волосы. Мира видела вокруг себя только искажённые бессильной яростью лица.
Несколько мокрозяв повисли и на Мексиканке. Она скидывала их с себя будто огромная бурая медведица.
Мира дала приказ концам платьев женщин связаться между собой. Мгновение — и мокрозявам стало уже не до нападения. Изумлённо пища, они стали отвязываться, но чем больше старались распутать узлы, тем сильнее те затягивались.
Тем временем к решётке уже подбежали стражи — три крепких парня. Наверняка караулили неподалёку — в планы Колдуна входило проучить и заставить Миру добывать воду, но не убить. Впрочем как раз Колдуну её смерть была бы весьма кстати, а вот Главный дед был пока заинтересован в ней живой. Не теряет надежды сделать её гидростанцией.
Ворвавшись в камеру, стражи руками оттеснили беснующихся баб к стене подальше от Миры. Она отметила, что оружия при них нет, петли для палок и ножны были пусты. Видимо их проинструктировали не брать оружие в самый последний момент. Мира тут же подняла руки ладонями вверх. Мол, я самая законопослушная мокрозява во всей Башне.
— Выходи, — приказал ей один из стражей. — Не умеешь себя вести, будешь сидеть отдельно.
Все женщины, кроме Мексиканки смотрели на неё с яростью. Мира широко им улыбнулась:
— Пока, девочки.
— Будь ты проклята! — глухо проворчала коренастая шатенка.
— Молчать или пропустишь свою очередь кукрить, — пригрозил ей страж.
Больше желающих проклинать вслух не нашлось.
Мира вспомнила свои наивные планы стать справедливой, доброй и всеми любимой магиней. На деле всё получалось с точностью до наоборот.
«Наверное это со мной что-то не так, — думала она. — Может, будь на моём месте другая, возможно, всё складывалось бы иначе».
Обернувшись, Мира увидела, что мокрозявы занялись развязыванием узлов на платьях, сцепивших их всех в одну связку. Страж легонько подтолкнул её в спину и она прибавила ходу. Вдоль стен на расстоянии десяти шагов друг от друга стояли маги, уничтожая малейшую надежду на побег. От одного мага к другому протянулись нити магии: будто кто-то натянул проволоку и пустил ток.
Они поднялись на несколько пролетов, и Мире показалось, что они покидают проклятое место и возносятся к «небесам», где даже дышится легче. Именно на этом ярусе была комната, в которой она жила пока шло обучение и подготовка к турниру мокрозяв. Мира почувствовала, как сердце сделало рывок и забилось в горле. Она не была готова к месту, где всё напоминает о Гае.
— Не надо сюда! — воскликнула она.
Идущий впереди страж удивлённо обернулся:
— Передумала? — спросил он.
Мира до боли сжала пальцы, угрюмо сказала:
— Нет.
Пошли дальше. Скудно освещённый факелами коридор всё длился и длился, казалось, ему не будет конца, как и магам вдоль стен.
Идущий впереди страж приостановился, дождался её и сказал:
— Ну и тварь же ты.
Мира вздрогнула всем телом, щёки полыхнули от злости и обиды.
— Полегче! — процедила она сквозь зубы. — Не то...
Ближайший факел выбрался из гнезда и угрожающе двинулся в сторону стража.
— Эй! Эй! — заорали идущие за спиной стражи.
Но ближайший маг уже подхватил факел и вернул на место.
— Хлопотно со мной, — с улыбкой посочувствовала Мира магу. Тот зыркнул на неё из-под капюшона и ничего не ответил. Мира вскользь отметила, что оскорбивший её страж от факела даже не отклонился.
Несколько метров прошли молча.
— Я пытаюсь понять, чем ты думаешь? — продолжил страж. — Как тебе не жалко этих несчастных (он ткнул пальцем в пол). Ты ведь сама была на их месте.
Мира прерывисто вздохнула и скосила на него глаза, впервые увидев в страже живого человека. Как и маги, они все были для неё будто манекены: одинаковые и бездушные. А этого захотелось разглядеть: темноволосый, с монголоидным типом лица, короткой редкой бородкой, которую правильнее было бы вовсе сбрить, волосы затянуты в хвост, нос когда-то был сломан и сросся неровно.
— Если бы это их спасло, я бы согласилась, — глухо произнесла Мира.
Страж хотел что-то сказать, но его перебил идущий за спиной товарищ:
— Ничего, скоро на её магию найдут управу. Я слышал, Колдун поднял все архивы Ордена.
У Миры от страха застыла спина. Поднял архивы? Что он хочет там найти?
— Не думай, что таких как ты в Азаре не было, — продолжал страж. — Имелись, да им быстро хвосты прижигали.
— Возможно, это была я же, — пробормотала Мира. — Одна из трёхсот восьмидесяти шести копий. Хотя вряд ли. Я бы себе об этом сказала.
— Что ты там бормочешь? — рассмеялся страж за спиной. — Скоро нагнут как всех. Не бывает такого, чтобы на кого-то не могли найти управы.
«Не предоставлю вам такой радости, — подумала Мира. — Я и так загостилась в вашем „славном“ городке».
Она решила всё же попытаться сбежать из Башни — даже несмотря на оцепление из магов. Нужно усыпить их бдительность, а потом дать дёру.
«Убегу из Башни, проберусь за ворота, угоню лодку и прямиком в Лес, — думала она. — Этот город обречён, вот пусть и погибает. Ещё бы до шляпы с голограммой добраться! Хадара обвинили в том, что он хотел свергнуть законную власть, но у меня как раз есть доказательства того, что власть Великого Хранителя и его наследника Тиреда — не законная. В одиночку размахивать шляпой, конечно, глупость несусветная. Её отберут и уничтожат. А вот если заручиться поддержкой лесных и приехать в Элсар на канжди, разговор будет совсем другой. Осталось добраться до шляпы. Ещё бы в точности узнать, куда унесли сундук...»
Они остановились возле закрытой комнаты. Страж, с которым Мира разговаривала, открыл дверь, и она вошла внутрь. Эта камера была как бы зеркальным отражением той, в которой некогда жила Мира — всё также, но наоборот. Мира пробежала глазами по кровати, тазу, кувшину с водой, столу, отхожему месту в углу. Окно в камере не предусматривалось. Страж поставил на стол лампу.
— Спасибо, — проронила Мира.
Он ничего не ответил и вышел. Мира подождала, повернётся ли в замке ключ. Не повернулся. Значит, до них, наконец, дошло, что запирать её бесполезно — если только магией. Мира направилась было к двери, но даже не дошла, как пол под ногами закачался, а перед глазами всё поплыло. Голову пронзила такая боль, словно её ткнули раскалённым прутом. Вскрикнув, Мира отступила, сама не помня как добралась
