– привычным жестом он потрепал вихры ребенка и перевел взгляд на чиновника. – Я жду ответа!
- Сейчас уточню, - тут же засуетился риункулюс. Властный и жесткий тон подействовал на него безотказно. – Как изволите-с доложить о вас?
- Кир сын Тора, младший бог алагальского пантеона!
Мужичок сначала удивленно ойкнул, затем более почтительно поклонился и торопливо произнес:
- Простите-с, не признал-с! – и стремглав побежал вглубь по коридору.
- Бог? – Мишка стоял потрясенный. – А на черта ты, бог, мою мамку забрал! Она любила меня и жалела!
И с этим словами подскочил к Киру и начал колошматить его маленькими кулачками.
Кир откровенно растерялся. Он совершенно не ждал от парня такой необоснованной агрессии. Поэтому несколько секунд мужественно терпел тумаки парнишки, которыми он награждал викинга со всей присущей ему ненавистью к обидчикам. Но потом пришел в себя и быстро скрутил Мишу.
- Да успокойся ты! Я никого никуда не забирал! – взревел бог, стараясь успокоить парнишку.
Тот притих, затем всхлипнул, шмыгнул носом, вытер слезы со щек, после того как его руки освободили и взволнованно спросил:
- Но Вера Владиславовна в детском доме всегда говорила, пока я был маленьким, что мою мамку бог забрал!
Кир присел перед парнишкой на корточки, притянул его к себе и снова погладил по голове. Тот дернулся, пытаясь увернуться от ласкающей руки, и сжал предостерегающе рот.
- Малыш, дело в том, что богов много. Ты же слышал, я сказал «младший бог». У меня есть старший брат!
- Это он мамку забрал? – парень с надеждой посмотрел на сидящего перед ним мужчину.
Лицо викинга нахмурилось. Он же планировал пристроить Мишу к Тиру. А ненависть этому бы совсем не способствовала.
- Нет, не он. Мы с Тиром тоже маму потеряли, когда совсем я маленьким был. Он знает, как это плохо – жить без нее. И никогда бы не причинил такое зло людям, - я видела, что бог врет. Или немного передергивает правду. Но умом понимала. Что в данном случае так будет лучше. Для всех. Поэтому промолчала, и лишь подошла ближе и тоже его погладила.
- А кто ее забрал? Ты меня с ним познакомишь? Я потребую, чтобы мне ее обратно вернули!
- Малыш, этого я обещать не могу, - покачал головой Кир. – Но обещаю, что сделаю для этого все возможное. Ты мне веришь?
Миша ничего не ответил, только вырвался из его объятий и прижался ко мне, пряча залитое слезами лицо. Такой маленький, и столько горя пришлось на его жизнь! И, несмотря на явный талант к воровству, он оказался не совсем испорченным ребенком. Да и в таких условиях, возможно, был даже лучше, чем мог бы.
Тут вернулся секретарь и торжественно произнес:
- Берст Модестович ждет вас. Проходите, вторая дверь налево.
- Я знаю, - ответил Кир, взял нас с Мишей за руки и потянул за собой. Мы сделали несколько шагов и оказались у очень высокой темно коричнево двери с золотой вывеской, на которой было выведено: Берст Модестович Кащей. Начальник управления.
Что интересно, алфавит был мне в общем-то знаком. Отчие от обычного русского языка было лишь в том, что буквы как бы были подвешены к черте, а не лежали внизу строки, как принято у нас. Я знала, что подобная письменность была свойственна русской глаголице и санскриту. Но теми языками я не владела.
Викинг выпустил мою руку, а руку парня сжал немного крепче, словно боясь, что тот сбежит. Трижды коротко постучал и толкнул дверь.
Что интересно, алфавит был мне в общем-то знаком. Отличие от обычного русского языка было лишь в том, что буквы как бы были подвешены к черте, а не лежали внизу строки, как принято у нас. Я знала, что подобная письменность была свойственна русской глаголице и санскриту. Но теми языками я не владела.
Викинг выпустил мою руку, а руку парня сжал немного крепче, словно боясь, что тот сбежит. Трижды коротко постучал и толкнул дверь. Она легко открылась, являя нашему взору большой светлый кабинет. За столом сидел высокий худощавый мужчина. Его золотые волосы спускались до плеч, завиваясь крупными локонами. Лоб охватывал золотистый обруч, украшенный драгоценными камнями.
Это Кощей? Я рот открыла от удивления. Наши сказочники рисовали для нас совсем другие образы. Разве что худоба присутствовала да корона (обруч в данном случае).
- Кир, дружище, ты когда успел семьей обзавестись, а меня даже на свадьбу не позвал? – в голосе хозяина кабинета, несмотря на мелодичный тон, прослеживались недовольные нотки.
- Это немного другое! – ослепительно улыбнулся викинг и открыл объятия для Кощея. Тот встал из-за стола, и мужчины по-братски обнялись, похлопывая друг друга по спине.
- О! – рыжеватая бровь хозяина кабинета удивленно взлетела вверх. – Тогда отдай ее мне! Красна девица, я от твоей красоты схожу с ума! Согласись стать моей женой?
Хозяин кабинета последние слова явно произнес для меня, приложил руку к сердцу или тому месту, где оно у Кощея должно быть, и рухнул на одно колено, все так же не переставая соблазнительно улыбаться. Но археологи просто так не сдаются. Я посмотрела на него как на Ванюшку-дурачка и с усмешкой ответила:
- Благодарствую, красный молодец, - пародируя его старо-славянскую речь, - только не ты мой суженый. Прости, если сможешь.
- Хм, не помогло! – Кощей удивился еще сильнее, а затем улыбнулся совсем по-другому. – Похоже, она кого-то так сильно любит, что моя магия на нее не действует!
Я лишь моргнула, до конца не осознавая услышанное. Кир же неожиданно тяжело вздохнул, криво усмехнулся и сказал:
- Возможно. У нее такой кот, которого невозможно не любить.
- Вполне возможно, что кот, да не тот, о котором ты думаешь! – хихикнул хозяин совсем не по кощеевски, спрятав улыбку в кулак. А затем посмотрел еще раз на меня и подмигнул, как старому другу, с которым их связывает общая тайна. Это он
