Америка в середине семидесятых годов была охвачена спорами о роли кино как блюстителя национальной морали. Тут «Таксист» попал в самую гущу полемики.
Те, кто ратовал за более жесткую цензуру, считали фильм отвратительным, а бывшего семинариста Скорсезе приравнивали чуть ли не к Антихристу в облике человеческом. Те, кто призывал к большему либерализму, двусмысленно говорили, что фильм показывает, на что способны артисты, если им дать побольше свободы.
Дебаты продолжались все то время, пока фильм был в прокате, но в конце концов «Таксиста» стали воспринимать таким, как он есть: шедевром Скорсезе и Де Ниро, устанавливающим новые стандарты американского кино. И жюри в Каннах, пусть и колеблясь, первым увенчало лаврами создателей картины.
В «Ньюсуик» о Де Ниро писали как о «самом заметном молодом актере американского кино». Полин Кэл в «Нью-Йоркере» поместила его в весьма лестную компанию: «Роберт Де Ниро здесь почти в каждом кадре. Иногда он красив, как Роберт Тейлор, а иногда неуклюж и неловок, как Кэджни…» Роберт Эберт сделал такое традиционное сравнение: «Роберт Де Ниро в роли Трэвиса Бикла так же прекрасно передает эмоции, как Брандо, даже когда пытается как бы скрыть их от нас…»
Как только настал следующий сезон присуждения призов, фильм «Таксист» снова стал лидером по количеству «трофеев». Де Ниро был наиболее вероятным претендентом на премию нью-йоркских критиков в номинации «Лучший актер».
Киноакадемия также была благосклонна к актеру, но шоу, которое теперь, с расстояния, видится как лучшее в истории кино, тогда было омрачено вмешательством непреодолимых сил…
13. Прославить дважды
Утром 14 января 1977 года в ходе присуждения призов Киноакадемии за 1976 г. произошел драматический поворот.
В номинацию по категории «Лучший актер» попали в тот год: Де Ниро — за фильм «Таксист»; ранее совершенно неизвестный исполнитель эпизодических ролей Сильвестр Сталлоне — за фильм «Рокки»; итальянец Джанкарло Джаннини — за фильм «Семь красавиц»; Питер Финч и Уильям Холден — за фильм «Сеть». Лидерами по количеству поданных за них голосов были «Сеть» и «Рокки», но в целом все сходились на мнении, что вокруг этого «Оскара» развернулась самая жесткая конкуренция за последние годы.
Де Ниро вступил в соревнование за «Оскара», уже имея за плечами приз, присужденный ему критиками Нью-Йорка. Роль Трэвиса Бикла была отмечена также и критиками Лос-Анджелеса и Национальным обществом кинокритиков. Его основным соперником был, вероятно, Питер Финч, фраза которого (из роли сумасшедшего репортера Говарда Била в фильме «Сеть») обошла пол-Америки: «Я псих, и я не стану больше этого терпеть!» Финч ужасно хотел получить «Оскара» и дал около 300 (!) интервью, чтобы подогреть интерес к фильму и к собственной персоне. В то же время Де Ниро занял достаточно нравственную позицию и не старался себя выпячивать.
Сравнивать игру двух разных актеров в двух совершенно различных ролях — безнадежное дело, однако не вызывает особых сомнений, кто из этих двух был лучше, достойнее. Но тем не менее бешеная рекламная кампания Финча сделала свое дело, и мнение членов Киноакадемии склонялось в его пользу. 14 января 1977 года Финч приехал в отель «Беверли-Хиллз», чтобы дать очередное интервью в живом эфире, в передаче «Доброе утро, Америка», — и вдруг, прямо в вестибюле гостиницы с ним случился сердечный приступ, от которого он скончался. Итак, «Оскар» Финчу был обеспечен, казалось, самой его смертью…
По правилам Киноакадемии «Оскар» не может быть присужден посмертно. Но в случае с Финчем бюллетени с волеизъявлением членов Киноакадемии уже поступили в счетную комиссию, так что ничто не могло остановить развития событий. Вечером, как все и ожидали, актриса Лив Олмен прочла имя Питера Финча на вынутом из сверкающего конверта листке, и после краткой речи режиссера Чаевского «свежеиспеченная» вдова актера Элета вышла на подиум и приняла «Оскара»…
Так Де Ниро остался без награды за одну из лучших ролей во всей истории американского кино. Единственным утешением ему могло служить лишь то, что он не «пролетел» дважды. Дело в том, что в тот же год на «Оскара» был выдвинут фильм Хэла Эшби «Обреченный на славу», крупнобюджетный фильм о певце Вуди Гатри. Де Ниро приглашали на эту роль, но в конечном счете он отказался, и певца сыграл Дэвид Каррадайн.
В новом фильме Скорсезе «Нью-Йорк, Нью-Йорк» Де Ниро должен был играть вместе с Лайзой Минелли. Из них троих только Минелли, казалось, подходила для мюзикла — после своего «Кабаре», за который получила «Оскара». Тем не менее Скорсезе просто жаждал снять его. Этот фильм словно возвращал режиссера в детство, когда родители брали его с собой в дансинги, и юный Скорсезе (он родился в 1942 году) впитывал музыку Пола Уайтмена, Ксавье Куга и Луи Прима.
«Нью-Йорк, Нью-Йорк» — это история саксофониста Джимми Дойла и певицы Фрэнсины Эванс. Джимми — мучимый невостребованностью музыкант, который мечтает подарить миру новое звучание, а Фрэнсина попросту хочет быть лучшей певицей в своем окружении… Они не могут жить вместе и почти не могут жить врозь… Но каждый из них — своего рода «муза» для другого, и вот однажды они создают шедевр — песню «Нью-Йорк, Нью-Йорк» (написанную для фильма Кэндером и Эббом). Но, пережив магические мгновения вместе, они все-таки расстаются, и на сей раз навсегда.
«Нью-Йорк, Нью-Йорк» был словно предназначен стать главным хитом сезона еще до того, как заработали камеры на съемочной площадке. Сочетание самой яркой голливудской звезды-мужчины и популярнейшей певицы должно было само по себе обеспечить бешеную кассу. И Де Ниро, и Скорсезе эти соображения считали вполне резонными. Отношения актера и режиссера становились все более и более близкими, так что злые языки обвиняли их в том, что они даже «махнулись» женами — у обоих супруги в тот момент были беременны. (Следует отметить, что беременность Джулии Камерон протекала полегче, чем у Дайан Эбботт, — она смогла даже спеть песенку в фильме «Роза медового месяца».)
С самого начала съемок было ясно: что-то должно случиться. Работа над сценой, в которой Джимми долго и занудно упрашивает Фрэнсину станцевать с ним на празднике по случаю годовщины победы над Японией, заняла массу времени. Не было написанного сценария. Актеры импровизировали буквально во всем, и съемка заняла целых восемь дней. Иногда группе приходилось ждать по нескольку часов, пока Скорсезе вместе с Де Ниро и Минелли придумают продолжение. Одна из сотрудниц группы вспоминает, что ей звонили в семь утра и звали на съемку вне графика, а потом приходилось ждать до полуночи, когда сцену наконец начинали снимать.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
