связь, чтобы Женя тоже слышал.
Он оторвал телефон от уха, включил громкую связь.
— Кто? — послышался заплаканный голос.
— Приятель мой, Женя. Он к нам в офис сервер чинить приходит. Помнишь его? — Вова говорил спокойно, даже успокаивающе, явно пытаясь приободрить девушку.
— Ась! Ты сейчас где? Что случилось? — таким же тоном спросил я.
— Они… они… — послышались испуганные всхлипы.
— Успокойся. Просто расскажи, что случилось, — попросил Вова.
— Я дома была, как ты и говорил, — продолжая всхлипывать, бормотала девушка, — а потом к соседям решила сходить. А там… А они… За мной… я убежала… а они за мной… в двери ломятся. Я им говорила уйти, но они меня не послушались. Сначала дядя Толя в дверь ломился вместе с тетей Таней, а затем он окно разбил и в дом влез. Я убежала, закрылась в ванной, но они стучат, хотят зайти… Уходи! Пошли вон! — внезапно закричала она, а я услышал на заднем фоне непрекращающийся стук и грохот.
— Не вздумай выходить или открывать! Поняла? — приказал Вова. — Адрес свой давай!
— На Персиковой, в самом конце, — всхлипывая, ответила девушка, — дом большой двухэтажный, из красного кирпича. Забор синий, двое ворот. Между ними «17» висит.
— Все, понял. Мы едем, держись! — рублеными фразами заявил Вова. Если вломятся — не дай себя укусить, беги, не дерись! Ясно?
— Да… — всхлипнула Аська.
Вова положил трубку и поднял глаза на меня.
— Ну, поехали! — вздохнул я.
А чего тут говорить или спрашивать? И так все понятно. К девушке в дом мертвяки залезли, надо спасать… Только один момент…
Перед тем, как выдвигаться на помощь Аське, я достал из своих рюкзаков две рации и гарнитуры к ним. Один комплект протянул Вове.
— Хрен знает, сколько мобильники еще работать будут, — заявил я, — Да и вообще, на связи надо быть. И удобно, и…
— Да понял я, понял! — кивнул Вова, после чего зацепил рацию за карман, подключил гарнитуру и напялил металлический обруч себе на голову.
Гарнитура у меня была не хухры-мухры, в лучших традициях, так сказать. И микр приличный, и наушник из уха не вывалится, и с башки все это добро не слетит в случае, если побегать и попрыгать придется.
Проверив, что все работает, мы загрузились в машины, развернулись и поехали в обратном направлении — адрес, который нам дала Ася, был неподалеку, километрах в пяти от нас. Нужно было проехаться по трассе, свернуть на нужную улицу. Там по прямой, и по идее мы уже окажемся возле нужного дома.
* * *
Съехав с трассы на узкую асфальтированную дорогу, мы проехали всего пятьдесят метров, когда вдруг асфальт резко закончился, а началось нечто, засыпанное гравием.
Ну, в целом ничего не обычного. У нас в городе частный сектор сплошь и всюду в таких дорогах, особенно новые районы. Этот, как понимаю, как раз из таких — лет десять всего как строиться начали.
Нужный дом нашли быстро. Как Аська и говорила — в самом конце улицы.
Дом за забором был большой. Явно тот, кто его строил, рассчитывал, что тут будет жить вся семья, точнее сразу несколько поколений. Но… все пошло как всегда по иному пути. Теперь дом был на два хозяина. Здесь имелись разные ворота, разные заезды. Наверняка и двор разделен пополам.
Вова прогнал, да и Аська не сказала — а какая же часть дома нас интересует?
Не сговариваясь, мы с вовой направились к левым воротам.
Наверное потому, что открыть их не составляло труда — дернул щеколду, и распашные ворота открылись. Вторые были сдвижными, и открыть их снаружи не представлялось возможным, как и глухую калитку, закрытую профлистом.
Едва только вошли во двор, сразу поняли, что не ошиблись — двери в дом были распахнуты, оттуда доносился шум.
— На… — Вова протянул мне ментовский пистолет.
Я благодарно кивнул, приняв оружие.
Отказываться не буду, а то мой револьвер уже, чувствую, на грани. Пользоваться им становится все опаснее и опаснее. А тут хоть нормальный ствол. Правда, и магазин к нему всего один, уже в пистолете, так что надо не палить в белый свет как в копеечку, а целиться тщательно, экономить патроны.
Вова же перехватил свой обрез двумя руками и изготовился. Ну да, один раз получив по лбу, повторять свой опыт он явно не хотел.
Мы подкрались к двери, стали по обе стороны от проема, и я заглянул внутрь.
Никого.
Шум доносился откуда-то из глубины дома, из дальних комнат.
Вова шмыгнул внутрь, я последовал за ним.
Мы крались по коридору, готовые в любой момент открыть огонь.
О! А вот и то, что мы искали.
В конце коридора была закрытая дверь, и в нее ломились двое. Немолодая пухлая женщина в подранной одежде, с окровавленной ногой и лысоватый, щуплый мужик.
— Эй! — окликнул их Вова, и тут же повернулся ко мне: — Отходим медленно, выманиваем.
Я хотел было возмутиться, мол, на хрена это надо, но вдруг допер — если начнет стрелять, пули с легкостью пробьют дверь, и тогда достанется Аське, которая за ними и пряталась.
Вова тут прав — мертвяки (а в том, что перед нами были именно мертвяки, судя по их внешнему виду и все тем же пустым глазам, можно было не сомневаться), едва мы себя обозначили, развернулись к нам.
Мы с Вовой пятились назад, к входным дверям.
Оба мертвеца, что-то бормоча, ворча, шли следом.
Мы выскочили на улицу и уже тут стали дожидаться, пока зомби покажутся из дома.
Первой вышла тетка.
— Давай! — кивнул мне Вова.
Я тщательно прицелился ей прямо в лоб и пальнул.
Бух!
Точно над правой бровью женщины появилась маленькая дырочка, из которой даже кровь не выступила. Мертвячка дернула головой, секунду постояла на ногах, а затем упала на крыльцо.
Бух!
Вовин обрез грохнул громко и неожиданно.
Лысый мужик, вышедший вместе с теткой, получив пулю, тут же споткнулся, упал на лестницу и скатился вниз.
Но Вова промахнулся — взял слишком низко, и в результате угодил не в голову, а в шею мертвецу.
Шея покойника была изорвана в клочья, позвоночник торчал наружу, но мужичок помирать не собирался — дергался, шевелился, а встать не мог. Видимо, все, управлять телом он уже не может.
Я подошел к нему, навел пистолет на голову и потянул спуск.
Грохнул выстрел, и бедолага упокоился.
* * *
Далее мы с Вовой осмотрели дом, убедились, что больше в нем никого нет, и только тогда Вова постучал в дверь ванной.
— Ась! Это я! Можешь выходить!
Из-за
