латники содержали по всякому, лошадей берегли. Чистили и ухаживали за ними каждый день. Даже сейчас, после битвы, прежде чем снять латы внимательно осмотрели коней, проследили чтобы они были напоены, чтобы пажи начали их чистить, и только потом начали пить вино и участвовать в моих затейливых развлекухах. И все, же коняшка скотина здоровая, воняет иногда так, что аж глаза слезятся. И это на открытом воздухе. И не преувеличение. Запах очень резкий, специфический. Поэтому местные в походе к запахам становились малочувствительны. Но вот на меня изредка накатывало. Сказывался иномировой опыт. В этот раз моя чистоплотность оказалась очень кстати — в палатке обнаружился совершенно забытый нами пленник. Он почти перепилил о походный стул свои веревки, так что зашли мы вовремя. Я перерезал веревки когтем, и пока он тяжко стонал, разминая затекшие ноги и руки, спросил его:
— Как твоё имя?
Мне пришлось подождать, прежде чем получить ответ. Даже хотел послать за лекарем. Но все обошлось — Сперат и в самом деле умел в связывание. Кровообращение не перекрыл полностью. Хотя, еще пару часов и ноги бы у моего пленника точно отсохли. Я хладнокровно смотрел как он мучается, и не пытался ему помочь своим лечением. Берег манну. После того, как наш пленник был развязан и вынут из доспехов, я увидел физически хорошо развитого, но очень молодого паренька, примерно шестнадцати лет отроду.
— Гей да Лана, — сказал он, когда я уже забыл свой вопрос.
Я хмыкнул. Ланс радостно гоготнул и хлопнул в ладоши. Но не потому, что ему, так же как и мне, показалось забавным имя пленника. Лана были известным и богатым купеческим кланом. Нечто самое близкое к транснациональной корпорации, учитывая местную специфику. Собственно, даже в Караэне было несколько купцов с фамилией Лана. Несмотря на аристократическую фамилию, их представители редко встречались на поле битвы. Потому что купить фамилию было можно, а вот с боевой магией дело обстояло трудней. Впрочем, и над этим они работали, как подсказывала мне богатая на семейные связи память Магна. Если бы не это, я бы не задал свой следующий вопрос.
— Кто твой отец?
— Фел Лана, — ответил парнишка покраснев и потупив взгляд. Внезапно «забыв» благородную приставку к фамилии.
— А мать зовут Роза? — уточнил я.
Пленник угрюмо кивнул. Отказываться от родителей тут не принято. Зато с именами можно и схитрить. Например, назваться фамилией матери. Фел Инобал, это дядя Аста Инобала, который взял в жены девушку из купеческого рода. Или, скорее, его продали Да Лана как быка производителя. Никто не знает, сколько да Лана дали семье Инобал за это золота в приданное. Зато все знают, что именно после этого Инобал смогли подкрепить свои старинные притязания с помощью недешевых людей с острым железом. Золото хорошая инвестиция только до тех пор, пока кто-то не начинает инвестировать в боевую сталь.
— Тогда правильнее будет называть тебя Гей Инобал, — сказал я. Раздался шорох вытягиваемого из ножен клинка и мимо меня мелькнул Волок со своим любимым кинжалом в кулаке. Только моя нечеловеческая скорость позволила мне успеть перехватить его за руку с кинжалом и не дать пырнуть Гея. Отшвырнув Волока в руки Ланса, который ловким приемом бросил его на землю, уселся сверху, заломив моему молчаливому но предприимчивому пажу руку. И невозмутимо удерживал Волока, пока тот рычал и рвался. Я вернулся к разговору с пленником.
— Получается, ты племянник Аста Инобал. Так?
— Да. А ты убийца моего дяди, Магн Итвис. Вероломный предатель, убийца своей сестры, мучитель брата и кровосмеситель! — закричал мне в лицо Гей. Истерично, с надрывом. Очень соответствуя имени. Прямо королева драмы, куда деваться.
— Кстати, все хочу спросить, — сказал я. — Почему у Инобал имена такие дурацкие? Ни на что не похожие?
