Если вы, детективы, не видите это с первого взгляда, то может вам лучше найти работу попроще? Что же касается меня – обрисую вам то, что вас ждёт в ближайшем будущем. Из-за вашей никчёмности мне придётся помогать вам, хорошо. Итак, внизу этого письма будет 1 буква. Буква А – уточню, чтобы вы не проглядели. Когда я сделаю следующее то, что хочу (догадайтесь, что же – вы же детективы!!), – вы получите 2 буквы. Потом 4, далее 8 – в общем, вы поняли. Пока не получите все буквы алфавита. Если и это не поможет вам поймать меня, то когда весь алфавит будет закрыт, а это 5 убийств и ещё одно для последних буковок, то, так и быть, я пошлю вам письмо со своим именем и адресом, чтобы вы точно не ошиблись. И буду ждать вас безоружный. Игра начинается, осталось 5 смертей, которые вы можете предотвратить. Удачи вам.
И в самом низу листа выведенная ручкой прописная и строчная:
Первая буква: Аа
P. S. Зная вас, копия письма направлена дополнительно в одну редакцию. Поэтому не советую утаивать его.
С любовью
«Ночной убийца»
…Все буквы были хоть и не совсем ровно приклеены, но идеально подобраны: для строчных были вырезаны строчные, для прописных – прописные. Орфография и пунктуация были совершенно без ошибок. Как будто в подтверждение мыслей Роунса шеф Фьюз неожиданно рявкнул:
– Вот ублюдок! Постарался ведь, всё прямо тютелька в тютельку. Точка к точке. Урод, мать его!
– Может быть, это какой-нибудь шутник? Псих, безусловно, но не тот убийца? – предположил Зоредж.
– А если правда он, то зачем ему раскрывать свои планы? – удивлённо пробормотал один из патрульных.
– А что, если…
– Зодиак хренов!
Каждый из полицейских высказывал свои мысли и мнения. Рик Роунс же молча перечитывал письмо вновь и вновь. Он уже не чувствовал ни злости, ни возбуждения, буквально – ничего. Детектив был словно выбит из колеи. Какая-то слабость навалилась на него. «Все остальные убийства будут лежать и на ваших плечах тоже». В этом есть доля правды, именно он, старший детектив Роунс, должен был уже давным-давно распутать это дело. Прошло уже много времени, а зацепок, кроме пресловутого Оливера, нет. В этом по большей части его вина. Лично его. И грядут ещё убийства, а за всё время своей работы Роунс встречался с такими делами лишь однажды – когда был ещё молодым и скорее набирался опыта, чем вёл расследование. Его опытный предшественник тогда нашёл убийцу только после третьей жертвы. Но зацепок и догадок было множество с самого начала, и с каждым убийством детективы приближались к психопату семимильными шагами, выслеживая и загоняя его как паршивую овцу. А что здесь? Готов ли он к такому?
* * *
Громко прозвенел звонок, предвещающий конец урока. Уже сильно расслабившиеся шестиклассники в предвкушении скорых зимних каникул и самого Нового года, да ещё и на последнем уроке в пятницу, повскакивали со своих мест, собирая в портфели свои вещи с парт.
– Звонок для учителя! – как можно громче и суровее крикнула их классный руководитель. – Я понимаю, что вы уже всеми мыслями вне школы, но я ещё не задала вам домашнее задание!
Дети разочарованно плюхнулись на свои места, перешёптываясь и доставая, кто уже успел убрать, пеналы, ручки и дневники.
– Тишина в классе! Итак, на следующей неделе у нас будет два занятия. Вы должны будете написать сочинение о том, кем работают ваши родители – и кем хотите работать вы, когда вырастете. Тема очень важная, поэтому я хочу, чтобы вы отнеслись к ней серьёзно. А не наобум писали «бизнесменом» там или «спортсменом» каким-нибудь. Через пару лет вам предстоят экзамены, хорошо бы уже выбрать направление или саму профессию и начинать готовиться. Минимум три страницы с разбором того, что именно вас привлекает в той или иной специальности. Можете написать, какие предметы вам понадобится сдавать. Постараемся прослушать всех, будете зачитывать сочинения перед классом. Не успеем на первом ближайшем занятии – значит, оставшихся дослушаем на следующем, но написаны сочинения должны быть к первому занятию, во вторник! Если вопросов нет, теперь урок окончен. Все свободны.
Дети шумным роем высыпали из кабинета группками, о чём-то своём щебеча и обсуждая. Последним из класса, как и всегда, в одиночестве вышел мальчик, одетый в потёртые, кое-где криво подштопанные пиджак и брюки, и, в отличие от одноклассников, ринувшихся в раздевалку всей оравой, он задержался у двери, ожидая учительницу, которая накидывала пальто и уже выходила из кабинета.
– Извините, я хотел бы спросить… – переминаясь с ноги на ногу, начал говорить мальчик.
– Почему же не задал вопрос, когда я давала на это время? – беззлобно спросила учительница и с теплотой в голосе пояснила: – Нужно учиться не бояться выступать перед другими, даже задавать вопросы. Ты умный мальчик, но нужно уметь представлять себя, мы же с тобой договаривались – есть вопрос, поднимай руку и спрашивай, не бойся никого.
– Я помню… простите, просто… я не хотел перед всеми… – опустив глаза в пол, попытался он оправдаться.
– Всё хорошо, не переживай. Задавай свой вопрос.
– У меня мама… она не работает. Можно я напишу сочинение только о том, кем я хочу стать?
– Она так и не нашла работу… – с сочувствием посмотрев на мальчика, покачала головой учительница. – Конечно, расскажи о том, кем ты хочешь стать. Думаю, ты обязательно добьёшься цели, которую поставишь перед собой.
После этих слов учительница улыбнулась и направилась в сторону учительской, звонко отстукивая каблуками каждый шаг, усиливаемый эхом уже опустевшего коридора. Мальчик же не спеша направился в другую сторону, к раздевалкам. Внутреннее чувство подсказывало ему, что не надо торопиться. И оно не подвело его. Но ему надо было не торопиться ещё сильнее.
– И о какой же работе твоей мамочки напишешь ты?
Мальчик услышал этот вопрос в тот же момент, как зашёл в раздевалку. Там сгрудился почти весь класс – видимо, они обсуждали то, кем хотят стать, и задержались в раздевалке. А голос принадлежал главному задире, на голову выше мальчика и шире его в плечах. Он никогда не упускал случая задеть его. А тут такой случай представился. В ответ мальчик, не отвечая и даже не смотря в сторону обидчика, молча подошёл к своей куртке, висящей на крючке.
– Где ты её нашёл? На мусорке? – сморщив носик и брезгливо осматривая издалека его курточку, спросила девочка с двумя длинными косичками – одноклассники мальчика тут же рассмеялись, как будто произошло что-то неимоверно смешное.
– Где же ещё, – сквозь смех
