Если слуги и задались вопросом для кого это все, то виду не подали. Старый лорд неплохо их выдрессировал.
Когда все было готово, старик прогнал слуг, и дракончики переселились на новое место.
— Держи, — старик торжественно вручил мне ключ от покоев. — Он будет только у тебя и у меня. Никто другой сюда не войдет.
Я поблагодарила и спрятала ключ в потайной карман на поясе. Возможно, все это к лучшему. Теперь я могу с легким сердцем отправиться за своим родным телом, дракончиков есть на кого оставить. А потом я придумаю, как вернуться к малышам уже в новом теле.
Мы как раз кормили дракончиков, когда домой вернулся Ка-эль.
— Ступай к мужу, — махнул рукой старик. — Он ждет тебя в постели, о дракончиках я позабочусь.
— Думаю, я могу пропустить эту ночь. Ничего страшного не случится, — мне все еще было неспокойно оставлять малышей. Как они отреагируют на первую ночь отдельно от меня?
— Ни в коем случае! — возразил старый лорд. — Внук, женщина, мне нужен внук.
— У вас пять драконов, — возмутилась я.
— И ни одного драконида. Я умею считать.
Я потеряла дар речи от такой наглости. Вот и ответ — излишне откровенничать со стариком не стоит.
Я рассказала старому лорду о драконах, и он стал моим сообщником, наплевав на законы империи. Но стоит мне заикнуться, что наш с Ка-элем брак — фикция, и мне несдобровать.
Так что придется нам с Ка-элем и дальше ночевать вместе. Может и хорошо, что дракончиков в это время в спальне не будет. Достаточно вспомнить прошлую ночь, чтобы это понять. Второй раз так позориться перед мужем я не хочу.
Глава 21. Как прошла вторая супружеская ночь
За сутки проверили семь из четырнадцати мест, куда вели порталы, — ровно половину. Пять осмотрели другие дракониды, два из тех, что в черте Аль-хоры, — лично Ка-эль с Ар-сесом, но нигде не нашли следов беглянки.
— Ничего, — не падал духом Ар-сес, — у нас еще семь попыток.
Ка-эль криво улыбнулся в ответ. Их смена закончилась, пора по домам. Поиски, конечно, не остановят, они продолжатся и ночью, нельзя терять время. Но искать уже будут их сменщики.
— Встретимся утром, — Ар-сес хлопнул Ка-эля по плечу. — Возможно, беглянку к тому времени уже поймают. А если нет, то останется проверить пару мест — дальний предел и старый собор. Мы точно ее найдем, и все лавры достанутся нам.
— Мне бы твой оптимизм, — хмыкнул Ка-эль.
Чутье подсказывало ему, что беглянка не так проста. Беда в том, что они не понимали ее целей, а значит, не могли предсказать действий. Зачем она уничтожила реликтовые яйца дракона? Что за блажь? Ка-эль искал ответ на этот вопрос и не находил.
А дома его ждала другая проблема — фиктивная жена. Им снова придется ночевать в одной спальне, в чем Ка-эль не сомневался. Отец лично за этим проследит. Повезло еще, что он не стоит под дверью, подслушивая, чем они заняты по ночам. Он бы мог.
Вспоминая прошлую ночь с женой, Ка-эль чувствовал себя паршиво. Он явно напугал и смутил Мариллу. Едва не накинулся на нее, как голодный зверь. Но она была такой соблазнительной… что он едва не нарушил собственное условие!
Естественно, Марилла испугалась за свою жизнь. Она осведомлена, что стало с его предыдущими женами. Близость с Ка-элем для нее равносильна принятию яда. Результат в обоих случаях один — смерть.
Поэтому Ка-эль не удивился, когда Марилла сделала все, чтобы его оттолкнуть. Она постаралась стать в его глазах как можно менее привлекательной. Все ее поведение прошлой ночью напускное. Чавканье, храп были подстроены.
Только это не сработало. Стоило снова оказаться в одной спальне с Мариллой, как все былые эмоции нахлынули с удвоенной силой.
Он шел в спальню к жене с ощущением обреченного на казнь. А потом жадно рассматривал Мариллу в домашнем халате, с тоской осознавая, что никогда не притронется к ней.
Неужели он не в состоянии держать себя в руках? Да просто у него давно не было женщины. Если решить эту проблему, совместные ночи перестанут доставлять неудобство.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Я собираюсь завтра на прогулку, — сказала Марилла, укладываясь в кровать. — Ты не против?
