песен есть строчка: «Купола в России крыли чистым золотом, чтобы чаще Господь замечал». Жители этого города очень хотели привлечь к себе внимание богов, не иначе. Я так решила оттого, что шпили башен были покрыты не то что золотом. У меня создалось впечатление, что это самоцветы. Они так переливались на солнце и отбрасывали блики, что глазам было больно. Мишка даже от восхищения рот открыл:
- Класс! Это какие деньжищи-то вбуханы! – восторженно отозвался о местной архитектуре малец. – Мне бы один камушек! А как вы думаете, к этим шпилям подобраться можно?
- Ты что задумал, мелкий? – бог вопросительно вздернул рыжую бровь и впился глазами в пацана.
- Я? Я ничего! – искренне возмутился тот. – Просто рассмотреть поближе захотел. Где еще такую красоту увидишь? А как эта страна называется? Я бы, когда вырасту, сюда приехал еще раз.
Я живо представила, какие перспективы и планы вынашивал его изворотливый ум.
Я была уверена, что Кир в очередной раз проигнорирует вопрос, а отдуваться придется мне. Как ни странно, он ему ответил:
- Страна эта называется Гипербореей. Только самолеты сюда не летают, да и поезда не ездят.
- Я могу и пешком! – горячо заверил его Михаил.
- Вот когда вырастешь, тогда и посмотрим! – мужчина потрепал ребенка по голове. – Давайте шаг прибавим. Скоро городские ворота закроют. Не хотелось бы мне с вами на улице ночевать.
Я была с ним абсолютно согласна. Ночевать на улице никогда не любила. Хотя в экспедициях и приходилось. Но там хотя бы в наличии палатки были. Понятно, что преграда для желающих полакомиться археологами хлипкая. Слава богу, мы с такими желающими не встречались.
Ворота оказались очень высокими, темно коричневого цвета, обитые мелкими досочками. И они были закрыты. Я-то думала, что в них стоит охрана и проверяет всех входящих. Обычно так описывали возможность попасть в город в романах и учебниках истории. Я начала паниковать. Только Кир выглядел невозмутимым. Он бегло оглядел препятствие и объяснил нам порядок действий:
- Я сейчас ворота открою. Но вы сами в них зайти не сможете. Допуска нет. Придется вас обоих заносить. Поэтому, как только механизм активируется, быстро прыгаете ко мне на руки. Я вас попытаюсь пропустить.
- Кир, это твое «прыгаем» нужно отрепетировать, - предложила я, потому что даже не представляла, как это может выглядеть. Оказалось, что нам было достаточно лишь подойти к нему, а бог ловко подхватил нас на руки. Мы с Мишей же должны были к нему прижаться, обхватив за шею руками.
Затем викинг вытянулся на цыпочки, поднял руку вверх и прикоснулся к только ему понятной точке на воротах. Тут же загорелся зеленый огонек и ворота медленно поползли в стороны, освобождая нам проход. Я и парень отрепетированным движением взлетели на руки богу. И он торжественно внес нас в гиперборейский город. Сделал с нами еще пару шагов, и отпустил лишь в том месте, где началась дорога, вымощенная желтым камнем.
- Ну, ты и силен, бро! – восхищенно показал нам большой палец младший спутник. А Кир самодовольно усмехнулся и лукаво посмотрел на меня. А что я? Я ничего. Только кончики пальцев до сих пор чесались от ощущения литых мускулов мужчины. Я бы не отказалась их… погладить. Не более того.
Мишка, похоже, не совсем понимал, что мы другом мире. А мне очень хотелось посмотреть на гиперборейцев. Но, как назло, улица была абсолютно пустынна.
- Почему этот кнопка входа в город расположена так высоко? – решила я перевести разговор в нейтральное русло. Кир был ростом метра два, не меньше. А ему пришлось привставать на цыпочки.
- Защита от риункулюсов! – пожал он в ответ плечами. – Если их не ограничивать, они весь город заполонят.
- Риун… кого? – удивился Мишка незнакомому слову. Я тоже удивилась, но среагировать не успела.
- Риункулюсы, - произнес еще раз странное название Кир, - в вашем мире их зовут нечистью. Мы с одним из них уже встречались.
Вот так вот. Это милаха-домовой оказался нечистью. И местные жители, оказывается, их не жаловали.
Только в трактире, который обнаружился на самой окраине города, за барной стойкой оказался тот же самый риункулюс. Только в отличие от Кузи на таможне, волосы этого были черными и стянуты резинкой в хвост. И от этого его рыжие веснушки на носу смотрелись очень нелепо.
- Что господа желают? – оживился он при нашем появлении.
- Семейный номер и ужин в него, - Кир достал золотой и положил на прилавок.
Домовой тут же расцвел, засуетился, провожая нас наверх и отдавая команды на ходу второй домовушке, которая, судя по юбке, была женского пола.
Нас привели на второй этаж. Комната была достаточно большой. На улице было уже темно, и она освещалась желтоватыми фонарями. За счет чего они горели, я не поняла, решив для себя, что это какой-то аналог электричества или оно само. В комнате был стол, Три стула и две кровати. одна узкая, односпальная и короткая. Видимо, предназначенная для ребенка. Вторая была длинной и широкой, занимала половину комнаты.
Прикинув, что я вполне войду на детскую кроватку, заявила свои права на нее.
- Я что, гомик, с мужиком спать? – возмутился Мишка. И эта божественная сволочь с ехидным видом поддержал его.
- Ирина, с каких пор ты боишься со мной ночевать?
И что ответить на этот вопрос? Что я не с ним ночевать боюсь, а своей реакции? Я была уверена, что Кир при желании имеет все, что шевелится, то есть любую женщину, которая ему понравится. Я не знала, нравлюсь ли я ему сейчас. Но в самом начале симпатии он ко мне не испытывал. Да и если вспомнить те груди и бедра, которыми бог меня наградил, когда мы были в Египте… Вряд ли что изменилось с тех пор. Поэтому закатываем губу обратно и продолжаем жить, как жили до сих пор.
- Я боюсь с тобой спать? – постаралась как можно более правдиво изобразить
