последнее время подозрительным! Не она украла яблоко… да, и ей с ее вечной красотой и молодостью молодильное яблоко и не нужно. И это также объясняет, поведение Замира в последнее время тоже! Он часто бывал занят, уже больше не предлагал никуда вместе сходить, или что-то сделать… потому что чувствовал вину и не мог спокойно смотреть Косте в глаза. А еще Людмила… да, она права она его никогда по-настоящему не любила. Скорее терпела ради денег и безопасности, которое ни каждый ей мог обеспечить. Чудиков-фанатов, которые могут запросто влюбиться в русалку и в ее пение, а потом преследовать ее везде… Такие сталкеры не различают чары от настоящих чувств. Не то, что русалка ходить и специально всех завораживает направо и налево… но такой побочный эффект может быть у людей с не стабильной психикой. И в отличии от той же Варвары, которая может себя физически защитить, или Василисы, которая с помощью своих целительских сил может вырубить человека послав ему электромагнитный импульс прямо в центр точки сонной артерии… Людмила может только заворожить человека голосом, заставить что-то рассказать, но не у нее нет никакой даже физической силы против, например даже обычного мужчины.
Все сходилось… Замиру тоже не нужно молодильное яблоко ни для молодости, ни для здоровья. Продать…? Такая продажа рано или поздно выплывет по слухам через несколько месяцев или пару лет, и тогда тот вполне понимал на что способен Костя в порыве ярости, злости и наказании тех — кто ворует у него. Замир далеко не дурак, и никогда им не был. Украсть ради разового обогащения? И потерять дружбу и доверие Кости, а возможно еще получить хорошую трепку, или голову с плеч… Но так радикально, Костя давно так не мстил… Все-таки существование ордена и бюро напоминали о себе постоянно как заноза в заднице. Этих двоих вполне можно вычеркивать из списка подозреваемых в краже молодильного яблока. Хотя… говорят, кто предал однажды — предаст еще раз.
Все равно, он сомневался, что эти двое взяли яблоко. Последние события больше наводили его в подозрениях на других людей… Потому что это было больше в их стиле. Но не хватало еще одной последней зацепки. Всего одного действия или происшествия. Он тоже не может голословно обвинять, как и бюро, и ордену ему требовалось больше «улик». Что же к сбору улик придется вернуться позже, сейчас ему нужно решить — что делать с этими двумя предателями? Конечно, подвесить их у себя в доме вниз головой или превратить в свиней, например он не может, вот в другие времена… по которым, если честно он иногда скучал. Все упирается потом в разборки с орденом или бюро… А их бюрократия, иногда хуже «ада». Он был уверен, что в некоторых навских мирах было проще жить… Но жаловаться и жалеть себя он не умел и не любил слишком долго. Простить их?.. Так быстро и сразу…? Он все-таки понимал, что они с Людмилой не любят друг друга. А Замир бы не стал уводить у него девушку, если бы по-настоящему не влюбился, и знал что Костя ее любит. Разве не было других девушек за все столетия их дружбы⁈ Было… много! Тысячи! Но, он просто не мог их так просто простить… Это испортит его репутацию… а она за пару веков и так ухудшилась.
Некоторые считают, что он стал слишком мягкотелым, демократичным, толерантным, тряпкой, посмешищем… по сравнению с тем, кем он когда-то был! Даже почитать современные сказки и посмотреть фильмы, изображающие его как огородное пугало и чучело, карикатурным злобным старикашкой, который может только кулаком потрясти и девушек в лягушек превращать. Правы были те — кто говорил, что репутация выстраивается столетиями, а рушиться за один акт доброты и милосердия…
Простить и отпустить он сможет… но не так быстро и легко! Он не мог, излишне злиться на Людмилу. Он сам в последние дни думал только о Василисе, проводил с ней время и даже флиртовал. Костя сам не любил двойные стандарты, и не считал себя лицемером. Если Людмила его не любит и хочет уйти, он ее отпустит. Но, отныне никакой финансовой помощи и поддержки не получит больше! А вот с Замиром, ему нужно подумать, что делать?.. Лишить должности директора и доступа в клуб? Он, думал, что это участь получше, чем посадить его на кол или пытки.
Он все-таки посмотрел на свои часы, время уже показывало почти девять вечера. Костя забрал свой телефон и кошелек из сейфа, когда они с Василисой в номере готовили сыворотки с его кровью для этих троих. Он вспомнил, что обещал Варваре купить и принести ей кофе с шоколадным тортом. Много ли он ей должен…? Может обойдется? Учитывая, что он и так ей отдал капли своей крови с иммунитетом и спас ей жизнь — самый драгоценный подарок, ей был уже вручен. И почему он до сих пор должен возиться с ней⁈ Они уже давно друг другу ничего не должны. Тем более после ее предательства…
Костя понимал, что состояние обиды и шока от того, что он узнал про Людмилу и Замира, делало его сейчас озлобленным и желчным. Он сейчас себя очень накручивал на негативные и мрачные мысли. И он знал, к каким последствиям это может привести… ни к чему хорошему. По крайней мере, раньше ни к чему хорошему не приводило. Ему нужно успокоиться! Остыть… А смотреть на лица тех — кто его сейчас бесил и раздражал, было бы не разумно.
Он резко обернулся, когда на крыльцо кто-то вышел. Это оказалась Василиса. Она обеспокоено всматривалась на него сквозь включенный свет на лестнице.
— Все в порядке? — спросила она осторожно. — Я заметила через окно, что ты давно тут… и вышагиваешь нервно туда-сюда как зверь в клетке. Что-то случилось? Что-то с Замиром? Я слышала от целительницы, которая его проверяла, что у него вроде неплохие показатели.
Он молча стоял и рассматривал такое обеспокоенное и уставшее лицо девушки.
— Мы запустили центрифугу прототипа сыворотки и образцов крови Ивана и Варвары. Она почти готова. Целители скоро начнут вводить ее остальным укушенным… Хочешь посмотреть?
Костя вдохнул, удары сердца стали замедляться при звуке голоса Василисы, как она хмурилась, сразу появились складки между ее бровями, и такие излучающие тепло янтарные глаза. Кажется, он успокоился… Потом, он, ничего не сказав, открыл портал и шагнул в него, оставив девушку
