А мечта осталась — планета, безраздельная власть! Ради нее Корнилов добровольно предложил свои услуги фроггсам. Он не считал себя предателем расы — Земля не была для него родиной.
Но все, что могли дать фроггсы, лишь ненамного приближало Степана Корнилова к осуществлению заветных планов. Пока что квинт-кард отделывался только многообещающим «потом».
— Потом — это отлично. А сейчас неплохо бы возместить расходы, — Корнилов намекающе постучал по пластиковой карточке альгамбрского отделения межгалактического банка, оформленной специально для расчетов с негуманоидными покровителями.
— Ты предусмотрителен, — без одобрения, но не без уважения отметил Ифтырах, щелкая костлявым пальцем по кнопке перевода. Землянин скользнул взглядом по высветившейся на счету цифре. Семьдесят тысяч галкредитов. В этот раз, предчувствуя важность принесенных сведений, офицер фроггской безопасности не поскупился.
Шпион довольно ухмыльнулся и включил запись разговора Алексея Одинцова с майором Малютиным. Фроггс напряженно вслушивался, судорожно сжимая когтистые лапы во время каждого упоминания о загадочном альтаирце.
Рассказ капитана о татуировке оказался для квинт-карда настолько неожиданным, что у взволнованного чужака непроизвольно вырвалось несколько длинных фраз на неизвестном Корнилову диалекте.
— «Ругательства, наверное, — предположил капитан. — Должен же у них быть какой-то мат»?
Великолепно владевший фроггским Степан никогда еще не слышал подобных слов.
Корнилова не слишком интересовала история с татуировкой Лехи Одинцова. Он знал об альгамбрском происшествии, был, можно сказать, свидетелем и не спешил делиться с хозяевами сведениями. Подумаешь, живые картинки! Какое они могут иметь значение! Теперь вдруг выяснилось, что капитан Астарты заблуждался.
Когда запись закончилась, Ифтырах жестом приказал прокрутить текст еще раз. Теперь он слушал спокойнее, ничем не выражая обуревавших его чувств. Потом фроггс удовлетворенно кивнул:
— Ты хорошо поработал. Текст передашь для меня контактному представителю, ты его знаешь. И никаких копий!
Представителя Корнилов знал. Речь шла о курьере фроггского дипломатического представительства на Марсе, дважды в месяц посещавшем Землю с официальными деловыми посланиями. Передать — почему бы нет? Что же касается «никаких копий», на этот счет у Степана были свои соображения — его никогда не останавливали глупые предрассудки, если имелась возможность дважды или трижды получить плату за одни и те же сведения.
— Ты хочешь получить после окончательной победы планету? Тебе придется для этого еще немного потрудиться.
Степан мысленно сардонически усмехнулся: все, что он мог получить после окончательной победы фроггсов — луч бластера в спину. В лучшем случае, ему достанется место главного раба на каком-нибудь руднике. Разумеется, сообщать о своей уверенности Ифтыраху не имело смысла — чужак должен верить в иллюзии земного партнера. Хотя уж кому, как не Корнилову, знать логику взрастивших его фроггсов!
— «Бесполезное — уничтожить», — любил повторять учитель Ясмах, уставившись неподвижным взглядом в глаза бесполезного маленького гуманоида.
— Ты хорошо меня понял, голошкурый? — переспрашивал воспитатель, сжимая в когтях световой бич.
— Да, учитель, я понял вас очень хорошо, — отвечал Степка, опуская голову и послушно подставляя руки под удар. Безропотная покорность не избавляла мальчишку от незаслуженного наказания, но позволяла выжить.
Фроггсам когда-нибудь предстояло оплатить Степану и этот счет. Корнилов хорошо запомнил уроки учителя Ясмаха и очень рассчитывал когда-нибудь навестить старого садиста.
— Итак, ты отправишься вслед за земной экспедицией, — начал излагать свой план младший офицер, — и будешь следовать за кораблями и сообщать мне о любых неожиданностях. В первую очередь, об альтаирцах — они могут вмешаться. Нам нужен Алексей Одинцов. Это ключ. Все остальные — по твоему усмотрению.
Квинт-кард не стал договаривать. «Не захотел отдавать прямого приказа», — понял Корнилов. Возможно, Ифтырах хотел бы приказать землянину вступить в бой, но не хотел платить за заказ. Или же избегал брать на себя ответственность за последствия, не посоветовавшись с начальством. Одновременно, фроггс давал агенту шанс отомстить собственным врагам, проявить инициативу.
— Фрогга отблагодарит тебя, если ты окажешь помощь, — квинт- кард заколебался, не желая посвящать землянина в собственные планы, и, прервавшись на полуслове, закончил: — В случае необходимости.
Все стало ясно. Фроггс предполагал, что его сородичи атакуют «Вездесущий». В случае осложнений, а в качестве таковых, очевидно, могло выступить вмешательство альтаирцев, Корнилову предстояло стать разменной пешкой, которой легко пожертвовать в ходе игры.
Хладнокровная подлость инопланетных хозяев вполне оправдывала следующий шаг, который собирался предпринять капитан «Астарты», но Степан совершенно не нуждался в оправданиях. Покорно склонив голову в знак согласия — сказалась выучка учителя Ясмаха, — Корнилов распрощался с фроггсом, уверенным в безусловной лояльности предателя.
Следующая комбинация кнопок комма, и сигнал соединения высветил на экране страшную гримасу серокожего ящера. Регуллианин. В отличие от фроггсов, бюрократически блюдущих табель о рангах, самоуверенные ящеры не имели склонности к лишним церемониям. Никто не смел противостоять всемогущим ашшурам — так звучало самоназвание расы регуллианских разумных рептилий. Вот разве что альтаирцы. Поэтому так интересовал разведку таинственный друг Одинцова, информация о котором сейчас поступала исключительно от Корнилова.
Степан знал, что ввязался в опасную игру, но страха не испытывал: без риска нет победы. А потеряет он при поражении всего лишь жизнь. Короткую жизнь гуманоида, которая, как убедительно объяснял с помощью плетки учитель Ясмах, бесполезна и потому не имеет никакой ценности.
Регуллианин на экране завершил опознание. Земной шпион получил мгновенный контакт с кабинетом гварха. Небольшой ранг, но для землянина достаточно.
Унсторр, младший гварх регуллианской армейской разведки — никакой более высокий чин империи Ашра не опустился бы до работы с гуманоидными шпионами, — относился к Степану снисходительно, демонстрируя лишь некоторую, едва заметную, долю пренебрежения.
— Ну и как продвигаются поиски? — не тратя время на приветствия, ящер немедленно перешел к главному: дело прежде всего. — Что ты можешь сообщить?
— Есть новости. Сначала прослушайте запись, господин! — Корнилов давно выработал собственную стратегию поведения с опасными серокожими хозяевами: никогда не спорил и не говорил лишнего, только отвечал на вопросы.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
