Движение любого тела (от планеты до электрона) по криволинейной траектории может происходить, как известно, только при условии, что это тело обладает собственной кинетической энергией и что на него непрерывно действует сила, направление которой в общем случае не совпадает с направлением движения тела.
При круговом или эллиптическом движении такой силой будет центростремительная сила, определяемая напряженностью силового поля в данной точке пространства.
Ниже1 написано выражение для кинетической энергии движущегося электрона (I). Правая часть этого уравнения выражена в электрон-вольтах. Связь между радиусом кривизны в данной точке и центростремительной силой дается следующим уравнением (II), правая часть которого также выражена в электрон-вольтах (на единицу длины, конечно).
148
Из этих двух уравнений легко определяется радиус кривизны траектории движения тела. Из уравнения (III) видно, что радиус этот не зависит от абсолютных величин U и Еп, а только от их отношения. Следовательно, модель для иллюстрации движения электрона вокруг ядра может быть построена в любом масштабе. Этот вывод носит принципиальный характер, так как он дает возможность построить с помощью электронно-механических систем модель планетарной системы атома.
На приведенных выше двух рисунках представлены траектории движения единичного заряда вокруг заряженного центра, снятые с помощью специального самодвижущегося аппарата (траектографа) с автоматическим рулевым управлением и автоматическим вычерчиванием траектории.
Из этих рисунков вполне можно видеть, что такой системой имитируется не только эллиптическое движение электрона вокруг ядра, но и его процессия. Если аппарат оставить на длительное автоматическое вычерчивание траекторий, то такими траекториями будет занята определенная зона, в которой электрон никогда не удалится дальше предельного радиуса и не приблизится к ядру ближе минимального расстояния. Плотность почернения этой диаграммы одновременно будет иллюстрировать и вероятность пребывания частицы в данной зоне. С точки зрения наших обычных представлений о малом времени (вплоть до микросекунд и даже наносекунд) невозможно, конечно, проследить единичную траекторию электрона, так как теоретическое время обращения электрона на одном витке составляет около 10-16 секунды, и, следовательно, за одну микросекунду произойдет более миллиарда оборотов.
Само собой разумеется, что дискретная структура «облака» в этом случае не будет выступать, она будет завуалирована множеством из множества траекторий.
Приведенную картину не следует, конечно, рассматривать как доказательство планетарной системы атомов, она описана здесь только с единственной целью — для иллюстрации диапазона аналогий. Вместе с тем она, может быть, натолкнет кого-нибудь на поиски механизма актов поглощения и актов излучения квантов света орбитальными электронами. Эти вопросы все еще остаются белыми пятнами в науке, так же как остается еще не раскрытой физическая сущность закона Ома, несмотря на его относительную древность.
149
Подвергая критическому омысливанию и анализу понятия, порой даже общепринятые в науке, мы, несомненно, будем обогащаться новыми идеями. Еще выдающийся представитель XVIII столетия, немецкий писатель, публицист и ученый Г.-К. Лихтенберг говорил, что «общепризнанные мнения и то, что каждый считает делом давно решенным, чаще всего заслуживают исследования». Исследование же, оторванное от анализа взаимосвязей, неизбежно ведет к метафизичности.
ЕГО ВЕЛИЧЕСТВО ФАКТ
Особенностью живого ума является то, что ему нужно лишь немного увидеть и услышать для того, чтобы он мог потом долго размышлять и многое понять,
Джордано Бруно
«Как ни совершенно крыло птицы, оно никогда не смогло бы «поднять ее ввысь, не опираясь на воздух. Факты — это воздух ученого. Без них он никогда не может взлететь».
Так писал И. П. Павлов в своем известном обращении к молодежи.
В любой сфере деятельности человека нет ничего более достоверного и убедительного, чем факты. В нашей жизни они всегда считаются самыми непреложными, неоспоримыми доводами в пользу высказанного предположения.
По мнению большинства, факт наиболее полно подтверждает любое состояние предметов, их взаимное отношение друг к другу, их развитие. Ссылками на факты мы всегда стремимся закончить деловой разговор. Вот почему мы так часто употребляем такие выражения, как «факты говорят сами за себя», «факты решают все», «давайте факты» и т. п. Как будто факты сами по себе действительно могут что-то говорить или решать. Факты нередко принимаются как абсолютная истина, как закон. Это настолько укоренилось в нашем сознании, что порой против такой аргументации затрудняешься что-либо возразить.
