танков периода Первой Оборонительной войны. В нашем случае — это круче, чем сокровищница Али-бабы. Дело в том, что вся сверхсовременная техника этого мира была сильно завязана на достижения Первых и возможности работы с их интерфейсами. А значит — на электронику. А эта техника, созданная почти сто пятьдесят лет назад — работала в основном на механике, и могла быть починена и введена в строй за весьма короткие сроки. Но это высказывание скорее всего относилось к танку типа Носорог, стоящему в дальнем уголочке. Это была специализированная комплектация, оснащенная шестью гигаватными лазерами и четырьмя башнями с двадцатимиллиметровыми автопушками. Сама конструкция и впрямь напоминала этого зверя, вытянутый вдоль центральной оси высокий корпус, покоящийся на мощных гусеницах, башня с лазерной спаркой в горбе, два спонсона с орудиями по бокам, и башенка с автопушкой, торчащая на переднем выступе корпуса — и впрямь носорог. А толщина брони у этой машинки, как и у всего чинского танкового парка, была огромной. Кажется, мой друг нашел очередной вариант танка-лидера для себя, и теперь будет его восстанавливать. Ну, если наша миссия увенчается успехом.
Кстати, о миссии. Как это не парадоксально, но в консервационной зоне нас вообще не встретил никто. Пропал и невидимка-снайпер, ни тебе минных заграждений. Ни даже банально налета очередных людей с оружием. Похоже, что сюрпризов здесь и впрямь предусмотрено не было, не рассчитывали они на этот путь, и не успели его подготовить. Либо вообще, оставили для своего лидера путь к отступлению. Хм. А это мысль.
—Ланс, у тебя часом не завалялось несколько мин, ведь я точно видел, как ты копался около участка с ними во время движения по городу?
Запасливый робот хитро улыбается, и начинает выкладывать перед нами сокровищщща. В виде двенадцати плазменных мин.
— Офигенно. Расставьте-ка их тут, на пути вероятного отступления этого ссыкуна, местного мэра. Вот зуб даю, он точно предусматривал и свой проигрыш тоже.
—Окей, не вопрос. Схему расстановки сливаю через чат, чтобы никто из нас не нарвался.
Пока Ланс расставляет мины, я осматриваю наш поредевший отряд. Да уж. Элита блин. У Ариона осталось не больше двух часов до довольно неприятной гибели. И двести выстрелов в автопушке. У Саты, меня, шакала и Ланселота достаточно боеприпасов к основным пушкам, и это единственная хорошая новость. Моя броня требует срочного ремонта, слишком много повреждений по лучено за один день, само-восстановление уже не справляется. Собственно, почти не получил урона только Ланс, остальные здорово потрепаны. Хуже всех дела у Лизуна. Боеприпасы к пулемету исчерпаны, сам пулемет брошен где-то в районе городского предместья. У дробовика — еще сотня зарядов, и все. Броня…ну тут я просто ничем не могу помочь без доступа к терминалу — ее спец комплект уорент-офицера Блюкрейн пробит, наверное, раз сорок за сегодня. И, в отличии от моей экзы — он не обладает самовосстановлением. Одним словом, состояние отряда можно было охарактеризовать как “потрепанные, но не сломленые”.
Завершив приготовления, выдвигаемся мимо совсем уж древних остовов БТР, собранных как будто специально в левой, наименее просматривающейся со стороны караулки, части свалки, к улице. Зуб даю, именно отсюда городская пацанва и свинчивала никому не нужные детали. Колеса этих бронемашин давно рассохлись и растрескались, краска облупилась, и ржавчина вкупе с лишайниками покрывали практически все корпуса как низу, так и с боков, временами заползая через снятые люки внутрь. Запас прочности конечно колоссальный, этим боевым машинам уже под двести лет, но в пыль они отнюдь не рассыпались. Хотя и восстановлению уже вряд ли подлежат, разве что будет очень надо.
Через ряды старых БТР, мимо разукомплектованных и вросших в землю остовов когда-то зеленых, теперь коричнево-серых грузовиков, дальше вперед. И вот уже типовой бетонный забор, обвитый поверху колючей проволокой. Пересечь его по верху мы сможем, но это рискованно — на верхней точке придется задерживаться, и там человек идеальная мишень. Поэтому — при помощи нескольких зарядов, заложенных вдоль всей стены, я подготовил весь сегмент забора длиной в двадцать метров к обрушению.
— Все готовы? Сейчас рухнет забор, и мы атакуем. Сата — запускай дрона.
— Йеп, командир! Дрон пошел!
— Да, босс, погнали уже!
— Готова, ща мы там всем жопу порвем!
— Ну снарядов маловато, а так я готов.
— Тогда всем занять легкие укрытия! Бойся!
Я выжидаю пять секунд, чтобы ребята укрылись от возможных осколков бетона, и жму кнопку детонатора. Расчёт был верен, и все десять двухметровых секций падают на дорогу, перекрывая ее причудливой баррикадой из бетона и торчащей из него под разными углами арматуры.
Первым поднимаюсь из за остовов техники, и, уже не скрываясь, бегу к зданию. Первые выстрелы ударяют сразу же, стоит мне показаться из за обломков. И это не маломощные пукалки ополчения, это очередные противотанковые средства из запасов профессионалов. Лучи двух тяжелых стационарных лазеров скрещиваются на моем нагруднике, моментально поднимая температуру внутри брони и выплавляя причудливый узор на нагруднике. Операторам никак не удается удержать лазеры на моей фигуре, я слишком быстр для них. К сожалению, включенное еще возле БТР ускорение очень скоро опять уйдет в перезаряд, так что — не останавливаться, и вперед, в мертвую зону.
Мои бегут прямо следом, но им категорически не хватает скорости, поэтому попадания в них чаще и опаснее. Два выстрела подряд из Демолишеров заставляют зашататься и укрыться Ланса. Сата ловит левой ногой попадание из снайперской винтовки, и кубарем катится по земле, ее тут же прикрывает Арион, открыв шквальный огонь по всем замеченным бойницам. В робота никто кстати не стреляет, видимо понимая что он для штурма здания не предназначен. Ну или их сканеры определили, что пилот в нем заражен, и они могут получить боевую машину целиком, без повреждений.
Противник решает, что им надо фокусироваться на ком-то одном, и в качестве цели выбирают самого слабого, что в принципе логично и разумно. Сразу же оба лазера выцеливают фигуру Лизуна, и, прежде чем та успевает занять следующее укрытие, ее берут в фокус. Броня слабовата, поэтому лазерные лучи мгновенно начинают снимать здоровье и замедляют ее передвижение, а точку в этом ставит прямое попадание снайпера, сносящее ей голову. Боец минус. Нас осталось четверо, но фактически — трое, у Ариона таймер отсчитывает последние минуты. Трое против пятнадцати. Арион, продолжающий разряжать автопушку, дотягивается до укрытых операторов лазерной установки, и она вспыхивает детонацией своих батарей. Городовой пошатывается, теперь целью все-таки становится он. Попадания сыпятся на толстую броню градом, все
