послышались смешки и перешептывания. Вышедший, зло стрельнул глазами в сторону скамеек и это придало ему сил. Он, уже не боясь, направился в центр фигуры и остановился посередине, где сходились все линии.
– Итак, юный студент. Если я не ошибаюсь, вас зовут Теодор аст Дерибор.
– Да, учитель, – он слегка поклонился учителю.
– Отлично, отлично. Приятно видеть, что Дериборы все так же слепо идут вперед, чтобы не ждало их впереди.
Я удивился этой шпильке, посланной в сторону ученика, но Теодор лишь кивнул, будто принимая ее слова. Странное поведение студента лишь слегка отвлекло мое внимание, но не более. Я уставился вперед, стараясь разглядеть все, что происходило впереди, однако ничего интересного не смог заметить.
– Итак. Закрой глаза. Да, вот так. Не шевелись. Слушай мой голос и сосредоточься на нем и только на нем. А теперь представь, что из-под земли вырывается мана. Поток ее мощный, как быстрая река, сносящая все на своем пути, бесконечно, как Красное море и одновременно твердое, как камень.
Голос Свон звучал гипнотизирующе. Теодор начал покачиваться из стороны в сторону, будто потоки воды бросают его из стороны в сторону. Учитель взяла в руки кристалл и начала с ним что-то делать, не переставая говорить. Так прошло несколько минут, пока она не остановилась и довольно заулыбалась.
– Можешь открывать глаза и не пугайся. Садись к своим на скамейку и привыкай, у тебя есть время, пока другие будут касаться маны и тоже наблюдай, что происходит.
Я же почувствовал себя разочарованным. Все, что увидел, было простым стоянием парня на одном месте и учительница, которая пять минут говорила без умолку. Ну да, был еще кристалл, но ничего интересного в этом не увидел.
Я кинул взгляд на Теодора, который слегка окосевшими глазами смотрел по сторонам и на плохо гнущихся ногах направился к первой группе аристократов. Те сидели с довольными лицами и подбадривающе махали ему. И что странно, но все поздравляли его с инициацией.
– Ну что ж. Между первой и второй… – договаривать она не стала, вперед уже вышла девушка, тоже из аристократов.
– Геордана аст Карт, – она прошла в центр и остановилась, закрыв глаза.
Процедура прошла в точности, как было с Теодором, правда слова были немного другие, но общий смысл был схожим. Ты стоишь среди воды-маны, вырывающейся из недр земли и должен вдохнуть ее, чтобы прикоснуться, причем вода должна быть твердой, как камень или скала. Странное описание маны почему-то задело меня.
На мой взгляд, это глупо. Если ты маг земли, то и мана должна быть соответствующей. Поток воды это у водников, это же логично. На лекции рассказывали, что мана очень гибкая и может приобретать разные формы. Именно поэтому маги разделены на четыре основные стихии с производными. Когда маг познает начальную стихию, и он достаточно опытен экспериментировать, он может расширить свои умения на новом уровне. Так водники могут стать целителями, потому что тело человека состоит из воды и на микроуровнях маг может взаимодействовать с телом человека. По остальным стихиям еще не нашел информации, однако из разговоров смог узнать только это.
Почему Свон говорит про поток? От скуки я почувствовал в себе азарт исследователя. Логично же, если твоя стихия земля, то и гипноз должен будет направлен в этом ключе. Свон хоть и вплетала туда схожие с камнем слова, но они были вторичными.
Я прикрыл глаза и представил себе большую гору. Эверест, самую большую гору, которую знал в своем мире. Снежная шапка покрывала горный пик. Гора невероятных размеров. Никто не может ее сдвинуть с места, не может причинить боль. Это, наоборот, с ней должны считаться, это ее должны бояться. Она таит в себе угрозу, ведь неопытный турист может остаться там навсегда.
Тем временем прошло уже пару человек, а я все продолжал размышлять. Что еще можно придумать в данной аналогии?
Горный обвал, да! В памяти еще хорошо помниться то самое видео, где со склона горы срывается целая громада камней. Внизу стоят домики, машины и мост. Лавина из камней все наращивает темп и здание, которое защищает человека от дождя, ветра и холода, которое является оплотом безопасности, как не бывало. Груда камней подминает его под себя, идя дальше. Каменный зев сжирает все на своем пути, оставляя после себя лишь выплюнутые объедки.
Можно взять еще выше!
Землетрясения, что рушат здания и стирают с лица земли города, оставляя после себя разрушения и множества жертв, боли и страданий. Последствия разрушений еще долгие годы не отпускают ума людей, единственное, что смогли сделать люди это предугадывать, когда это произойдет снова и бояться, чтобы магнитуда не была большой. Жить в страхе.
Падающий метеорит. Камень, который стер с лица земли сильнейших обитателей планеты и оставивший после себя невероятное количество разрушений. Перед ним не устоял никто и ничто. Земная кора сдвинулась, дала трещины, вода в страхе бежала от него, превращаясь в цунами. Вот что значит камень! Вот это какая стихия, страшная и неумолимая. Единственная стихия, которую не смог приручить человек.
– Таллова задница! – донеслось до меня.
Я открыл глаза, привлекаемый суетой. Пока я размышлял, чем должна быть стихия земли, вперед уже прошли почти все ученики и рядом со мной остались стоять всего трое человек, включая меня самого.
– Привет Рози, – в пещере раздался насмешливый голос и в пещеру зашел один из учителей, которых я видел в коридорах академии.
– Привет Агастос, – поприветствовала она его.
– Опять хотела все сама сделать, не дожидаясь меня?
Учитель подошел к коллеге и посмотрел на нее.