151
В науке такое слепое преклонение перед фактами часто приводит к большим недоразумениям, к замедлению в развитии целых отраслей знания, в особенности в некоторых разделах точных наук, в технике, в естествознании.
И как бы это ни показалось парадоксальным, но не осмысленный до конца факт часто ведет к ложному истолкованию его.
ОТ КОПЕРНИКА ДО ГАЛИЛЕЯ
В течение многих тысячелетий люди видели, что Солнце всходит и заходит. Они видели, да и сейчас видят, что Земля стоит на месте, а Солнце и все другие небесные светила движутся по небосводу. И для миллиардов людей на протяжении тысячелетий это было действительно «непреложным фактом». Ведь никто не видел, не слышал и не ощущал, что движется Земля, зато все ежедневно видели собственными глазами, что Солнце движется. Таков был «факт», всеми наблюдаемый. В течение миллионов лет никто не сомневался в его непреложности. И только совсем недавно (конечно, в масштабах всей истории существования и развития человечества) нашлись смелые люди — Николай Коперник (1473—1543), Джордано Бруно (1548—1600), Галилео Галилей (1564—1642), которые иначе, чем все остальное человечество, осмыслили всем известные «факты» и пришли к заключению, что не Солнце движется по небосводу, а Земля вращается вокруг своей оси и вместе с другими планетами обращается вокруг Солнца.
Это было дерзкое по тем временам умозаключение.
Оно коренным образом расходилось с наблюдаемым фактом.
Великий польский астроном Николай Коперник в своем труде «Об обращениях небесных сфер» первым объяснил наблюдаемые движения небесных светил вращением Земли вокруг оси и обращением планет (в том числе и Земли) вокруг Солнца. Это учение делало переворот во всем естествознании того времени. Это был отказ от общепринятого учения о неподвижности Земли.
152
Выводы Коперника были столь смелыми и столь непохожими на то, что всеми наблюдалось и всеми проповедовалось (особенно церковью), что он сам побоялся опубликовать свой труд. Плоды почти тридцати летнего труда увидели свет только после смерти автора, его опубликовали друзья Коперника. Однако при этом не обошлось без курьеза. Зная, какой отголосок может вызвать опубликование трудов Коперника, особенно среди церковников, издатели предпослали книге предисловие, в котором указали, что на вычисления Коперника надо смотреть не как на серьезный научный труд, объясняющий небесные явления, а как на занятные упражнения ума. И только в этом смысле они, издатели, сочли возможным опубликовать его труд.
Ровно через пять лет после смерти Коперника родился мученик науки Джордано Бруно. За проповедь нового учения, за смелое развитие коперниковой системы взглядов о строении солнечной системы он был сожжен инквизицией на костре в Риме в 1600 г. Бруно был одним из великих итальянских мыслителей. Он был материалистом и атеистом, боровшимся против схоластики и католицизма. Он мог бы еще многое сделать, если бы не оборвалась его жизнь. Незадолго до смерти, в 1584 г., он написал два сочинения: «О бесконечности, Вселенной и мирах» и «О причине, начале и едином», за которые культурное человечество будет чтить его вечно.
Гонимый церковью, Бруно всю свою жизнь провел в скитаниях. Развивая учение Коперника, он убежденно и страстно проповедовал бесконечность Вселенной и бесчисленность миров. Больше всего он ненавидел догматиков, которых саркастически называл «созвездием педантов».
Жизнь замечательного, разностороннего и бесстрашного ученого была трагически оборвана, но свет его разума будет всегда сиять человечеству.
Другой итальянский ученый, Галилео Галилей — астроном, физик и математик, также чуть было не поплатился жизнью за развитие гелиоцентрических («гелио» — солнце по-гречески) взглядов Коперника.
Галилей многое сделал для науки: он открыл закон инерции, изучал падение тел, движение маятника, первым в истории науки наблюдал с помощью изготовленной им самим зрительной трубы (телескопа) небесные светила.
153
