где ты? Где ты, любовь моя? – продолжила кузина.
– Я здесь! – крикнул Карл. – Иди ко мне.
– Ты отдал ее, – проговорил Райнхарт с усмешкой на темнеющих губах. – Если я убью тебя прямо сейчас, то умрет она. Невинная глупая девчонка, которую ты влюбил в себя. Учуяв чистую кровь, демоны вырвутся. Сделка будет считаться завершенной.
У меня внутри все похолодело от ужаса. Карл использовал мою сестру. Как гадко и мерзко. Я думала, что у них чувства. Обоюдный сговор предать меня с Райнхартом.
Но злодей в истории всегда остается злодеем до последнего и думает только о себе.
– А ты думал, что я буду как моя мамаша? – съязвил Карл. – Она отдала душонку, чтобы прибить вас всех в тот день. Не получилось. Я же не мог так рисковать.
– Дурак, – прыснул Райнхарт, чем вызвал злость на лице Карла.
Я услышала знакомую интонацию и посмотрела на моего принца. Губы скривились в привычной дерзкой улыбке. Он возвращался?
– Каролина, иди к Сильвии.
Мое тело инстинктивно прильнуло к нему.
– Но…
Райнхарт выразительно взглянул на меня.
«Ты доверяешь мне?»
Его голос. Привычный, знакомый, приятный голос, что будил меня по утрам, что утешал в ночи и согревал мое сердце.
«Да».
Я отпустила его и, как завороженная, заспешила к Сильвии. Одинокий силуэт сестры уже показался в дымке.
– Каролина?
Сначала она увидела меня, потом ее взгляд обратился к Райнхарту и Карлу.
– Карл, ты? Карл! Что происходит? – она хотела броситься к ним, но я перехватила ее и крепко стиснула в объятиях.
– Пусти меня! – крикнула Сильвия, вырываясь. – Пусти, ты, предательница.
– Угомонись, – рявкнула я. – Карл хочет, чтобы ты умерла за него.
– Что? – глаза сестры широко раскрылись.
– Что слышала, – я потащила ее подальше от застывших мужчин. – Лучше скажи, что произошло на трибунах?
Я переживала, вдруг все умерли. Карл мог подстроить и не такое.
– Все спят.
– Спят?
– Ну, или без сознания, – дернула плечами Сильвия. – Я – единственная, кто осталась.
Это вполне объясняло план Карла. Он наколдовал магический сон, оставив одну Сильвию. Кузина спустилась бы на арену. Райнхарт убил бы Карла, но умерла бы моя сестра. Действие сонного заклятие закончилось бы. Все проснулись и увидели бы мертвую девушку, охваченного тьмой принца и победителя… Расчетливо, демон подери его душу.
Нужно было что-то предпринять. Разбудить всех? Выбить из Карла признание?
Мои мысли как-то сами по себе потекли к Райнхарту по ментальной связи.
Глава 54
Райнхарт
Райнхарт отбросил Карла, как ненужную вещь. Бастард упал навзничь, но резво поднялся. Остатки шлема слетели при падении и остались лежать на земле.
– Зачем, Карл? Ты так мало получал? Ты купался в золоте, всеобщей любви, отец благоволил тебе, – принц глубоко и медленно дышал, стараясь держать под контролем скопившуюся тьму. – Всего этого тебе было мало? Ты захотел власти? Захотел вечной ответственности?
Карл сплюнул кровь.
– О чем ты? Какой ответственности? Наш отец вел праздную жизнь, сидя на троне. Ему было дозволено все.
В ответ Райнхарт рассмеялся.
– Какой же ты дурак, Карл. Корона – это не награда, это вечная обуза. Ты даже не представляешь, сколько кроется работы за праздной жизнью. Отцу надо было тебя пороть почаще и заставлять работать.
– Как тебя, да? Долго ты по ночам в подушку плакал?
– Рыдал до рассвета, – подыграл Райнхарт. – Прямо как ты, когда очередная подружка твоей матушки отказывалась греть тебе постель.
– Мне никто не отказывал, – обозлился Карл. Он поднял руку в сторону и к нему прилетело копье.
Мысленно управлять оружием, как Райнхарт, бастард не умел. Он мог лишь возвращать его к себе.
Райнхарта забавляло поведение Карла, хоть ничего нового не открылось. Незаконнорожденный брат был хорошо в развлечениях. Двор любил его. Он мог всю жизнь купаться в любви придворных, не знать ни печали, ни горести. Радоваться каждому дню и проводить его, как заблагорассудиться. Но нет, ему было мало.
Карл замахнулся на чужое и все потерял.
Взмах копья, и Райнхарт схватился за древко, чуть ниже наконечника. Его пальцы накрыли светящиеся руны. Густая, едкая тьма сочилась через перчатку. Вскоре древко стало чернеть.
– Ах ты… – бастард попытался освободить оружие, но тщетно. Его попытки выглядели жалко – Райнхарт ни разу не шелохнулся.
– А ты думал, что за столько лет я не научился контролировать тьму внутри себя? И на что ты рассчитывал, Карл, непонятно, – принц взялся второй рукой за древко. – Я живу с тьмой в душе с рождения. Я и есть тьма.
Треск! Копье переломилось. Волна светлой магии пронеслась по арене, как теплый ветерок. Воздух приятно сотрясался. Райнхарт отбросил верхнюю половину оружие и посмотрел на брата. Демонические силы стали утихать…
– Я все еще могу драться, – Карл отбросил остаток копья и замахнулся кулаком.
– Не сомневаюсь, – Райнхарт перехватил удар и врезал бастарду по лицу наотмашь.
Карл крутанулся на месте, отер рот и вновь замахнулся на принца. Последовала серия ударов и перехватов. Райнхарт блокировал каждый выпад. Он чувствовал настоящий прилив сил. Не ту агрессивную энергию, что наполняла его под действием проклятия. Не гнев, похоть или жадность, что разрывали его, а мощь собственной жизненной энергии.
Проклятие больше не властвовало над Райнхартом. Никаких шепотов, безумных желаний и разрывающий разум влияния демонов. Все кончено. Копье было носителем последней печати. Другую буквально минуту назад уничтожил Тиарант.
Каролина
К Райнхарту возвращался человеческий облик. Ровный цвет кожи, пухлые губы, золотистые глаза… Мой принц.
Карл замахивался, пытался ударить, но у него ничего не получалось. С каждым ударом движения бастарда становились все более размашистыми, неточными. Он валился на землю, поднимался и снова получал отпор.
Сильвия по-прежнему пыталась вырваться и побежать к горе-возлюбленному, но я связала ее лунными нитями. По-другому удержать кузину я не могла.
Не дать сестре вмешаться в поединок было единственным, чем я могла помочь.
«Я сломаю копье, и воздействие магии закончится. Все придут в себя», – пронеслось у меня в голове перед тем, как Райнхарт сломал оружие Карла. Видимо, он почувствовал печать темной магии и сонное заклятие, когда взялся за древко.
Стало быстро светлеть. Лунный свет ярко заливал арену. Огни зажглись в фонарях. С трибун стали доноситься голоса. Придворные приходили в себя. Судя по отдельным фразам, что я смогла различить, гости турнира пытались разобраться в происходящем. Кто-то был напуган, кто-то уже строил теории, но большая часть зрителей смотрела на арену.
Наконец Карл оступился и осел на землю. Сил подняться у него уже не было.
– Что ты мне сделаешь? – прокричал он во все горло. –
