себе солидную порцию и, облокотившись на каминную полку, в задумчивом молчании ногой пнул полено в очаге.
– То, что я сейчас скажу, должно остаться между нами, ясно? – наконец произнес он, сурово глядя на нее, пока она не кивнула. – В письме речь не обо мне, потому что Хэмиш всегда знал о нас.
– Что?! – удивилась еще больше миссис Макбейн. – Что значит «всегда»? Как он узнал? – сыпала она вопросами.
– Переведи дух, Элис, – осадил ее Росс, – и не перебивай. – Пару минут он раздувал огонь в очаге, ожидая, пока она успокоится. – Он давно все знал. Нельзя же крутить роман с сестрой лучшего друга у него за спиной. Так не делается. – Росс неспешно отпил виски и продолжил: – Я не хотел, чтобы Элспет лгала брату, встречаясь со мной тайком, поэтому пошел к Хэмишу и спросил его позволения. Он его дал.
– Когда это было?
– Ей было девятнадцать, она тогда только-только вернулась из Парижа.
Миссис Макбейн была ошеломлена.
– Он знал с самого начала?
Росс кивнул и снова ногой поворошил поленья в очаге.
Миссис Макбейн, пребывая в замешательстве, ненадолго задумалась.
– Тогда зачем он написал это леди Элспет?
– Хэмиш писал не Элспет. – Росс сделал глубокий вдох и протяжно выдохнул. – Он писал леди Инверкиллен.
После ужина Сесил предложил сыграть в бридж. Если вся семья будет находиться в одной комнате, он, когда ему выпадет стать «болваном», спокойно выскользнет и проберется в географический зал. Ему необходимо найти то письмо. Оно было написано рукой брата: он узнал его почерк до того, как выронил листок. И если он намерен найти копию завещания, составленного раньше последнего, нужно поторопиться. Он искал ее уже несколько недель.
Войдя в географический зал, Сесил сразу направился к дивану и включил свет. Собаки подняли головы и снова улеглись спать, по многолетнему опыту зная, что от Сесила нечего ждать. Заглянув за диван, он ничего там не увидел. Проклятье! Должно быть, письмо подобрала миссис Макбейн. Ну что за женщина?! Какая завидная аккуратность! Он искал почти везде, где только можно. Его брат был довольно непостоянным, и Сесил не сомневался – хоть доказательств у него и не было, – что более раннее завещание существует. Где-то оно есть. Нужно просто его найти, исправить дату и, используя свое сомнительное, но искусное умение, подделать подпись брата. Конечно, ему еще понадобится печать Хэмиша, которую тоже необходимо отыскать, но не все сразу – он будет действовать поэтапно. Сесил перешел к письменному столу и принялся проверять в выдвижных ящиках.
Ничего. Ничего. Ничего. Ух! Симпатичный нож для вскрытия конвертов. Сесил перевернул его обратной стороной и увидел пробирное клеймо. Серебро. Похоже, георгианской эпохи. Красивая вещица. Он сунул нож в карман пиджака, задвинул ящик и обвел взглядом комнату. Его внимание привлекла картина над диваном. Инстинктивно он направился к ней и только взялся за раму, как дверь открылась. На Сесила уставился удивленный лакей.
– Простите, майор. Я увидел свет и подумал, что его забыли погасить. – Поклонившись, лакей торопливо вышел из комнаты. Сесил грузно опустился на подлокотник дивана и облегченно выдохнул. Пойнтер поднял мордочку и укоризненно посмотрел на Сесила.
– Ну хорошо, хорошо, ухожу, – сказал он собаке. – Но я вернусь, блохастый мешок.
Возвращаясь в гостиную, он только и думал, что о картине. С обратной стороны наверняка что-то припрятано. Больше уже искать негде.
Миссис Макбейн в очередной раз потеряла дар речи. Она выпучила глаза на кузена. Тот налил виски и протянул ей бокал. Она хотела его взять, но Росс продолжал держать его в своей руке.
– Помни, это между нами. – Наконец она кивнула, и он отдал ей бокал. Миссис Макбейн отпила большой глоток виски, приготовившись выслушать кузена.
– Все это произошло задолго до твоего появления в Лок-Дауне. Хэмиш с Викторией поженились, не зная друг друга. Когда они познакомились, отношения у них не сложились. Я никогда этого не понимал. Она ведь поначалу очень располагала к себе. – На лице миссис Макбейн мелькнуло удивление. – Правда-правда. Жизнерадостная была, разговорчивая, веселая. Но Хэмиш так к ней и не проникся. Они исполнили свой долг, произвели на свет наследников, а потом фактически стали жить каждый сам по себе. Только здесь у нее жизни как таковой не было. В Англии все ее родные и знакомые были светскими людьми. Они занимались верховой ездой, охотились, посещали балы, принимали гостей. Она рассчитывала, что здесь ее ждет то же самое. – Он плеснул еще виски. – Ее ожидания не оправдались. Леди Джорджина отказывалась уступить ей дом, а Хэмиш… Хэмиш все время проводил либо в своем кабинете, либо во владениях поместья со мной. Виктории нечем было себя занять, а потом она встретила Гарви.
– Постой! – воскликнула миссис Макбейн, качая головой. – Старика Гарви? Который ухаживает за розами леди Джорджины? – В это верилось с трудом. Садовник был похож на гнома.
– Его брата. Тот не такой карлик. После того как Ангуса с Фергюсом отправили в частный пансион, Виктория решила выращивать экзотические цветы, и кто-то порекомендовал ей Гарви, чтобы тот устроил для нее оранжерею. Они много времени проводили вместе; она была несчастна и одинока. Теперь я понимаю, что это было неизбежно. В конце концов Хэмиш узнал про их связь. Он удивился, но не обеспокоился. – На лице миссис Макбейн отразилось смятение. Росс это заметил. – Наверно, счел, что роман угаснет сам собой, когда оранжерея будет готова. Планировалось, что это займет несколько месяцев. Но потом Виктория заявила, что Гарви останется здесь навсегда, и Хэмиш понял – это не развлечение. Он никогда не ждал любви от Виктории, но полноценная связь на постоянной основе, да еще со слугой… он был вне себя от ярости.
– Но ведь по поводу тебя и леди Элспет… – стала возражать миссис Макбейн.
Росс поднял палец.
– Элспет тогда еще не была замужем, так что это другое. Письмо, что ты нашла, – он жестом показал на листок в ее руке, – это один из первых набросков. Их было несколько. Получив окончательный вариант, Виктория изменилась – мгновенно, за одну ночь. Спустя два дня Гарви покинул поместье, место садовника занял его брат, а Виктория превратилась в собственную тень. Никогда ничего подобного не видел. Это опустошило ее.
Росс поставил бокал на каминную полку и пошел за дровами. Оставшись одна, миссис Макбейн пыталась осмыслить услышанное. Значит, раньше леди Инверкиллен была жизнерадостной и веселой женщиной. Сюрприз за сюрпризом. Сама она леди Инверкиллен знала как безучастное существо, бродившее по дому, словно привидение. Миссис Макбейн отпила большой глоток виски и посмотрела на огонь. Слава богу,
