Читаем без скачивания Неоязычество на просторах Евразии - Сборник статей

В последние годы подобного рода фантазии, в частности о происхождении украинцев от трипольцев, весьма популярны на Украине. Они активно поддерживаются, например, газетой западноукраинских националистов «За вiльну Украiну», неоязыческими журналами «Сварог» и «Индо-Европа». Последний, в частности, опубликовал воззвание основанной Силенко в Канаде нативистской украинской церкви. В нем объявляется, что христианская религия чужда украинцам, ничего, кроме несчастья, им принести не может. Путь же украинцев к возрождению лежит якобы только через украинскую национальную, т. е. языческую, веру. Поэтому украинцам следует вернуться к вере своих предков[246]. В одной из своих публикаций Довгич как бы комментирует этот призыв. Он повествует о катастрофе, которая произошла тысячелетие назад, когда местные боги и волхвы потерпели поражение от чужестранных «жрецов», оторвавших украинцев от родного язычества и с тех пор навязывающих им «чужую идеологию». Автор скорбит по тем колоссальным людским потерям, которых уже потребовал и еще может потребовать «христианский Молох». Он утверждает, что потеря исконной языческой основы расколола украинский народ, разрушила его национальный характер, сделала добычей чужеродцев. Это якобы и повлекло распад индоевропейского единства, упадок национальной идеи. Он видит лишь один способ избежать катастрофы – вернуться к пантеистической вере, уходящей корнями в почву Индо-Европы и разрушенной тысячу лет назад. Он взывает к великому примеру предков, которым именно обожествление природы позволило создать одну из первых цивилизаций на Земле. При этом, рисуя фантастическую предысторию предков, он не забывает черпать аргументы из «Влесовой книги».

Все это делается для того, чтобы подвести основу под украинскую мессианскую идею. Ведь если Украина достигла высот цивилизации в дохристианскую эпоху, а христианство довело ее до полного разорения, то для возрождения следует отбросить обветшавшее христианство и создавать новую идеологию, новых богов, новую Украину и… новую Индо-Европу. Парадоксальным образом, достичь этого оказывается возможным, только вернувшись назад в седую древность, «к мировоззрению наших пращуров». Автор считает, что только на такой основе можно разрабатывать «украинскую идею»[247].

В 1993 г. все рассматриваемые темы вызывали живейший интерес на Украине, особенно среди писателей. В феврале 1993 г. в Доме ученых в Киеве вполне серьезно обсуждались такие проблемы, как происхождение украинцев напрямую от местного «украинского питекантропа», о размещении на Украине главного и древнейшего центра мировой цивилизации (многие связывали его с трипольской культурой, которую представляли не иначе, как «великой державой Украиной-Орианой»), о расселении украинцев-русов по всему миру и происхождении от них многих древних народов (этрусков, троянцев и пр.), о «трипольской письменности» как первооснове всех письменных систем мира и т. д. Особой активностью в этом отношении отличался известный С. Плачинда, идеи которого подозрительно совпадали с сочинениями Л. Силенко. Мало того, фантазии о происхождении украинцев от трипольцев и скифов рекомендуются Министерством образования Украины как добротный материал для обучения старшеклассников[248]. Вряд ли стоит упоминать, что все это весьма далеко от тех представлений, на которых основывается современная мировая наука. Тем не менее многие из упомянутых выше построений пропагандировались в 1993–1994 гг. журналом «Основа», органом писательской организации Украины. Публикации этих неоязыческих идей вовсе не помешало то, что журнал открыто демонстрирует свою связь с христианской церковью.

Цель такого рода фантазий весьма далека от научной. У них – иная миссия, ибо они призваны наделить Украину и украинцев особыми качествами, найти им особое место в мире и противопоставить русским. Так, орган западноукраинских националистов журнал «Националист» (УНА-УНСО) в первом же номере попытался выхватить из рук русских националистов идею евразийства, «украинизировать» ее и связать с неоязычеством. Украина XXI в. была провозглашена «великой культурой и цивилизацией», основанной на неоязыческих «арийских» идеях, органично сплавленных с христианством. Был выдвинут лозунг создания людей нового типа, исповедующих «героический стиль жизни» в традициях УНА-УНСО[249].

Поиск этнических корней, основанный на поддельной «Влесовой книге», на которую любят ссылаться многие из упомянутых авторов, тесно связан с крайним украинским национализмом и сплошь и рядом приводит к антихристианству[250]. Антихристианство – принципиальная позиция неоязыческого движения, которое возникло на Украине в начале 1990-х гг.

