Была уже довольно поздно, когда она добралась до своих апартаментов. Машины мужа в гараже еще не было. На автоответчике телефона в спальне было сообщение, что он задерживается на деловом совещании.
Брайан приготовил на ужин овощной суп и мексиканский салат с авокадо, креветками и ананасами. В последние дни он всячески старался разнообразить ее питание, приобщая к кухне различных стран мира. До ее беременности таких кулинарных способностей в нем не отмечалось. Видимо, скрывал или считал поварское искусство не слишком достойным настоящего мужчины.
В дверях столовой ее встретил Люцифер, посчитавший с некоторых пор необходимым лично приветствовать хозяйку при ее появлении в зоне своих постоянных интересов. То ли отдавая дань уважения домовладелице и кормилице, то ли чтобы подтвердить лишний раз свои особые права на данную территорию. Как обычно, он вначале слегка потерся об ее ноги, а затем благосклонно позволил себя почесать за ушком.
Салат оказался весьма вкусным, и Рейчел с удовольствием опустошила всю тарелку. Затем поднялась наверх, в гостиную, где достала пластинки с записями любимых исполнителей и поставила несколько из них в автоматический проигрыватель музыкального центра. Из колонок полилась успокаивающая и расслабляющая музыка ретро.
Около десяти вечера появился Брайан, предложивший свежезаваренный чай с печеньем и малиновым джемом и сообщивший, что убывает домой по договоренности с боссом. Она осталась совершенно одна в пустом доме, если не считать музыки и спящего на кухне кота. Потом решила переключить свое внимание на телевизор, найдя подходящий по настроению художественный фильм, тоже из прошлого, начала шестидесятых годов. Время шло, а Крис все не появлялся. Она почувствовала, что уже начала незаметно подремывать, перестав следить за содержанием фильма. В соревновании между телевизором и кроватью последняя явно начала выигрывать. Решив, что нет смысла сопротивляться естественным природным потребностям, Рейчел направилась в спальню. Она все же законная жена, а не верная рабыня, и не обязана ждать возвращения своего хозяина и повелителя, который может вообще появиться неизвестно когда.
Она приняла душ перед сном, надела ночную рубашку и принялась расчесывать массажной щеткой волосы, одновременно вспоминая и анализируя события прошедшего дня. И тут у нее подсознательно возникло ощущение тревоги, которое вскоре трансформировалось в понимание того, с чем связано это чувство. С настораживающим и зловещим совпадением, вызывающим озноб по всему телу. С одной стороны, заказ цветов Гизелой, судя по набору как раз подходящий для проведения вечеринки дома, и, с другой стороны, длительное отсутствие мужа, якобы на деловом совещании. Какое может быть совещание, когда стрелки часов показывают уже почти полночь. Может быть, их встреча в кафе и была как раз своеобразной демонстрацией со стороны настоящей победительницы? Решила поглумиться над соперницей, еще не подозревающей о том, что ее ждет этой ночью?
Интересно, кто еще приглашен на это мероприятие лукавой хозяйкой. Конечно, может быть, это просто нелепое совпадение, и вскоре все выяснится. Мало ли, по какой причине может задержаться ее муж. Да и после совещания мужская компания могла запросто отправиться расслабиться в какой-нибудь ресторан, отметить заключенную выгодную сделку или еще какие-нибудь успехи в показателях активности фирмы.
Она пыталась прогнать возникшую мысль, убедить себя в том, что это просто случайное совпадение. Но семена сомнений уже упали на благодатную, хорошо подготовленную к посеву почву. Женское воображение — это страшная вещь, особенно если его нечем занять, если у человека масса свободного времени для размышлений, можно сказать, целая бессонная ночь впереди, да еще проведенная в горьком одиночестве. Рейчел это осознала, когда, наверное, уже в двадцатый раз переворачивала подушку под головой, горячую и измятую, местами уже покусанную от злости и мокрую от слез. В воспаленном, бессонном мозгу явственно рисовались картины одна мрачнее и отвратительнее другой.
Вот гости расходятся по домам, и эти двое остаются наконец наедине, в пустом зале. Самка гиены в женском обличье в нетерпении тут же сбрасывает с себя все одежды и бесстыдно прижимается к похотливому самцу обнаженным телом, предлагая делать с ней все, что он захочет. Или нет, еще хуже. Они оба свирепо бросаются друг на друга, срывая одежды, потом падают на пол, на ковер, и взахлеб предаются пороку, радостно сплетаясь разгоряченными телами.
А может быть, вообще не было никакой вечеринки с гостями. Был просто интимный ужин на двоих, при свечах. Она сидела у него на коленях, обняв его за шею, а он похотливо разглядывал ее обнаженные свисающие груди сквозь рубиновое стекло бокала с вином, задумчиво и пьяно вращая его в руках. Потом отставил бокал в сторону, ухватил ее за бедра и уверенно направил свой уже созревший орган в жадно разверзшуюся клоаку, средоточие всех ее пороков.
Рейчел включила свет, чтобы посмотреть на настольные часы после одной, особенно чудовищной сцены, в которой представила, как эта мегера своим ненасытным, ярко-кровавым ртом втягивает в себя огромный, возбужденный член ее мужа, едва удерживая его обеими руками. А он, в свою очередь, сладострастно мычит от удовольствия и тянет эту корову на себя, ухватив обеими ладонями за полные груди.
Уже почти час ночи. Наверное, гости разошлись где-то около одиннадцати, и у этой парочки была возможность уже не раз ублажить друг друга. Крис весьма страстный, неутомимый и опытный любовник. Умеет доставить радость женщине в постели. Не зря эта помесь змеи, паука и крокодила так за него цепляется.
Черт побери! Даже если эти двое сейчас не терзают друг друга наедине, а просто сидят за одним столом вместе с другими гостями, не спеша наслаждаются изысканным вином и пустыми светскими разговорами, то и это не может быть терпимым. Как он смеет так поступать, когда она здесь, в семейной спальне, совершенно одна, затерянная на огромной кровати? За одно это он заслуживает самого страшного наказания. Да за это убить его мало. Но не сразу. Вначале она ему выскажет все, что думает о нем и о его душевнобольной и злобной пассии. Заставит встать на колени и выслушать ее отповедь и обвинения. Пункт за пунктом, статью за статьей. А уже потом приставит к его груди дуло револьвера и нажмет на курок.
А еще бы лучше застать их обоих прямо в постели и расстрелять в упор, начиная, естественно, с нее. Но тоже не сразу. Вначале насладиться страхом соперницы, увидеть в глазах понимание того, что пришла ее неминуемая смерть. Услышать ее стенания и вопли, увидеть, как она будет метаться под дулом револьвера, умоляя простить и продлить ее жалкую, никчемную жизнь.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
