Это продукция, проверенная временем на прочность.
К концу рабочего вечера поэты нарифмовываются так, что, возвращаясь домой, пугают кондукторов и запоздалых прохожих навязшим в зубах четырехстопным ямбом.
Постепенно домашнее задание приобретает зримые очертания. Назвать их стройными сами мы не решаемая.
Нужен эффектный конец. Что сказать «под занавес»? Чем заслужить «бурные, долго не смолкающие» аплодисменты зрителей и тихое, но столь необходимое одобрение жюри?
Думают все. Думают на работе и дома, на лекциях и в обеденный перерыв, в автобусе и на улице.
Иногда это приходит в разгар работы, прямо в телестудии (не всегда есть возможность собраться у кого-то дома, и мы устраиваемся в любой освободившейся комнате, увешанной детскими рисунками или вырезками из польского «Экрана»). Из соседней комнаты выходит слегка побледневший от волнения автор и читает срывающимся голосом:
…Нет, ничто не получится сразу,Как в дешевом пустом кинотрюке.Ускорин — это искристый разум,Ускорин — это сильные руки.Ускорин — не волшебная дверцаВ ту страну, где молочные реки.Ускорин — это жаркое сердце,Если бьется оно в Человеке!
С патетикой надо обращаться осторожно. Но в данном случае ее находят вполне уместной, и на этом работа над «ускорином» заканчивается.
…В пустыне было нам не страшно,Нас утешала мысль одна,Что на горбах верблюдов вашихНапишут наши имена.
Задание готово. Если признаться честно, никому из создателей оно уже не нравится. Предположение, что у медиков (физиков, строителей) все в тысячу раз лучше, переходит в уверенность. А между тем время на исходе, и пора решать, кто из членов инициативной группы, которая к этому времени достигает численности 15–20 человек, войдет в состав команды.
Пожалуй, тут опять будет уместно обратиться к классике. Помните, у Крылова:
…Проказница Мартышка,Осел, Козел да косолапый МишкаЗатеяли сыграть квартет…
Или еще:
…Однажды Лебедь, Рак да ЩукаВезти с поклажей воз взялись…
Можно ограничиться и современностью. Теперь задачками такого типа пестрят страницы некоторых журналов. Конечно, все это облекается по возможности в заманчивую форму. Например:
«Муниципалитет города состоит из пяти человек. Имеется десять претендентов, относительно которых известно следующее:
а) Боб войдет в муниципалитет при условии, что в нем не будет работать Джек.
б) Джон давно дружит с Бобом, но терпеть не может этого выскочку Гарри.
в) Гарри согласен работать с Джорджем, если тот порвет отношения с Майклом…»
И так далее.
Такого рода психологическими этюдами приходится заниматься при подборе команды.
Из предварительных переговоров с редакцией и авторами сценария выясняется, что во время встречи:
1. Три человека будут посланы на БРИЗ. Они должны быть самыми остроумными и находчивыми. Из числа обычных человеческих талантов им должны быть присущи минимум два: умение рисовать и рифмовать. Если они водят дружбу и с другими музами, это только к лучшему. Например, разрешается петь. Плясать тоже не возбраняется. И так далее.
2. Четыре человека должны донести до многомиллионных масс телезрителей идею домашнего задания, а также по возможности ее воплощение. От них требуется умение (стройно излагать свои мысли, непринужденно держаться на сцене и даже подражать игре актеров (это заменяет в данном случае понятие «быть артистом», что совершенно справедливо считается невозможным). Ну, и разумеется, быть остроумными и находчивыми.
3. Два человека, возможно, будут посланы в самом начале встречи в неизвестном направлении и на неопределенное время. Излишне добавлять, что это должны быть самые остроумные и находчивые. Желательно также, чтобы они были в хорошей спортивной форме.
4. Понадобятся три человека — мастера на все руки. Их неотъемлемыми качествами должны быть находчивость и изобретательность. Кроме того, им не мешает знать историю, географию, физику и астробиологию (по крайней мере не путать ее с астролябией).
5. Остальные (напоминаем, в команде одиннадцать человек, а делать «подставки» из болельщиков неэтично, хотя вряд ли кто заметит) могут быть вызваны с места в любой момент. На их долю остаются мимические сценки, логические задачи, литературные викторины, ответы на простенькие вопросы типа «Три вершка от горшка — сколько это дюймов?» — и многое, многое другое.
