Может, он пожаловался Кольму.
Эта мысль заставила Франческу снова опуститься на постель.
Ну конечно. Заказ ей устроил Кольм. И о ее исчезновении генерал, несомненно, сообщил ему. Он хотел увидеть портрет завершенным. Так что... да, вполне возможно, что он связался с Кольмом. Контракт есть контракт.
Что, если Кольм пытается найти ее в этот самый момент?
В ней вновь вспыхнула надежда. Кольм найдет ее. Хозяйка пансиона знает, что она уехала с графом Миэром. Кольм непременно приедет за ней.
Все очень просто. Возможно, он уже едет сюда, и этот фарс с исполнением роли Сары наконец-то закончится. Он все объяснит, увезет ее домой, и они будут вместе.
Скоро.
Кольм, возможно, уже совсем рядом, расспрашивает в деревне о гостье в доме Миэршема.
Или скачет уже через парк...
Алекс тихо вошел в комнату и увидел ее сидящей на его постели:
Боже, он должен гнать эти мысли. Саре Тэва место там, куда он ее определил, – на сцене, чтобы своим обнаженным телом она соблазняла и искушала мужчин. Безвольных и слабых. Не таких, как он.
– Вставай, – грубо приказал он. – Я хочу выбрать костюм, который ты наденешь, когда будешь танцевать для Кардстона.
– Вы уверены, что он меня пригласит? – пробормотала Франческа, с трудом скрывая охвативший ее страх.
– Примерь их.
Страх перешел в ужас. Выступление перед его светлостью? Нет, нет. Только не после вчерашней ночи. Ему нельзя доверять. Да и себе самой тоже.
– Поверьте, я сама смогу выбрать подходящий костюм, – едва слышно произнесла Франческа.
– Делай, что говорят, или я сам их тебе примерю.
Она тяжело вздохнула, делая вид, что раздражена его натиском.
– Чего вы хотите, милорд?
– Обнаженности, но так, чтобы ты была раздета не полностью. Чтобы лицо было закрыто, а тело обнажено. Найди что-нибудь подходящее и покажи мне.
– Как пожелаете, милорд. – Под ее вызывающим тоном скрывался жуткий страх. А вот Саре представление перед одним-единственным зрителем доставило бы огромное удовольствие.
Господи, найдется ли среди сверкающих и прозрачных костюмов Сары такой, который прикрыл бы ее и понравился ему?
Не забудь о танце...
Начинай с наиболее закрытых костюмов...
Как будто таких много... если они вообще есть...
С вуалью было просто. Она сняла ее с одной из своих шляп – кусок тюля с бархатными мушками, которым можно прикрыть лицо.
Она снова вздохнула. Теперь костюмы. Они свалены в кучу, и их необходимо разложить. Все это кусочки кружева, тюля, сетки, скрепленные нитками бус и блестками.
Как же она сможет показаться в таком виде перед мужчинами?
Она надела шелковый жилет, едва прикрывавший грудь; застежкой служила тонкая нить из бус.
Ее передернуло. К жилету полагался пояс, обнажавший ягодицы, который спереди заканчивался соблазнительным треугольником между ног, где нити бус сверкали и переливались при каждом движении.
Она просто не представляла, как предстанет перед Алексом в таком наряде. Но она должна побороть страх, закрыть глаза и вплыть в спальню так, как это сделала бы Сара.
Франческа выскользнула из гардеробной, подошла к нему, и он смог без помех наслаждаться видом ее ягодиц; повернулась снова, чтобы он увидел маленький жилет, удерживающую его тоненькую цепочку и соблазнительно выглядывающую из-под жилета грудь.
– Нет. – Это прозвучало резче, чем он хотел, просто вырвалось, когда его непокорная плоть отреагировала даже на столь скромную демонстрацию. – Надень что-нибудь другое.
Она вернулась в гардеробную, а он боролся с нараставшим желанием. Какая нелепость. Это же просто репетиция, ни больше, ни меньше, выбор костюма, в котором Сара должна заворожить публику так, чтобы никто не заметил, что он делает.
Франческа снова появилась в комнате, на этот раз в лифе из блесток; к нему крепились такие же подвязки, поддерживающие шелковую юбочку, обернутую вокруг бедер так, чтобы можно было двигаться подобно гейше.
Желание пронзило его, словно удар молнии, до самых кончиков пальцев.
– Нет, – произнес он хрипло, резко. – Примерь что-нибудь еще.
Она закусила губу и вернулась в гардеробную, а он сидел и гадал, как долго сможет терпеть эту сладкую пытку, прежде чем взорвется.
Она великолепна, прирожденная куртизанка, знающая, как раздразнить мужчину, как доставить ему наслаждение. Иначе, зачем эти откровенные костюмы, которые она, в конце концов, сбросит – этого момента он ждал и никак не мог дождаться.
Сара знает, что ожидание наготы возбуждает больше, чем сама нагота. Сегодня он единственный зритель, и она будет принадлежать только ему.
Он подождет.
Она появилась вновь, обернутая в тюлевую накидку, которая соскользнула с плеч, будто специально, чтобы соблазнить его, когда она шагнула в комнату. На бедрах у нее был надет тонкий, расшитый блестками пояс, с двумя свисавшими между ног полосками – спереди и сзади. Два блестящих колпачка прикрывали лишь соски, оставляя грудь обнаженной.
Все было видно – и не видно – самая невероятная эротическая комбинация. Алекс чувствовал, как все больше и больше напрягается его плоть, совершенно неподвластная разуму.
Вероятно, так оно и было, плоть точно знала, что ему нужно, и с уверенностью указывала путь.
– Нет, – прорычал он. – Выбери что-нибудь другое. Она выпрямилась, грудь ее всколыхнулась, и он почувствовал, как плоть рвется наружу.
– Я знаю, что вам нужно, – сказала она этим своим высокомерным тоном.
– Конечно, знаешь, – грубо парировал он. Так он и думал. Это часть ее игры, часть наживки. – Почему бы нам сразу не перейти к делу? – Но сам-то он уже перешел: возбужденный, напрягшийся, страстно жаждущий каждую частичку ее тела.
– Как пожелаете, милорд. – Франческа вернулась в гардеробную. Она не представляла, как ей удается выглядеть такой спокойной. Наконец-то она поняла, чего он хочет, в каком виде она должна появиться перед публикой.
Нагой. Он хотел, чтобы она появилась перед этими мужчинами совершенно голая.
Франческа прислонилась к стене. Она не сможет это сделать. Ни за что. Чего бы он ни добивался, используя ее, чтобы заворожить этих мужчин, она не сможет.
– Сара! – В его голосе прозвучали требовательные нотки. Обнаженная. Она нужна ему обнаженная.
Но она не может побороть стыд.
Нет, может. Она просто обязана. Она же Сара Тэва. Она не может, просто не может себе позволить быть кем-то другим. Франческа сняла с груди колпачки, сбросила с бедер пояс.
Она не станет смотреть на него, закроет лицо. Придется укоротить вуаль. Среди костюмов были кое-какие украшения. С помощью ожерелья можно прикрепить вуаль к волосам, так, чтобы она скрывала только глаза. Она надела тонкие золотистые кольца на лодыжки и более широкие – на запястья. Длинные цепочки можно обмотать вокруг шеи так, чтобы они свисали между грудей.
