чувствовал отвращение к самому себе. Но и идти другой дорогой просто не желал. И за это мегаполис любил и ценил детектива.
Тони Максвелл. Гребанный ублюдок, живущий в роскоши среди руин соседей. Но это было обусловлено не желанием доминантного самца, а базовым инстинктом сохранения. Ему не нужны богатые соседи. Зачем? Чтобы их проблемы становились его? Нахер. Нет, Тони предпочитал жить на Пальмар Бич, в своем особняке, с огромной территорией в прибрежной зоне. Охрану несли полицейские дроны, а так же пусть и устаревшие, но не потерявшие истинной своей актуальности андроиды. Людям этот черт не верил. Но была у него парочка преданных бойцов, выращенных им. Он достал их с самого дна и дал достаток. Так, что в верности этих ребят можно было не сомневаться. И он не сомневался.
Электромобиль детектива Кейна остановился чуть в стороне. В глухой подворотне. Майк вышел из своей тачки и обойдя ее, открыл багажник. Стучится и вежливо просить аудиенции у высокопоставленных особ он умел. У него был свой стиль, и свои методы ведения переговоров. И делать Кейн это предпочитал на своих условиях.
Пиджак слетел с плеч, падая в багажник, а на смену ему пришел армированный плащ, сделанный под потертую временем кожу. Вот только знавал этот плащ и лучшие деньки, о чем осталось множество шрамов на его теле.
Но прежде чем одеть верхнюю одежду, Майк взял его. То самое, что обеспечит ему ультимативную эффективность в борьбе с дронами и андроидами. Эми-ружье. Дробовик, стреляющий дробью из микро эми-гранат. Убойная начинка, которая выводит из строя, как технику, так и людей. И смерть от этого воздействия, далеко не лучших исход. Не зря такое оружие находится под строгим запретом. Но детектив Кейн, это детектив Кейн. Ему похер на это запрет. Ведь речь идет об эффективности.
Повесив ремень ружья себе на плечо, на другое он повесил патронташ, прикрывая все это добро длинным, черным, кожаным плащом.
А дальше… дальше все привычно. Проверка патронов в дробовике. Проверка верной «беретты». И как финальный штрих плазменный резак. Кто-кто, а Кейн прекрасно знал, как не вовремя могут закончиться патроны.
Майк еще раз осмотрел свой арсенал, пылящийся в багажнике. Взгляд остановился на тяжелых гранатах вакуумного взрыва. Скривив губы в ухмылке демона Санрайз-Сити, детектив закинул одну себе в карман.
— Дерьмо грязью не испортишь. — Проговорил он поговорку, что не раз повторял, в похожих ситуациях. Это была словно дань. Дань традиции. Дань памяти. Памяти его мести.
Нарочито расхлябанной походкой, человека, который точно знает, кто здесь альфа человек, Майк вышел из переулка и находу закинув в зубы очередную сигарету, чиркнул зажигалкой. Огонек дрожал на ветру, но послушно подпалил табак. Дым ворвался в легкие, и вырвался вместе с кашлем. Детектив сплюнул мокроту на грязный асфальт, и не спеша продолжил свой путь.
Следом, он достал пластиковую баночку с обезболом. Высыпав на ладонь две таблетки, он остановился. Подняв свой взгляд, Кейн окинул предстоящее поле боя и уверенно высыпал на ладонь еще пару таблеток. Закинув колеса в рот, он достал флягу. Потряс ее в руках и разочарованно вздохнул. Бухла оставалось на самом дне. Пора было бы уже наведаться домой. Тем не менее детектив одним большим глотком осушил флягу, чувствуя как огненная жидкость прокатывается по его пищеводу.
Ворота особняка Тони Максвелла выглядели неприступными. Тьма камер, летающие по окрестностям дроны. Пройти внутрь без предварительной записи, казалось невозможно. Если только у тебя нет тяжелого вооружения, и ты больше не дорожишь своими яйцами. Ведь хозяин этого уютного домика с радостью затолает их в горло наглецу, что посмел потревожить его покой. Да только к воротам подходил не кто-то, а сам демон Санрайз-Сити.
Достав из кармана вакуумную гранату, Майк поцеловал ее, как старую подругу, с которой прощался на веки вечные, после чего выдернул чеку и отправил в полет, прямо к воротам.
— Три, — подняв руку, и загибая пальцы, начал обратный отсчет, слетающий с катушек детектив, — два… один.
Мощный взрыв вогнул створку автоматических ворот, проделав в них дыру, достаточную, чтобы Майк мог пройти. Граната не смогла их снести. Все же они были крепкими. Да только и предназначалась граната для создания дыры, а не выноса преграды. Взгляд детектива смотрел сквозь разгорающийся огонь и дым. Горел зеленый, идеально ровный, газон, распространяя противный запах плавящегося пластика. А там, за дымами уже шли вперед двойки андроидов, покрытые искусственной кожей.
— Тук-тук, ублюдки. — С фирменной усмешкой, дипломированного психопата, произнес Кейн, все больше и больше отпуская поводок демона, что сидел на цепи внутри его души.
Детектив подошел ближе к горящему огню, прикрываясь левой рукой от жара. Правая же рука уже вскинула эми винтовку, выпуская первый патрон, накрывший и первую двойку жестянок. Шаг в дыру. Это как пройти через портал. Вот ты стоишь на прикрытой неоном гнилой улочке промышленного района, а вот ты оказываешься на пороге рая, что через несколько минут запылает пробивая землю и отправляясь прямым экспрессом в ад.
И снова выстрел, передергивание помпы винтовки, шаг вперед. Кейн знал как двигаться в бою. Он дышал боем. Выстрел. Перезарядка. Выстрел. Перезарядка. Замкнутый круг, где цели сменяют друг друга, а пули свистят над твоей головой.
Удар в плечо. Плащ как всегда удержал, не позволив свинцу продырявить тушку детектива. А Майк не останавливался. Он шел вперед, снося как дроны, так и андроидов. Они закончились быстро. Слишком быстро от ожиданий Кейна. Это было досадно. Душа требовала боя. Демон только начал просыпаться и требовал добавки. Он голоден. Он хочет жрать души врагов. Он хочет упиться их кровью. А здесь… здесь одни жестянки.
Остановился Майк только у входных дверей. Они были закрыты. Но ведь детектив никогда не искал простых путей. Да и двери, не всегда являются нужным входом. Иногда проще войти через окно. Особенно если оно не бронированные. Но в этот раз, он решил идти именно через дверь. Тем более…
Кейн спокойно, и не спеша, досылал патроны в свою винтовку, начитывая под нос старый стишок-считалку.
Раз, два, детектив Кейн идет,
Три, четыре, патрон в обойму дошлет,
Пять, шесть, лучше сразу беги,
Семь, восемь, ты ему не груби,
Девять, десять, и с ним не шути…
Раз, два, скорей говори,
Три, четыре, ты дружок не молчи,
Пять, шесть, Кейн резак достает,
Семь, восемь, ближе и ближе идет,
Девять, десять, не то душу твою украдет.
Закончив с зарядкой эми винтовки, Майк выплюнул бычок на