Ну, и, наконец, капитан должен быть готов к самому худшему и поэтому знать и уметь все, что знает и умеет каждый член команды… плюс еще нечто.
Между тем, как уже говорилось, в инициативную группу входят не более 15–20 человек, о которых благодаря долгому сотрудничеству на почве институтских капустников и просто благодаря узам тесной дружбы и откровенным застольным беседам известно следующее:
1. Ося выдает убийственно-остроумный ответ раньше, чем противник успевает поставить вопросительный знак в конце своей реплики, но зато не знает, за какой конец берут молоток и как вдевают нитку в иголку.
2. Кирилл с закрытыми глазами может разобрать и собрать будильник, но на сцене легко тушуется и после десяти репетиций вместо «кушать подано» обязательно скажет — «лошадь продана».
3. Два Юры зарифмовывают в среднем 264 строки в час, но один из них может напевать «Не брани меня, родная», уверяя, что это «Аве Мария», а второй под звуки вальса танцует нечто среднее между менуэтом и шимми.
4. Игорь знает наизусть таблицу Менделеева и клавиатуру пишущей машинки, он может за два часа выучить телефонную книгу, но человека на его рисунке надо обязательно снабжать пояснительной надписью, иначе его спутают с подъемным краном.
5. Саша приседает на одной ноге 42 раза, но, раз начав говорить, не умеет вовремя остановиться, между тем как именно ему и именно на сцене это следует делать почаще.
6. Андрей извлекает в уме кубические корни из восьмизначных чисел, но путает Бебеля с Бабелем.
7. Феликс вызывает смех при одном появлении в зале, но сам так легко и долго хохочет над шутками противника, что просто забывает, на чью мельницу он смеется.
8. Витя потягается с самим Марселем Марсо, но не может подтянуться на турнике, даже если от этого зависит получение стипендии.
9. Шура знает, сколько весит новорожденный кенгуру, чему равен средний рост мужчины из племени замбези, где зимуют раки и почем фунт лиха, но зато рифмует «палку» с «селедкой» и думает, что амфибрахий — это вымерший ящер, что-то вроде археоптерикса.
Конечно, есть еще Лева, Алик, Володя, Коля — все они очень симпатичные ребята, горящие желанием защитить честь своего института, но… пожалуй, лучше, если они будут сидеть в болельщиках. Как-то спокойнее.
А капитан?
В одном из номеров институтской многотиражки, целиком посвященном проблеме здорового отдыха, выло опубликовано интервью с нашим капитаном. К сожалению, этот номер стал библиографической редкостью, в силу чего мы приводим здесь черновую запись беседы.
Вопрос. Очевидно, вас выбрали капитаном вечером?
Ответ. Да. Но как вы догадались?
Вопрос. Это неважно. А как прошло у вас утро того дня, когда вы стали капитаном?
Ответ. Я вспоминал предыдущий вечер.
Вопрос. Это был, наверное, интересный вечер?
Ответ. Да, конечно. Мы долго не могли найти основную идею домашнего задания. Страсти кипели. Кипела и вода в кастрюле на плите. В нее была положена банка со сгущенным молоком — готовилось фирменное лакомство. Вдруг страшный взрыв выбил из-под нас табуретки… Мы бросились на кухню. Красота! С потолка жизнерадостно свисали коричневые сталактиты, которые еще минуту назад были питательным молочным продуктом… Вы поняли? Вода выкипела, и банка взорвалась!
Да, это было великолепно.
Вопрос. А теперь расскажите, пожалуйста, как вас выбрали капитаном.
Ответ. Обычно на все собрания команды я прихожу вовремя. Но в тот день я опоздал. Вообще я не суеверный человек, но не люблю, когда мне перебегает дорогу кошка. А так как я живу на пустынной улице, то мне пришлось довольно долго ждать, чтобы кто-нибудь прошел первым…
К тому времени, когда я добрался до явочной квартиры, обстановка внутри нее вызывала в памяти виденную где-то картину взятия ханом Батыем города Рязани. Товарищи бросились ко мне с распростертыми объятиями, поздравляя с «повышением».
Оказалось, что у каждого из них нашлась причина, по которой они ну просто никак не могли быть капитанами. Одни отказывались подтягиваться под веселую песенку «Капитан, капитан! Подтянитесь!», другие подтянуться, может, и смогли бы, но песенок в жизни не пели по причине отсутствия музыкального слуха, на третьих глазок телекамеры действовал гипнотизирующе, так что они вообще теряли способность к членораздельной речи…
