Она схватила огромную стеклянную вазу и швырнула ее в Рейчел. Все происходило настолько молниеносно, что та не успела среагировать. Просто не предполагала, что такое может произойти. Не успела ни увернуться, ни отбить летящий предмет рукой. Весьма увесистый сосуд ударил ее в плечо и упал вниз, рассыпавшись по полу гроздьями осколков. Вслед за первой в ее сторону полетела вторая ваза, правда, уже не столь громоздкая. Пытаясь уклониться, Рейчел сделала шаг назад, поскользнулась и, не удержав равновесия, упала на пол боком, прямо на осколки. Она почувствовала острую боль в тех местах, куда впились осколки, особенно в правой руке и ноге, на которые приземлилась всей тяжестью тела.
— Ах ты, тварь! — Далее последовало непечатное выражение и звук хлесткого удара.
В дело вмешалась разъяренная Розалин, вынужденная перейти к рукоприкладству для спасения сестры и отмщения. На помощь прибежали еще две продавщицы, схватившие вырывающуюся Гизелу за руки. Раздались звуки пощечин, а затем Рейчел увидела склонившееся над ней испуганное лицо сестры.
— Как ты? Только осторожнее, не двигайся. А то тут полно осколков. — Она обернулась к продавщицам и крикнула:
— Вызовите «скорую помощь» и полицию! — Потом опять повернулась к пострадавшей сестре и начала осматривать раны.
— Так, два глубоких пореза на ладони и на ноге выше колена и несколько мелких. Дай-ка я вытащу пару осколков. Они неглубоко сидят, справлюсь одними ногтями. Будет немножко больно, потерпи. — Ловко манипулируя пальцами, она выдернула осколки и добавила: — Остальные придется пинцетом доставать. Очень мелкие.
Она опять повернулась к обслуживающему персоналу, который собрался уже в полном составе вокруг нее, и отдала несколько распоряжений. Тут же началась массовая суета и беготня, внешне выглядевшая поначалу несколько бестолково. Однако уже через несколько минут нашелся фотоаппарат, с помощью которого сделали ряд снимков — доказательств совершенного преступления, лейтмотивом которых был усеянный осколками пол, залитый кровью распластанной на них жертвы. После этого осколки тут же смели шваброй в кучу и убрали, а Рейчел пересадили в кресло и провели первичную обработку ран с помощью найденной аптечки первичной медицинской помощи. Розалин успела даже позвонить по телефону Кристиану в офис и проинформировала о происшествии.
Рейчел сидела в кресле, терпеливо выдерживая довольно болезненную процедуру вытаскивания пинцетом осколков, смазывания ранок йодом и перекисью водорода, а также последующего бинтования. Все это было пустяками по сравнению с мыслью о том, что это нападение и его последствия могут привести к выкидышу. Она надеялась, что этого не произойдет. Все-таки удар вазой пришелся в верхнюю часть туловища, а не в живот, не задел местоположения ребенка. И падение на пол было смягчено тем, что она приземлилась вначале на руку и колено, без сильного сотрясения. Должно обойтись благополучно.
Когда приехала «скорая помощь», она уже заметно успокоилась и даже начала протестовать против того, чтобы ее забрали на обследование в больницу.
— Я в полном порядке. Мне надо просто полежать. Я лучше побуду дома. Всего лишь несколько порезов. Они быстро заживут. — Ей казалось, что единственно безопасным местом на земле является собственный дом. Закрыть за собой дверь, отключить телефоны, изолироваться совершенно от всего мира, оставшись там вместе с ребенком, под защитой Брайана. Как раз тот случай, когда пригодятся его навыки телохранителя.
Вслед за «скорой помощью» прибыл и наряд полиции. Они быстро записали свидетельские показания самой пострадавшей, освободив ее для проведения дальнейших медицинских процедур, и перешли к опросу свидетелей и составлению протокола происшествия. Общими усилиями медиков, полиции и собственной сестры удалось все же уговорить Рейчел отправиться в больницу на машине «скорой помощи», главным образом для того, чтобы убедиться в безопасности ребенка.
Персонал больницы действовал быстро и эффективно, и обследование не заняло много времени. В немалой степени этому способствовал и прибывший в больницу вместе с Брайаном муж, тут же «нажавший на нужные кнопки». После ультразвуковой диагностики ее тщательно, чуть ли не с ног до головы, обследовали гинеколог, специалист по акушерству и даже хирург. Затем консилиум специалистов вынес четкое и окончательное заключение — плод совершенно не пострадал, так что беспокоиться в этом плане не о чем.
— Так я могу отправиться домой? — с надеждой спросила Рейчел.
— Конечно, — заверил главный врач больницы. — Но только завтра. На всякий случай вы побудете эту ночь у нас, под наблюдением. Из предосторожности. Возможно, я перестраховываюсь, но на этом настаивает и ваш муж. У меня у самого недавно родился внук, и я прекрасно понимаю ваши чувства, мадам, как будущей матери.
— А я могу сама поговорить с мужем?
— Да, естественно. Он ждет у входа в палату. Преодолел все преграды на пути к вам. Во всяком случае, даже я не смог его остановить. Едва уговорил подождать еще немного, пока я не поговорю с вами сам. Еще раз заверяю вас, что все пройдет благополучно. Ваше непродолжительное пребывание здесь пойдет и ребенку, и вам на пользу. За вами закреплен лечащий врач. Он вас утром еще раз осмотрит, и затем мы вас отправим домой. Так что теперь я с удовольствием освобождаю место для вашего мужа. Пришла его очередь для общения.
Вместе с мужем зашла медсестра, принесла чай, сок, бисквиты, фрукты и несколько журналов. Убедившись, что все организовано достаточно комфортно и у пациентки нет никаких вопросов и замечаний, она оставила их с мужем вдвоем, предупредив, что ужин принесут несколько позже.
Кристиан все это время терпеливо выжидал, сидя на стуле у ее кровати. Как только дверь за медсестрой закрылась, он тут же сказал:
— Твоя сестра рассказала мне о случившемся. С врачами я тоже побеседовал. Думаю, что обойдется без серьезных последствий для тебя и ребенка. Что касается Гизелы, то завтра же подам на нее в суд. Думаю, что у меня достаточно влияния в этом городе, чтобы раз и навсегда избавиться от нее. Я уберу ее с твоего пути. Избавлю от ее происков нашу семью. Во всяком случае, из Торонто она уедет. И прости, если можешь, что я не остановил ее раньше. Я должен был проявить больше предусмотрительности.
Он встал и подошел к ней поближе, долго и внимательно рассматривал ее лицо, вглядываясь в глаза. Затем нагнулся и осторожно поцеловал в губы. Приподнял слегка голову, потом опять приник к ее губам, как бы вызывая ответный, более чувственный поцелуй.
— Я так люблю тебя. И надеюсь, что все наши размолвки останутся теперь в прошлом.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