С 1995 г. в Киеве действует неоязыческая община Православие. Ее возглавляет Г. Лозко, которая в 1996 г. защитила кандидатскую диссертацию по философии, посвященную украинскому язычеству, она же – главный редактор журнала «Сварог», выпускаемого общиной. Журнал ставит своей задачей пропаганду языческих обычаев и верований и одновременно обличает христианство в двуличии и аморальности – в призывах к разладу в семье, к отречению от родственников и друзей, к убийству инакомыслящих и даже к «людоедству».

Неоязыческие общины имеются в Харькове (Община этнической веры во главе с Б. Фиком), Ананьеве (Одесская область, община Орияне во главе с Б. Гарачуком), Тальне (Черкасская область, выпускают газету «Световид») и т. д. Характерно, что украинские язычники, подобно их русским единомышленникам, опираются на крайние политические силы. Так, их активно поддерживает один из наиболее ярких ультранационалистов Роман Коваль, председатель националистического движения «Державна самостийность Украины», учредитель газеты «Незборима нация» и, по совместительству, президент исторического клуба «Холодный Яр». Любопытно, что, когда 19 марта 1996 г. в Союзе писателей Украины происходила презентация книги Коваля «Философия украинства», вел вечер и представлял книгу уже известный нам пропагандист украинского язычества писатель С. Плачинда.

В 1994 г. Лозко опубликовала книгу об «украинском язычестве», в которой сделала попытку систематизировать древнеславянские мифы и верования (она выдает их за «украинские»), описать обряды и показать, как эти исконные духовные ценности были вытравлены христианством. Лозко попыталась выказать себя рьяной сторонницей самобытной народной культуры, не поддающейся ни влиянию «имперского центра», ни соблазнам зарубежных духовных веяний. В язычестве она видит исконную этническую религию украинского народа, которую тот будто бы пронес через всю свою историю, несмотря на попытки враждебных сил искоренить ее. Иными словами, она убеждена в том, что украинцы как единая этническая общность существовали задолго до появления в Восточной Европе христианства. Тем самым, все, что ей известно о древнем славянском язычестве, она приписывает именно украинцам[251]. Иными словами, и здесь мы встречаемся с конструированием новой религии из фрагментов древних верований и ритуалов, что так характерно для неоязычества вообще.

Между тем, Лозко утверждает, что христианство не пустило глубоких корней в украинском народе, – оно было воспринято лишь знатной верхушкой, тогда как простые люди из поколения в поколение передавали языческие обычаи и верования, сохраняли языческое отношение к миру. Якобы отсюда – жизнерадостность и свободолюбие украинцев, стремление к прижизненной воинской славе, ненависть к любым формам угнетения и полное отсутствие стремления к захватническим войнам. Именно эти качества, якобы противопоставляющие язычество христианству, дороги Лозко, и она объявляет начало возрождения «этнической религии» закономерным процессом, связанным с «экологизацией общества». Она верит, что украинцы смогут преодолеть предрассудки, связанные с верой в «чужого бога», и вернутся к своей исконной родной вере, как это уже делают некоторые другие народы[252]. В качестве одного из первых шагов Лозко предлагает возвращаться к славянским дохристианским именам и заканчивает свою книгу именословом, который призван этому способствовать[253].

Каковы же основные черты этой «этнической религии» украинцев, как они представляются Г. Лозко? Во-первых, она связывает истоки этой религии с древним земледельческо-скотоводческим образом жизни. В доземледельческую эпоху Лозко не углубляется, более ранние «предки украинцев» ее не интересуют[254]. Во-вторых, подобно другим неоязычникам, Лозко развивает миф о том, что в дохристианские времена люди жили в полной гармонии с природой и что эти идиллические взаимоотношения были грубо нарушены христианством[255]. В-третьих, исконную украинскую религию Лозко прямо связывет с пантеизмом и политеизмом. Поэтому она отмежевывается от учения Силенко, которое призывает украинцев к единобожию – вере в Дажбога[256]. Впрочем, это не мешает ей поддерживать самые тесные контакты с основанной Силенко в Гамильтоне (Канада) общиной «Родная вера» и получать оттуда финансовую поддержку[257]. Мало того, Лозко подхватывает лозунг «Влесовой книги» о «Дажбоге и всех украинских богах, единых в Свароге»[258], который самым странным образом пытается совместить политеизм с монотеизмом.