Просто для полной ясности мне нужно расставить всех по местам. Как шахматные фигуры. – Она встала и открыла дверь. – Благодарю вас, мистер Хадсон.
– Всегда к вашим услугам, миссис Макбейн.
В задумчивости она медленно брела по коридору в свою комнату, перебирая в уме всех членов семейства. Вряд ли Хью, Филипп или Ева ссорились с графом. Ева вообще появилась в Лок-Дауне за четыре или пять дней до трагедии. Нет, это был кто-то из Инверкилленов. Но Фергюс… Миссис Макбейн содрогнулась.
Потом ее посетила еще одна мысль. Сколько времени требуется на то, чтобы дойти до запруды и вернуться в дом? Можно ли сбегать туда и обратно в период между чаепитием и сборами к ужину? Она глянула на часы и, решив, что успеет это проверить, пошла надевать резиновые сапоги.
В тот же день, чуть позже, вся прислуга занялась переселением леди Джорджины из Драммонд-Хауса. Найти для нее комнаты оказалось делом сложным. То есть такие комнаты, которые бы ее устраивали. В Лок-Дауне она прожила более пятидесяти лет и, как графиня, всегда занимала покои Стюартов. Но сейчас она и мысли не допускала, чтобы выселить оттуда скорбящую леди Инверкиллен. Впрочем, саму леди Инверкиллен о том никто не спрашивал, поскольку она не выходила из своих покоев.
Леди Джорджина осмотрела все комнаты на том этаже, где жила семья, и ни одну из них не сочла подходящей для себя. О том, чтобы подыскать что-то на третьем этаже, не могло быть и речи. В итоге Фергюс уступил ей свои покои, после того как Белла с Констанцией устроили между собой шумную ссору. Белла не хотела расставаться со своей ванной, а Констанция ни в какую не желала перебираться в более скромные комнаты. Она новая графиня, в конце концов! Если и готова переселиться куда-то, то только в покои Стюартов! Едва согласие было достигнуто, леди Джорджина тотчас же принялась избавляться от мужской обстановки. Локриджу и Олли было поручено принести ее мебель из Драммонд-Хауса.
В гардеробную Фергюса, из которой вынесли все его вещи, по распоряжению леди Джорджины поставили ее туалетный столик и шкатулку с драгоценностями – высокий шкафчик с сорока неглубокими ящичками, на каждом – гравированная табличка с названием помещенного в него ювелирного изделия. Никто точно не знал, зачем ей понадобилась вся ее коллекция украшений. Тем не менее шкафчик установили, и леди Джорджина потребовала, чтобы драгоценности раскладывала Максвелл, потому как только камеристка умеет это делать правильно. Однако Максвелл куда-то пропала, найти ее не удалось, и ювелирными украшениями леди Джорджины пришлось заниматься миссис Макбейн. В довершение всего графиня принялась настаивать, чтобы из Драммонд-Хауса принесли ее кровать.
Миссис Макбейн пришла в ужас и стала ее отговаривать. Указала, что кровать леди Джорджины собирали прямо в спальне, она слишком громоздкая и, чтобы вынести, ее придется распилить. После долгих споров леди Джорджина неохотно согласилась удовольствоваться кроватью Фергюса, но потребовала, чтобы гобелены заменили на другие, с более женским сюжетом. Миссис Макбейн кивнула, радуясь, что удалось достичь компромисса. Что угодно, лишь бы не пилить мебель.
Но потом леди Джорджина заявила, что ей необходим кабинет, которым будет служить музыкальный зал. Никакое другое помещение не подойдет. Эта комната довольна просторная, позволяет принимать гостей, но не настолько большая, чтобы она в ней потерялась. Леди Джорджине напомнили, что в музыкальном зале леди Инверкиллен обычно музицирует после обеда. Вдовствующая графиня с легкостью отмахнулась: женщины, носящие траур, на рояле не играют. И в музыкальном зале произвели перестановку, освободив место для большого, украшенного резьбой письменного стола леди Джорджины, который достался ей от отца. В изысканном интерьере этой воздушной комнаты рояль смотрелся нелепо. Пришлось передвинуть диван, так как иначе не открывались стеклянные двери. Локридж боялся, что вдовствующая графиня попросит убрать инструмент, но, слава богу, это ей в голову не пришло.
Наконец устроившись на новом месте, леди Джорджина, к своему удивлению, осознала, что она рада возвращению в Лок-Даун. И пусть ее поместили не в самых великолепных апартаментах, зато она снова взяла в свои руки бразды правления домом. Леди Инверкиллен строгий порядок никогда не насаждала, а Констанция салфетку не умела сложить, не говоря уже о том, чтобы организовать жизнедеятельность большого поместья. В последнее время дом держался исключительно на миссис Макбейн. Нет, думала леди Джорджина, необходимо, чтобы Лок-Дауном снова правила твердая аристократическая рука. Ангуса нужно приучить к дисциплине, если он надеется стать успешным главой клана. Решив, что выбора у нее нет, леди Джорджина взяла под свой контроль все сферы жизни поместья и восстановила уклад, существовавший в ту пору, когда она была правящей графиней, – к огромной радости миссис Макбейн, любившей порядок.
Каждое утро ровно в девять леди Джорджина устраивала в музыкальном зале совещания. По вторникам она встречалась с миссис Макбейн, чтобы обсудить меню на неделю и другие хозяйственные дела. По средам с егерем и агентом она обговаривала планы в отношении поместья. По четвергам к ней приходили портниха и парикмахер. По пятницам она совещалась с Хадсоном. По субботам она обычно вместе с садовником проверяла состояние розовых кустов в розарии, но теперь, вернувшись в Лок-Даун, сомневалась, что сумеет найти на это время. А жаль, досадовала она, в этом году розы особенно хороши. Она представила, как из ее рук ускользает серебряный кубок, который обычно вручали лучшим цветоводам на выставке цветов в графстве. Но нужно исходить из обстоятельств, а поместье в ней нуждается. Распорядок, что она установила, прислуге был хорошо знаком, и они безропотно ему подчинились. Хотя никто бы и не пошел наперекор леди Джорджине. Впрочем, под ее руководством всем работалось гораздо легче и спокойнее. Миссис Макбейн начала понимать, как можно эффективно вести хозяйство при наличии далеко не полного штата прислуги, и для нее это стало настоящием откровением.
Однако миссис Бернсайд приходилось туго. И дело было не только в том, что она кормила массу народа, имея в своем распоряжении лишь одного помощника – Локриджа. Прежде всего, постоянно не хватало необходимых продуктов, которые доставляли нерегулярно, так как в магазине не находилось то одного, то другого: картофеля или сахара, муки или сливочного масла. Они никогда не знали, что из продуктов не довезут в очередной раз. Для прислуги сделать ужин было не сложно, но вот готовить изысканные блюда для господ становилось все труднее. Сливочное масло может кончиться через две недели, сообщила миссис Бернсайд, ей что – самой его взбивать? А потом? Муку придется самой молоть?
Миссис Макбейн мягко озвучила проблему с продуктами леди Джорджине,