— Ты можешь делать все, что пожелаешь, — ответил Ка-эль, в свою очередь, ложась на диван. — Этот дом не тюрьма. Но будь осторожна, твоя мачеха все еще не потеряла надежды вернуть наследство. Сегодня ее выселили из дома, чем она крайне недовольна.
— Получается, дом Анлуанов теперь свободен? — Марилла аж села, так взволновала ее эта новость.
— Да, — кивнул Ка-эль. — У тебя на него планы? Хочешь там поселить кого-то?
— Нет-нет, — она поспешно покачала головой.
Чего-то его жена не договаривает… Неужели молчит о любовнике? Марилла планирует тайные свидания с другим?
Странно, до чего эта мысль взбесила Ка-эля. Удара колокола не прошло, как он сам думал о том, чтобы завести любовницу для снятия напряжения, не видя при этом в своем поступке ничего дурного. Но стоило заподозрить в том же жену, как все в нем взбунтовалось против этого.
Разумеется, все дело в общественном мнении и только в нем. Никакая это не ревность. С чего ему ревновать девушку, которая даже не в его вкусе? Он просто переживает о том, что подумает общество.
Успокаивая себя так, Ка-эль пытался уснуть, вот только сон все не шел. Большую часть ночи он проворочался с боку на бок на жестком диване, проклиная тот день, когда идея фиктивного брака показалась ему удачной. Он явно был не в себе!
Как будто телесных мук мало, так еще всю ночь мерещились какие-то шорохи. Но сколько Ка-эль не вглядывался в полумрак спальни, так ничего и не увидел.
Толком не поспав, Ка-эль встал задолго до утреннего колокола. В покоях жены он спал в бриджах, чтобы ее не смущать. Сапоги снимал и оставлял возле камина, а рубаху вешал на кресло.
Проснувшись, Ка-эль первым делом пошел к своим вещам, но там его ждал сюрприз. Вещи пропали! Хотя нет, на полу возле кресла валялись ошметки чего-то белого, подозрительно похожего на его рубаху.
Он поднял с пола то, что сейчас больше напоминало половую тряпку, и не сдержал удивленно возгласа:
— Какого дракона?!
От шума проснулась Марилла и села в кровати, прикрываясь одеялом.
— Что случилось? — сонно спросила она.
Ка-эль ответил не сразу. Он как раз изучал то, что некогда было его сапогами. Кто-то порвал в клочья рубаху, а после основательно погрыз сапоги, превратив добротную кожу в решето.
Что здесь произошло? Марилла, не получив ночную порцию бутербродов, с голода погрызла его обувь? Ка-эль живо представил эту картину и тряхнул головой. Бред какой-то…
Даже если Марилла хочет стать непривлекательной для него, то она выбрала крайне сомнительный способ. Достаточно просто сказать «нет». Вещи-то зачем портить?
— В чем дело? — повторила жена вопрос.
— Вот, — Ка-эль продемонстрировал ей белые лоскуты. — Ночью кто-то искромсал мою одежду. Это сделала ты?
— Как ты себе это представляешь? Я что, рвала твою рубаху руками, а сапоги грызла? Так, по-твоему? — вполне законно возмутилась Марилла.
— Но кто тогда?
— Мыши? — предположила она. — Я говорила, что они есть.
— В таком случае это были крупные, прямо-таки гигантские и зверски голодные мыши, — проворчал Ка-эль. — И твой халат они почему-то не тронули.
— Видимо, ты им больше нравишься, — буркнула она.
Марилла нервно кусала губы и выглядела раздосадованной. Пожалуй, зря он ее подозревал. В конце концов, Ка-эль не спал почти всю ночь и заметил бы, если бы жена вставала. Но она не поднималась с кровати, зато он слышал шорохи. Мышь? Разве что с зубами размером с его палец.
Сейчас у Ка-эля нет времени разбираться, но после того, как они поймают беглянку, он непременно найдет эту «мышь».
— Пойду в свои покои за новой рубахой, — Ка-эль швырнул обрывки ткани обратно на пол.
— А свекру скажем, что эту я порвала в порыве страсти, — хихикнула Марилла.
— А сапоги, видимо, погрызла на пике удовольствия, — Ка-эль тоже не удержался от смешка.
