договорились увидеться снова. В следующий раз мы встретились в пабе в Фарнборо недалеко от ее дома, и она дала мне точные инструкции, как его найти. Когда она вошла, оживленная и деловая, я стоял у двери и рассматривал старинную карту города. Люси тут же указала место, где мы находимся, а также старые улицы и железнодорожную станцию. «Люблю разглядывать карты, – рассмеялась она. – Я перестраховщик и обязательно должна знать, куда иду. Мне нравится понимать взаимное расположение объектов – даже в помещении мне нужно знать, в каком направлении я смотрю».
Люси начала заниматься спортивным ориентированием, едва научившись ходить, потому что именно так ее семья проводила выходные (ее мать и сестра участвуют в национальных чемпионатах). Сильной стороной Люси всегда была навигация. «Заставь меня соревноваться в беге с более тренированным соперником, и я приду последней, – объясняет она. – Но в лесу с картой я брошу вызов любому». Люси выросла в Нью-Форесте, в графстве Уилтшир, на лесистых равнинах, где не увидеть ориентиров, обычно заметных на открытых участках. Пользы от компаса там было немного, и Люси научилась обращать внимание на мелкие детали. Она легко справляется с задачами, которые ставят других в тупик, – например, находит дорогу в тумане. «Я не могу объяснить, как я ориентируюсь. Не могу выделить этот навык и работать над ним – это “вшито” в мой мозг». Вне всякого сомнения, она талантливый навигатор – но этот талант у нее не обязательно врожденный.
Можем ли мы улучшить свою способность к ориентированию? Вполне вероятно, что мозг искусных навигаторов лучше приспособлен к решению таких задач – например, у них больший объем гиппокампа или более устойчивые паттерны возбуждения нейронов решетки в энторинальной коре[274]. Однако исследователями получено множество свидетельств того, что мы можем улучшить свои способности – и вместе с тем изменить мозг – просто при помощи тренировок (в том числе время от времени отключая GPS на своем телефоне). Навигация – это сложный когнитивный процесс, требующий ряда способностей, в число которых входят память, концентрация и уверенность в себе. По этой причине начинать лучше в юном возрасте. Многие искусные навигаторы начинали с того, что сидели на переднем сиденье автомобиля и читали карту для матери или отца, играли на улице вместе с соседскими детьми, росли на ферме или записывались в отряды следопытов или скаутов.
В 2012 году британский телеканал Channel 4 выпустил программу «Скрытый талант» (Hidden Talent), целью которой был поиск выдающегося навигатора среди 500 случайно выбранных людей. Бесспорным победителем стала Адель Стори, двадцатишестилетняя учительница из Девона. Нейробиолог Хьюго Спирс, создатель пространственных задач для шоу, в число которых входило запоминание лабиринта улиц в Сохо, говорил, что такие результаты не показывал ни один из тех, кого ему приходилось тестировать. Пять лет спустя я нашел Адель, которая к этому времени переехала в Дубай, чтобы расспросить, как ей это удалось, и услышать ее историю.
Если вы хотите составить жизнеописание будущего аса навигации, то лучшего кандидата, чем Адель, вам не найти. Ее отец был сотрудником дорожной полиции и досконально знал британские дороги, а она часто брала на себя роль штурмана. В школе она участвовала в молодежной программе герцога Эдинбургского, включавшей разнообразные занятия на свежем воздухе и приключения. В тринадцать лет Адель вступила в молодежную организацию при Королевских ВВС и могла бы стать летчиком или штурманом – но ей не хватило длины рук (органы управления в кабине самолета расположены на удивление далеко от кресел). Она ездит на мотоцикле и увлекается альпинизмом, скалолазанием, затяжными прыжками с парашютом и греблей на байдарках – с детского возраста. Я нашел ее в футбольном клубе. «Мне повезло, что родители поощряли меня заниматься традиционно мальчишескими увлечениями, – рассказывала она. – Думаю, я не похожа на обычную девочку».
Когда Адель пришла на испытания, которые проводил Спирс, она не считала себя искусным навигатором и вообще не связывала эти тесты с навигацией. «Это было больше похоже на распознавание образов и решение головоломок, разработку собственной системы изучения Сохо», – признавалась она. Но Адель всегда была уверенной в себе. «Я смело берусь за любое дело и не боюсь пробовать. Стремлюсь проверить себя. Я твердо уверена, что можно справиться почти со всем, если у вас есть время и убедительная причина».
Иногда вера в себя – это все, что требуется для успеха. Работая над книгой, я спросил нескольких друзей, терялись ли они когда-нибудь. Одна из моих знакомых ответила: «Я специально стараюсь заблудиться, когда выгуливаю собаку или путешествую в другой стране. А как еще можно открыть новые чудесные места?» Она ухитряется ставить перед собой амбициозные цели даже во время прогулки с собакой. И это пример для всех нас[275].
Один из уроков этой главы заключается в том, что, несмотря на важную роль, которую играют в наших способностях к навигации личность, воспитание и опыт, мы всегда можем эти способности улучшить. И один из самых эффективных методов обучения – пример опытного мастера. В следующей главе мы познакомимся с выдающимися навигаторами, принадлежащими к разным культурам, и узнаем об их достижениях на земле, в воздухе и на море. Почему они так хороши и что они могут рассказать о нашей способности находить дорогу? В большинстве случаев секрет кроется не в таинственном «шестом чувстве», а в сочетании навыков и способностей, которыми в той или иной степени обладаем все мы.
7
Прирожденные навигаторы
Из многих достижений авиации в период затишья между двумя мировыми войнами одним из самых необычных стала попытка Гарольда Бромли пересечь Тихий океан, предпринятая в сентябре 1930 года. Он уже трижды пытался в одиночку совершить перелет из Японии в Америку длиной почти 8000 километров и трижды терпел неудачу, а потому на этот раз решил изменить план и пригласил известного австралийского штурмана Гарольда Гатти присоединиться к нему.
У них тоже ничего не вышло. Когда они преодолели четверть пути, начались неприятности: вышел из строя топливный насос, сломалась выхлопная система двигателя, а попутного ветра они так и не дождались и летели вслепую в низком тумане. Топливо заканчивалось, и пришлось повернуть назад, к Японии. К этому времени угарный газ из неисправной выхлопной системы проник в кабину, вызвав у Бромли приступ неконтролируемого смеха. Полет стал беспорядочным – в один из моментов Бромли без видимой причины отправил самолет в крутое пике и выровнял машину только после того, как Гатти ударил его по голове гаечным ключом. Остаток пути они оба то теряли сознание, то снова приходили в себя. Несмотря на все эти
