Больше месяца как мы в походе, привыкли к качке, духоте — ко всему. Соревнуемся за отличное несение вахты.
Товарищи избрали меня секретарем комсомольской организации. Актив — моя опора. Члены бюро — Владимир Неклюдов, Михаил Павлов, Николай Довгаль, Павел Демчук, Виктор Левченко — выпускали боевые листки, организовывали в походе радиогазеты. У микрофона выступали отличники боевой и политической подготовки, рационализаторы. Вместе с тем мы давали ход и критической струе. На пользу шла. Заметим в ком-нибудь нерадивость — скажем во всеуслышание.
Ну, что еще? Да, чуть было не забыл! Устраивали КВН, который помогал нам повышать технические знания. Форма, в общем-то, не нова, клуб веселых и находчивых был создан до нас. Ну и что? Мы охотно подхватили инициативу Федора Портнова и других наших предшественников. Что хорошо, то хорошо!».
Старший матрос Сергей Николаенко.
«Плещут волны, сверкает солнце. Но мы этого не видим — идем под толстым слоем воды.
И все-таки я горд: пусть не сразу, а все же попал на «Челябинский комсомолец». Не менее, чем я, доволен и отец. Иду его дорогой, соленой и нелегкой. Гудят электромоторы. И в этом беспрерывном гуле слышится мне приветливый голос далекого и дорогого Урала.
Резко и протяжно кричит ревун. Не прошло и минуты, как весь экипаж занял боевые посты. Атака. Сосредоточенные лица. Взволнованное дыхание. Хочется одного. С первого залпа поразить цель. Ощущаю знакомые толчки. Чуть подрагивает под ногами пол. Торпеды вышли!
Куда они направились? Об этом знает лишь командир лодки, если он смотрит в перископ. Когда же залп дается с большой глубины, всем нам, в том числе и командиру, остается только ждать, долго и томительно. Там, на эсминце, тоже есть акустик. Он может услышать шум винта приближающихся торпед. Если их обнаружат, корабль, конечно же, постарается отвернуть, тогда торпеды пройдут мимо. Как долго тянется время! Смотрю на часы. Всего минута… А мне показалось, что минуло пять, или даже десять минут. На соседнем боевом посту застыл командир отделения мотористов, уже старшина 1-й статьи Наиль Канафеев. Он дизелист. Великолепно знает двигатель.
Сейчас Наиль — весь внимание. Атака учебная, взрыва не будет. Однако так хочется услышать радостный доклад акустика!»
Старший матрос Виктор Левченко.
«Приготовиться к погружению!» — Эта команда касается в первую очередь нас, трюмных машинистов. Снимаем стопора с кингстонов и клапанов вентиляции, задраиваем забортные отверстия. Я готовлю главный осушительный насос, удаляю воздух из осушительной магистрали.
Мое место в трюме центрального поста. Я ведаю уравнительной цистерной. В походе ежедневно и даже ежечасно расходуются различные запасы: топливо, пресная вода, продукты, боеприпасы. Моя обязанность — управлять уравнительной цистерной. Легче стала лодка — принимаю больше балласта. Конечно, по команде. Через каждые двести литров докладываю: «Принято двести в уравнительную!», «Принято четыреста!», «Принято шестьсот!». Наконец из центрального доносится: «Стоп принимать!»
Трюмный — одна из главнейших фигур на подводном корабле. Он ведь управляет системой главного балласта. Принял воды больше, чем нужно, корабль провалится на опасную глубину. Тут нужен глаз да глаз. Вахту на механизмах погружения и всплытия по боевой тревоге несут либо старшина команды Михаил Павлов, либо командир отделения Юрий Напалков. Любую команду они выполняют быстро и четко, все движения их отработаны до автоматизма. В кромешной темноте они точно в срок находят любой клапан.
Говорят, лучше всего познаешь человека в трудном пути. Поход сдружил не только трюмных, но и весь экипаж.
Двадцать второго января — мой день рождения. Шли мы в океане. Проснулся — подносят пирожное: кок постарался. На этом сюрпризы не кончились. Друзья подарили тельняшку с шуточным стихотворением.
А вечером в честь именинника устроили концерт.
А у Владимира Неклюдова день рождения первого января. Сочинили в честь торпедиста стихи, передали поздравление по переговорному устройству. В походе многим матросам и старшинам исполнилось по двадцать одному году. Возраст, говорят, молодой, все еще впереди. Верно! Но и позади осталось столько миль».
Старшина 2-й статьи Владимир Маликов.
