у костра было видно хорошо. Третий хетт тоже дремал, облокотившись о камень. Четвёртый не спал, но, на моё счастье, он находился между мной и костром. Отблески огня будут мешать чёткости его зрения.
Подождал ещё полчаса — хетт не спал, но периодически клевал носом.
— Пора? — Элса предстояло преодолеть расстояние в тридцать шагов, едва я вступлю в схватку.
— Немного подождём, — скинув с себя шкуру, остался в тунике. Светлая одежда в грязных разводах, как никакая другая подходила к цвету утоптанного грязного снега. Уичин едва сдерживал своё нетерпение. Приложив палец к его губам, потребовал полного соблюдения тишины. Будь на улице свежий снег, моя затея провалилась бы не начавшись. Но снег был натоптан до состояния льда, а если равномерно распределять нагрузку, удастся ползти бесшумно.
Хетт поднял голову и подкинул пару поленьев в костёр: самое время для наступления. Пока пламя охватит дрова и разгорится, пройдёт минут пять. Свет от костра сейчас слабоват, но разгорающийся огонь будет создавать слабый шумовой эффект, что мне на руку.
Подождав пару минут, ящерицей выскользнул наружу, вдавливаясь в снег. Огляделся: хетт продолжать сидеть, согнувшись, уперев руки в колени и склонив голову. Не торопясь, выверяя каждое движение, буквально распластавшись на грязном снегу, медленно двигался к цели. До костра оставалось порядка десяти метров, когда стражник вскинул голову и осмотрелся. Не увидев ничего подозрительного, хетт успокоился, опуская голову. Он поёрзал и сел, привалившись плечом к камню.
Я находился за валуном на котором спал второй хетт, протянув руку, мог бы дотронуться до его ног. Момент принятия вертикального положения самый опасный — под ногой может хрустнуть корка снега или щёлкнуть сустав от холода и нагрузки. Но мне повезло — теперь я находился в полуметре от спящих, ища глазами оружие. Вариант с удушением мог вызвать конвульсии и разбудить остальных.
Меч спящего хетта висел на его поясе в ножнах. Осторожно взяв ножны в левую руку, стал вытягивать меч. Этот воин оружие смазывал регулярно, слегка бликанув в отблеске пламени костра, клинок бесшумно вышел из ножен. Я буквально чувствовал на себе взгляд Элсы из темноты: если начнётся возня, ему придётся бежать ко мне. Перед самым выходом подкорректировал свой план: если мне удастся бесшумно устранить всех четверых, «казарма» даже не услышит возни снаружи.
Мне удалось сделать пять шагов, заходя за спину дремавшего стражника. Чутьё, в последний момент заставило его поднять голову, но было поздно. Зажав хетту рот левой рукой, правой вогнал меч в грудную клетку у основания шеи. Лезвие коснулось ключицы, но беспрепятственно погрузилось на половину клинка. Крепко прижав к своему животу голову хетта, подождал с полуминуты, прежде чем мягко уложил его на камень, служивший сиденьем. Спящий на валуне лежал, запрокинув левую руку на голову — клинок мягко вошёл в подмышечную область, пронзая сердце.
Оставались спящие у самого костра, завёрнутые в шкуры. Определив, в какой позиции находится враг, пронзил сердце коротким ударом, одновременно закрывая рот. А вот с положением четвёртого чуть не вышла промашка: полагая, что он спит на спине, как и убитый до него, я едва не промахнулся. Занесённая рука с мечом остановилась, левой рукой потянул за плечо. Хетт, спросонья пробормотав нечленораздельное, развернулся лицом ко мне, подставляя сердце для удара. В последний момент он успел открыть глаза, но вряд ли успел осознать момент смертельной опасности. Клинок пронзил сердце, пара конвульсий практически не дали шума.
Бросив взгляд в сторону Элсы, замахал руками: бесшумно, словно тени появились Элса, Уичин и ещё трое рабов.
— Надо заблокировать стражников, — пятьдесят метров до «казармы» преодолели быстро. Даже за закрытым пологом было слышно, как храпят несколько человек. Их костёр погас, надо было спешить, пока никто не проснулся от холода. Статуи оказались чертовски тяжёлыми — пришлось послать Уичина, чтобы привёл остальных рабов. Пять минут, что мелухх отсутствовал, мне показались вечностью. Лишь усилиями семи человек удалось сдвинуть первую статую бога Тешуба. Вторая оказалась чуть легче.
Кроме Уичина ещё два раба оказались бывшими охотниками. Один лук и меч стражников у костра взял Элса. Три остальных лука и два меча оставил Уичину с наказом просто караулить вход и стрелять только, если хетты попробуют выйти наружу. Один из рабов сбегал за моей шкурой — я уже начинал выбивать барабанную дробь зубами на этом собачьем холоде.
— Мы к пещере, освободим наших людей и вернёмся, — объяснил освобождённым, прежде чем с Элсой выступили ко второй страже. Уичин снова заверил меня, что будут караулить, и не допустят выхода хеттов наружу. С учётом трёх луков, двух мечей и заблокированного выхода, задача мелухху с рабами предстояла не самая трудная.
— Элса, я попробую подобраться вплотную к страже. Ты займи позицию в пятидесяти шагах. Если я махну рукой — стреляй. Если не махну — жди.
С первым сторожевым постом всё прошло настолько удачно, что захотелось повторить. Если хетты спят или дремлют — есть шанс на успех. Но везения не бывает бесконечно — подобравшись к хеттам на сорок метров, пришлось притаиться. До меня долетали обрывки разговора, как минимум двое стражников не спали. Удалось подобраться до десяти метров, дальше был риск быть обнаруженным. Костёр у пещеры горел ярко, освещая круг диаметром в десять — двенадцать метров.
Сжимая в руке меч, подобрался, готовый стартовать и обрушиться на врагов. Я дважды махнул рукой, но выстрела не последовало. «Он меня не видит», — промелькнула мысль, — «ведь я нахожусь в темноте». Чтобы Элса увидел меня, нужно оказаться на линии перед костром, хотя можно получить стрелу, если меон плохой стрелок. Стараясь не шуметь, поменял местоположение и снова махнул. Еле слышный свист и один из хеттов начал заваливаться набок. И в ту же секунду я стартовал, как пущенный из пращи камень.
Десять метров преодолел за полторы, максимум две секунды. Хетт успел вскочить на ноги и даже наполовину вытащить меч из ножен, когда рубящим ударом перерубил ему ключицу и дошёл до середины грудной клетки.
Мой меч застрял, оставив его в теле, перехватил оружие хетта и рубанул по голове стражника, проснувшегося на шум. Одновременно послышался свист, и стрела воткнулась в лежащее тело, но не убило третьего стражника. Его начинающийся крик прервался после иоего удара в район шеи. На меня брызнула тёплая жидкость, я покрутил головой, ища четвёртого. Со стороны пещеры послышался шум камня, и чёрные тени начали выскакивать наружу.
— Арт! — вполголоса произнёс Этаби бросаясь ко мне.
— Где четвёртый?
