любую секунду.
— Владыка… — Фриз оскалился, в его голосе прозвучала ярость, но почти сразу он заставил себя замолчать. Гордость пришлось придавить, благо подобный опыт у него уже имелся. Он шумно вдохнул морозный воздух и выдавил: — Мы пришли, чтобы предупредить тебя! Объединённая армия айсварнов, ледяных и кромов скоро будет здесь! Они задумали свергнуть вас! Смести с лица земли под покровом вьюги! — хитрый вождь расправил плечи и надулся от важности, надеясь, что его громогласные слова произведут впечатление, а Владыка проникнется серьёзностью угрозы.
— Иледар, — холодным тоном сказал лже Владыка, даже не моргнув.
Начальник гвардии едва заметно кивнул и сделал резкий выпад. Никто из наблюдавших не успел уловить движение копья — слишком быстро. Следующее мгновение обернулось для вождя ужасом. Правая рука Фриза отлетела в сторону, словно хрупкая ветвь, и, ударившись о ледяную стену, рассыпалась на сотни мелких осколков, зазвенев по камню.
— Ааа-аао-оо-оа! — истошный вой вырвался из Фриза. Его лицо исказилось от боли и ужаса, он согнулся, зажимая культю. — Владыка! За что⁈
— Паршивый морскс! — рявкнул лже Владыка так, что стража на стенах вздрогнула. Его глаза полыхнули холодным бешенством. — Ты подумал, что я куплюсь на подобную чушь⁈ Думаешь, я не знаю, где твоя алчная душонка обитала до этого момента⁈ — он шагнул ближе.
Владыка выхватил клинок. Лезвие, сверкнувшее голубыми искрами, тут же оказалось у самого глаза Фриза. Кончик клинка едва касался кожи, и стоило бы только слегка надавить, чтобы глаз лопнул, как ледяной пузырь.
— Хочешь сказать, что ты прошёл сотни километров со своей армией только ради того, чтобы донести до меня эту жалкую весть? — голос лже Владыки звенел от ярости и презрения. Он говорил медленно, почти шипя, каждое слово вонзалось в слух Фриза, как игла. — Говори правду, жалкий стрикс! Или я прикончу тебя прямо здесь, на глазах у твоих же воинов!
Глава 10
Фриз посыпался сразу, как только холодный клинок коснулся его лица. Он мгновенно понял, что шутить с ним никто не собирается. Ни возможности бегства, ни надежды, как-то выкрутиться — ничего у него теперь не было. План, по которому он рассчитывал выпросить у Владыки благосклонность и прибавить веса в глазах остальных вождей, окончательно провалился. Мысли метались в голове, словно ошпаренные крысы, ища хоть малейший выход. И вдруг он вспомнил, с чего всё началось.
— Посланник! — выкрикнул он отчаянно, словно хватался за последнюю соломинку. — Посланник Борея идёт на вас войной! Это всё его рук дело!
— Посланник Борея? — лже Владыка резко повернул голову к Осгриму и брови его сошлись на переносице. — А ему здесь что понадобилось?
— Как вам известно, айсварны имеют прямое отношение к богу ветров, — начал советник, чуть скривив губы, — но звучит это чересчур неправдоподобно. Всем известно, что их племена разобщены, а женская половина, которая и служила Борею, слишком малочисленна, чтобы предпринять хоть что-то. Не говоря уже о том, что Морана приложила руку к тому, чтобы они никогда не смогли объединиться вновь. — Осгрим тихо хихикнул, и этот смех отозвался мерзким скрежетом в ушах присутствующих.
— Верно, — согласился с ним лже Владыка и вновь уставился на Фриза. — Как он выглядел? — голос его прозвучал сухо, без особых эмоций.
— Кто? — переспросил Фриз, морщась от боли и едва держась на ногах.
— Посланник, тупой ты кусок задницы моркса! — рявкнул лже Владыка так, что даже ближайшие гвардейцы вздрогнули.
Фриз, сбивчиво дыша, начал описывать Дмитрия так, как запомнил его сам: необычный ледяной, облачённый в броню айсварнов, с двуручным мечом наперевес. Несмотря на то что его голос дрожал, он был уверен, что подробности помогут ему выкрутиться.
Однако вместо понимания на лице лже Владыки проступила ещё большая ярость. Фризу так и не удалось убедить лже Владыку, потому что он не знал некоторых деталей. Во-первых, он не знал, что здесь Дмитрий представился как посланник Мораны. А-во вторых, он начал описывать броню и оружие, которые Дмитрию достались уже после того, как он встретился с айсварнами. Откуда ему было знать, что до этого посланник выглядел иначе?
— Что ты несёшь⁈ — лже Владыка вновь сорвался на крик, и лицо его исказилось в злобной гримасе. — Собрал всё в кучу и думаешь, что мы поверим в этот бред? Ни один ледяной не носит броню айсварнов! Иледар, похоже, наш гость решил, что и вторая рука ему ни к чему!
Начальник гвардии мгновенно напрягся, уже готовясь повторить свою манипуляцию копьём, но Фриз, выпучив глаза от ужаса, в последний момент замахал единственной рукой.
— Стойте! Владыка! — пронзительно и умоляюще закричал Фриз, — Уверяю вас, я не вру! Достаточно дождаться, когда они появятся у стен вашего города — и тогда вы сами всё поймёте!
— Стой, — лже Владыка остановил Иледара жестом, и тот, разочарованно фыркнув, отступил на шаг.
Лже Владыка повернулся к долине и стал вглядываться во вьюгу. Понятное дело, что в ней ни черта было не видно. Но мрачные мысли не отпускали. А что, если этот скользкий предатель всё-таки говорит правду? Что, если действительно какой-то посланник идёт войной на его город?
Проблема заключалась в том, что жёлтый кром, да и остальные жили отсюда слишком далеко. Никто в здравом уме не будет собираться целую армию, чтобы вот так стоять под стенами города.
— Осгрим, — позвал он советника ближе. Голос его стал тихим, и в нём слышалось больше тревоги, чем злобы. — А что, если посланник Мораны провалил задание и так разозлил Борея, что тот решил нам отомстить?
— Такое возможно, — Осгрим прищурился, и в глазах его мелькнула коварная искра. — Я предлагаю отправить на разведку ледяных бестий. Пусть проверят слова этого крома. Если он нам врёт — уничтожим их прямо под стенами. А если нет — прикажем держать строй. Они станут нашими союзниками и, скорее всего, подохнут, защищая город вместо нас.
— Ты сегодня особенно коварен, — мрачно усмехнулся лже Владыка, — но мне нравится. Так и поступим…
(Минск, центральный штаб, кабинет Станислава)
— Станислав! Ты должен отпустить Марию! — Алиса уже битый час без устали пыталась достучаться до лунарианца. Голос её уже сорвался, глаза устали, а пальцы дрожали от напряжения. — Она же наша подруга!
— Алиса, я тебе уже сотню
