— В этом доме дни рождения не имеют никакого значения, — заявила Лили, когда Олив попросила у нее разрешения испечь для сестры пирог. — Можете купить продукты на деньги из своего жалованья, а у меня нет лишних средств, чтобы тратить их попусту.
Утром в день рождения сестры Олив решительно вынула из-под кровати свою скрипку и сыграла для Кларри в кухне перед завтраком. За прошедшие месяцы она впервые взяла в руки инструмент. Ее пальцы потеряли беглость из-за отсутствия практики, но Кларри была чрезвычайно рада видеть, как в усталых глазах Олив снова зажегся свет, когда она играла, а когда закончила, ее лицо осветила довольная улыбка.
— Это был самый лучший подарок, который я получала, — сказала Кларри, поцеловав сестру. — Спасибо. А теперь спрячь скрипку, пока не явилась Лили и не порубила ее на дрова.
На лице Олив отразился ужас, и она бросилась наверх прятать инструмент, хотя Кларри сказала это в шутку.
Позже Кларри скрепя сердце вошла в бар. От мысли, что она встретит Хобсона, у нее перехватывало дыхание и на лбу выступал холодный пот. Ее злило, что Лили и Джейред посылали ее прислуживать этому человеку, как будто ничего не случилось. Руки у Кларри так дрожали, что она чуть снова не уронила уставленный бокалами с пивом поднос. К ее радости, в тот день Хобсон в пивной не появился.
Настроение Кларри улучшилось, когда она увидела Лекси, Мэгги и Айну: они пришли во второй половине дня.
— Где ты пропадала, дорогая?! — воскликнула Мэгги.
— А мы думали, что ты сбежала с парнем из пивоварни, — поддразнила ее Лекси.
— О таком не приходится и мечтать, — ответила Кларри шутя.
— Бог мой, ты худая как щепка, — заметила Айна. — Эта мегера тебя не кормит?
— Да и у сестры твоей одна кожа да кости, — поддержала ее Мэгги. — Она почти все время молчит. У нее такой вид, как будто она вот-вот расплачется, когда бы я с ней ни заговорила.
— Мэгги, подруга, мне хочется расплакаться каждый раз, когда ты открываешь рот, — пошутила Лекси.
Мэгги дурашливо подтолкнула ее.
— Не обращай на них внимания, — сказала Айна, переводя взгляд на Кларри. — У нас для тебя кое-что есть. Давай, Лекси.
Она обернулась к подруге. Лекси вынула кусок мыла и сунула его в карман передника Кларри.
— Это настоящее туалетное мыло, не хозяйственное. Не давай мегере даже понюхать его.
— Да, это лично тебе.
Кларри изумленно уставилась на них.
— А как вы узнали, что у меня сегодня день рождения?
Женщины удивленно захохотали.
— Ну, вообще-то мы об этом не знали, — сказала Айна. — Но это замечательно, не правда ли?
— Вы так добры, — покраснела Кларри. — Чем же я это заслужила?
— Мы слышали о случае с Хобсоном, — тихо заговорила Мэгги. — Он мерзкий тип. Когда напьется — бьет ремнем свою жену.
— Точно, — кивнула Лекси. — Она приходит в баню вся такая важная, но мы видели синяки на ее теле. Бедная женщина!
Слезы навернулись Кларри на глаза. В горле стоял комок, мешавший ей выразить свою благодарность. Айна взяла ладонь девушки в свою огрубелую руку и стиснула ее.
— Не отчаивайся, дорогая. Такие, как Хобсон, и мизинца твоего не стоят. Он трус, раз поднял на тебя руку.
— Верно, — сказала Лекси, — и мы ему отплатим, уж ты не сомневайся. Когда его жена в следующий раз принесет его одежду в прачечную, мы с Мэгги насыплем перца ему в кальсоны.
Женщины хрипло захохотали. Кларри улыбнулась.
— Так-то лучше, — одобрила Айна. — Тебе не идет грустное выражение лица.
— С вами невозможно долго грустить, — сказала Кларри, отодвигая от себя деньги Мэгги. — Сегодня я вас угощаю. Потратьте ваши пенни на перец.
Кларри спрятала мыло у себя в мансарде, и они с Олив использовали его, каждый вечер принося наверх таз воды. Иногда им приходилось по утрам разбивать корку льда — такие холода стояли в январе и феврале.
Каждый раз, когда Кларри умывалась этим нежным мылом, после чего от нее исходил его тонкий аромат, она думала о добрых женщинах и удивлялась тому, как им удается сохранять присутствие духа. Из разговоров с ними она знала, что Айна вдова. Она продает поношенные вещи, чтобы прокормить пятерых детей. У Мэгги муж пьяница, а родители Лекси рано умерли, и она стала матерью шестерым младшим братьям и сестрам.
Кларри старалась выкраивать минуты для общения с подругами в пивной, но они заслуживали лучшего отношения к себе. Настроение публики в баре бывало переменчивым, и драка могла произойти из-за любого пустяка. Часто женщины становились объектом похабных шуток или оскорбительных замечаний, а иногда Лили врывалась и выгоняла их без всякой видимой причины. Кларри было жаль детей, которые часто с ними приходили, но должны были жаться снаружи под дождем или снегом, ожидая, пока их мать или старшая сестра взбодрится порцией спиртного. Жаль, что нет более подходящего и безопасного места для таких, как они, бедных женщин-тружениц и их детей. Видимо, думала Кларри, ни пивоварам, ни содержателям пивных нет до этого дела, лишь бы клиенты платили за свою выпивку.
Как-то ветреным весенним днем, едва развесив выстиранное белье на улочке позади дома, Кларри услышала, как по склону вниз несется, грохоча, фургон развозчика.
— Поберегите свое белье, мисс! — закричал парень.
Кларри бросилась назад и стала сгребать в охапку рубахи и юбки. Но было слишком поздно — она увидела, что повозка мчится прямо на нее. В последнюю секунду девушка успела отскочить в сторону. Мимо пронесся пони, наматывая на себя ее белье. Брезентовый верх фургона зацепил бельевую веревку и потащил ее за собой вместе с остальными вещами. Позади бежал запыхавшийся молодой человек, размахивая шляпой.
— Ловите его, мисс!
Кларри ринулась за пони и догнала его в конце улочки.
— Тпру, стоять!
Кларри схватила вожжи и натянула их, останавливая животное. Подбежал развозчик. У него были веселые карие глаза, а светлые волосы торчали густой щеткой. Минуту молодые люди стояли, пытаясь отдышаться.
— Спасибо, мисс, — пыхтя, поблагодарил парень. — Бэлла норовит сбежать от меня при малейшей возможности. Слишком уж она резвая.
Кларри похлопала лошадь по крупу.
— Крепкая. Вам нужно проявить твердость и показать, кто из вас хозяин.
— Правда? — Парень насмешливо взглянул на нее. — Вы разбираетесь в лошадях, да?
— Достаточно, чтобы не позволить им убегать и портить чужое белье.
Кларри сняла рубашку, зацепившуюся за упряжь Бэллы.
— Простите, мисс.
Парень покраснел и принялся помогать ей собирать разбросанное белье.
— Меня зовут Кларри, — сообщила она.
