что Византийская империя и Арабский халифат находились в постоянной и напряженной информационной борьбе. К тому же, идентифицируя себя с римлянами («ромеями»), а свою культуру с античным наследием, византийцы делили мир на истинный, латинско-греческо-христианский, и «чужой», инокультурный и иноверный. Еще одна особенность Византии была связана с тем, что она не просто находилась между мирами, а составляла свой, особый мир. Ислам должен был, по мнению византийских Интеллектуалов, войти в сферу византийской культуры, «чтобы обрести истинные знания о Боге в Иисусе Христе»[127]. Обе цивилизации, христианская и мусульманская, в первом тысячелетии н. э. находились фактически на стадии становления, поэтому с обеих сторон наблюдается скорее стремление подчинить себе идейного «врага», чем дистанцироваться от него, уйдя в оборону, как это будет характерно для периода развитого средневековья.
В этот же период европейцы смотрели на ислам более абстрактно: «по существу, европейское восприятие ислама уходило корнями в невежество и страх, в результате чего в западных умах закрепился сильно искаженный, доведенный до абсурда его образ»[128]. На Западе ислам интересовал интеллектуалов больше, чем простых людей: ««постоянным оставалось то, что интересовались исламом только интеллектуалы. Простые люди, похоже, были к нему равнодушны – даже те, кто поддерживал с мусульманами дружеские отношения»[129].
Восточно-христианская интерпретация мусульманского вероучения связана с именем Иоанна Дамаскина. Святой Иоанн Дамаскин был одним из первых христианских авторов, чье имя обычно возглавляет всякий список христианской анти-мусульманской литературы.
Он родился в столице Сирии Дамаске, в христианской семье около 675 (680?) г. Согласно традиции, Иоанн принадлежал к богатой семье Сергия Мансура, чиновника византийского финансового управления в Дамаске, участвовавшего в переговорах с арабами о капитуляции города в 635 г., и был его внуком. Иоанн получил прекрасное образование – его учителем был Косьма Сицилийский, купленный на рынке в качестве учителя. Преподавая «не только по книгам сарацин, но и по книгам греков», он научил юного Иоанна риторике, физике, математике, музыке, астрономии, теологии, познакомил с Кораном и хадисами. Он знал арабский язык и, возможно, был знаком с Кораном. В немалой степени благодаря своему образованию Иоанн смог, после смерти отца, занять высокий государственный пост при дворе. Но неожиданно он принимает решение оставить государственную службу и принять сан священника. Возможно, это было связано с его неприятием иконоборческой политики византийского императора Льва III Исавра. В 734 г. он был рукоположен и с тех пор активно боролся против иконоборчества, манихейства, несторианства и других ересей. Он удалился в монастырь св. Саввы в Палестине и стал одним из наиболее известных богословов, автором многочисленных трудов по православному богословию, первого систематического Изложения Православной Веры и одним из самых одаренных гимнографов восточного христианства. Приблизительная дата смерти – 50-е годы VIII в. (по другим данным, умер около 780 г. в возрасте 104 лет).
Иоанн Дамаскин – последний из великих отцов церкви на Востоке и первый схоласт, был автором целого ряда сочинений[130], из которых для данной темы особое значение имеет «Спор сарацина и христианина»[131] и «Источник знания» (734).
Последнее состоит из трех частей:
• «Диалектика» – здесь дается изложение философии Аристотеля (считалась в Византии «школой мысли»), она имеет вводный и методологический характер
• «О ересях» – она включает в себя 103 наименования различных еретических, по мнению Дамаскина, учений. Почти все ереси – католические, описаны на основании греческих ересеологов. Под номером 101 значится «ересь исмаилитов».
• «Точное изложение православной веры» – первый в своем роде опыт систематического изложения церковного учения.
По словам самого Дамаскина, цель сочинения – не сказать что-то новое, но аккумулировать то, что «святые и мудрые люди думали в различные времена».
Глава 101 второй части «Источника знания» является систематическим объяснением ислама христианским автором.
Его полемика с исламом носила преимущественно теологический, а не политический характер, что объяснялось, прежде всего, тем, что при омейядских халифах еще не было массовых конверсий, а сирийские христиане еще не видели для себя духовной опасности в исламе, относясь к нему как к вере полуварварского народа.
Раздел, посвященный «ереси исмаилитов», занимает особое меcто и рассказывает о домусульманских верованиях арабов, происхождении этой «ереси», о ее пророке и священном писании, ее доктринах и обрядах мусульман, открывая тем самым поток антимусульманской христианской литературы.
«Существует еще и религия измаилян, которая имеет силу и в наши дни, сбивая с пути народ и предвозвещая приход антихриста. Она берет свое начало от Измаила, рожденного Авраамом от Агари, поэтому они называются агарянами или измаилянами. Их также называют сарацинами – от слов лишенные Саррой, ибо сказала Агарь ангелу: Сарра изгнала меня ни с чем.
Они были идолослужителями и поклонялись утренней звезде и Афродите, которую на своем языке называли Хабар, что значит Великая.
Так, до времен Ираклия они открыто служили идолам; а с того времени и по наши дни утвердился среди них лжепророк, называемый Мамедом, который, приобретя случайные познания в Ветхом и Новом Заветах и вдобавок пообщавшись с арианским будто бы монахом, основал свою собственную ересь. После того, как он снискал себе расположение народа, притворяясь набожным, он распустил молву, что некое послание, пришедшее к нему с небес, было откровением Бога. Изложив в своей книге несколько смехотворных учений, он передал им ее для почитания»[132].
Мухаммед, согласно изложению Иоанна Дамаскина, говорит, что единый Бог есть творец всего, и что Он не рожден и никого не родил (ср. Коран 112:3); признает бессеменное рождение Иисуса от Марии, но отрицает божественную природу Христа и распятие; а также утверждает, что Бог взял Его живым на небо.
Ислам представлен здесь как «ложное суеверие», а не другая религия. Дамаскиным применяется понятие «предтеча Антихриста» но по отношению к учению Мухаммеда, а не к его личности. Даются три имени мусульман: исмаилиты, агаряне и сарацины. Все они связаны с мусульманскими представлениями о себе самих. Измаильтяне потому, что Измаила мусульмане считают своим праотцом. Название «агаряне» происходит от имени матери Измаила – Агари. А «сарацины», по мнению Иоанна Дамаскина, произошло от слов Агари: «Сарра отпустила меня пустой» (Sara vacuam me dimisit).
От религии Авраама и Измаила мусульмане обратились к идолопоклонничеству. По мнению Иоанна, это произошло вследствие введения идолов и чуждой практики богослужения. Автор заметил влияние на ислам староарабских культур и признал, что Мухаммеду удалось отвратить арабов от многобожия и вернуть их в лоно монотеизма.
Мухаммеда Дамаскин называет самыми бранными словами – «лжепророк», «лицемер», «лжец» и «прелюбодей». Тот «случайно» познакомился с Ветхим и Новым Заветом и затем составил собственную ересь: от иудаизма взял монотеизм; от ариан – утверждение, что Сын и Дух были