— Это древние имена, принятые в семье Инобал еще когда они стояли по правую руку от Императора… — вскинулся Гей. Практически каждая семья, так или иначе принесшая клятву верности Престолу Пустому и Хранимому, обычно получала от Регента в комплекте родословную. В которой, разумеется, их предки были прямо рядом с Императором. И всегда по правую руку. Я бы из принципа место у ягодицы попросил, чтобы выделиться.
— Да нет, в Империи имена были другие, — хмыкнул я. — Клеон, Вукол… Хотя, если их неправильно записать, а потом глупо прочитать… Может быть…
Я задумался. Ну да, местный алфавит, на самом деле, был далек от совершенства. А в Древней Империи вообще писали слоговым письмом. Сейчас читали только согласные, слоги большей частью угадывали по смыслу.
— Ты меня убьешь? — не выдержал Гей моей недолгой паузы. И покосился на рычащего Вокула.
— Волок, — сказал я, не обращая внимания на Инобал. — Тебе нужен не этот Инобал, а другой. Слышишь?
Волок затих, тяжело дыша. Ланс, впрочем, тоже выглядел уставшим. Все таки мой паж сильно прибавил в силе и весе за то время, пока мы вместе.
— Этого тоже надо убить! — веско сказал Волок, вызвав удивленные возгласы у Сперата и Ланса.
— Возможно. Но я бы хотел, чтобы ты обосновал свое мнение, — спокойно ответил я.
Волок угрюмо молчал. Я сказал вежливым, но строгим тоном:
— Давай договоримся. Больше не нападай на людей без моего приказа, если только они мне не угрожают. Хорошо?
Дождавшись, пока Волок кивнет, я дал знак Лансу его отпустить. Волок встал, размял руку, и молча подошел к Гею. Встал сади. Кинжал он в ножны так и не вложил.
— А ты, Гей, почему хотел в меня воткнуть свое копьё? — оказывается, мне очень не хватало тупых шуток. Статус обязывал быть серьезным, как гранитный памятник. Однако, если твои шутки никто не воспринимает как шутки, то они не считаются. Очень удобно.
В ответ парнишка аж задохнулся от возмущения.
— Ты! Вы, сеньор! Как же⁈ Ведь вы! — он повел себя очень похоже на хорошо распропагадированного человека. Когда у таких спрашивают очевидные, по их мнению, вещи, но они внезапно не могут дать ответ. Он наконец нашелся. — Вы убили моего дядю!
— Он первый напал на меня. Из засады. Пытался застать меня врасплох. Как ты. Но я убил его в честном поединке. И тебя бы убил, если бы ты не сдался, — кивнул я. — Вы, Инобал, очень тупые, и подлые. Аст Инобал убил мать человека, который стоит за тобой, чтобы украсть её лошадь.
— Это ложь! — попытался возмущенно взреветь Гей. Но вместо этого он жалобно пискнул, оглянувшись на Волока. Тот смотрел на него очень неприятным, пустым взглядом. У Гея затряслись губы. Не хватало ему опыта в стрессовых переговорах. Или вырос не среди знати. В смысле, не в семейной военной корпорации. Там с пеленок учат прежде всего умирать, а потом уже все остальное. А чего это я вот прямо самодовольный такой сижу? Потому что итвисовским нюхом чую, что не аристократическая в этом Гее косточка. Крестьянин, вернее, купец. Но в военном деле натаскан он хорошо, кто-то им занимался. Кстати…
— Ты пытался ударить меня магией воздуха. Это твой талант? — спросил я.
Гей густо покраснел. Секунду назад был бледный от ужаса, а теперь кожа всего на два тона светлее, чем у Гвены. Никакого самоконтроля. Впрочем, я бы на его месте тоже неизвестно как светофорил. Я, в смысле обычный я. Мне легко людей критиковать, в Магне-то сидючи. Итвис вообще психопаты все, как на подбор. Страх им неведом. На вопрос о талантах к магии, Гей ожидаемо упорно отмалчивался. Времени с ним возиться не было, потом поговорим. Хотя это интересный момент.
Инобал знамениты своей магией льда. Отсюда и синий цвет на гербе. Что-то с этим Геем мутно. Краснеет он потому, что ждет обвинения своей матери в походе налево, надо думать. Видимо, не в первый раз.