«В шутку меня называют коком-электриком. Хотя по штатному расписанию числюсь коком-инструктором. Есть у меня и подчиненный — Николай Карабута, он из Троицка.
Откровенно скажу, нелегко нам пришлось. В тропиках аппетита не было ни у кого. Приходилось придумывать «фирменные блюда». Когда проходили экватор, визит нам нанес Нептун со своей свитой, обходивший отсеки. Побывал он и на кухне и хотя там ни сесть, ни повернуться, царь морей взял пробу и остался очень доволен.
Да, многое запомнилось в далеком походе».
ДВЕ ВСТРЕЧИ
— Возьми, Виктор, это тебе! — Лариса Кузьмина, прилетевшая вместе с делегацией к морякам в гости, подала старшему матросу Левченко электрогитару.
— Родители просили передать, — пояснила Лариса. — Владимир Петрович и Ирина Семеновна.
Лариса работает корреспондентом Челябинского радио. Она тут же включила переносной магнитофон «Репортер» на прослушивание.
«Здравствуй, дорогой сынок… — услышал Виктор родной голос. Мать явно волновалась. — В семье все живы-здоровы, того и тебе желаем. Пиши нам отовсюду, куда бы ни забросила тебя служба».
Когда голос матери стих, Лариса переключила магнитофон на запись и спросила:
— Что бы ты, Виктор, хотел передать родителям? Только не волнуйся, пожалуйста.
И поднесла микрофон.
— Привет с Севера. У меня все идет хорошо. Спасибо за подарок.
Он почувствовал, что перескакивает с одной мысли на другую.
— Посмелее! — ободрила Лариса и почему-то рассмеялась. Магнитофон, конечно, добросовестно записал и голос ее, и смех. Виктор начал рассказывать о своих товарищах. И — удивительное дело — речь его полилась легко и непринужденно.
— Ну вот, теперь хорошо, — удовлетворенно сказала Лариса.
После записи она спросила:
— Скажи, Виктор, что тебе больше всего нравится в морской службе?
— Дружба, спаянность, — ответил Левченко.
Вечером в клубе — аплодисменты, улыбки, восклицания. Моряки доложили о том, как они выполняют комсомольский наказ и клятву, которую дали отцам и матерям на площади Революции. Первый секретарь обкома ВЛКСМ Виктор Поляничко рассказал о достижениях молодежи области, пожелал землякам успехов в боевой и политической подготовке. А секретарь Челябинского горкома ВЛКСМ Борис Власов и Лариса Кузьмина вручили морякам подарки: часы, электробритвы, сувениры, а всему экипажу — заботливо подобранную библиотечку, баскетбольные и волейбольные мячи, сетку.
На сцену вышла сборщица Кыштымского радиозавода Татьяна Бабикова… Не плясать и не петь, а передать радиоприемник в подарок. Он любовно собран парнями и девчатами завода, чтобы моряки слушали голос Родины на любом меридиане.
— Примите и наш подарок, — сказала лаборантка Уфалейского никелевого комбината Людмила Буданова.
— А ну-ка, ну-ка! — Владимир Неклюдов осторожно взял сувенир. На полированной никелевой пластинке были изображены рабочий с молотом, а из-под наковальни гордо и величаво выплывала подводная лодка…
— Спасибо, земляки! — Это голос Николая Коробова, секретаря комсомольской организации экипажа. — За ваше теплое слово, за рассказы об Урале, за чудесные подарки! Виктор, — обратился Коробов к Левченко, — сыграй «Частицу уральской земли».
Песню Олега Кульдяева, снова приехавшего с делегацией, хорошо знали и подводники, и гости.
— Ну, что же вы! — обратился к исполнителю и композитору Коробов. — Выходите! Да побыстрее!
Выйдя вместе с Олегом Кульдяевым на сцену, Виктор перебрал струны, слегка кивнул головой. И песня, словно чайка, взлетела к потолку.
Гитару сменил аккордеон. Бывший сборщик Уральского автозавода старший матрос Александр Трифонов развернул меха. Песни — одну лучше другой — исполнял старший матрос Сергей Безруков. До службы он работал на Челябинском металлургическом заводе. Голос у него сильный, приятный. Мелодию подхватывали, и она заполняла весь зал.
На следующий день в восемь утра гости стояли в строю моряков вдоль корпуса корабля. Торжественно и громко прозвучала команда:
— На флаг и гюйс, смирно!
Через несколько минут земляки встречали гостей на боевых постах. Серьезные, подтянутые подводники в пределах возможного объясняли устройство механизмов, приборов.
— Дизельный отсек, — торжественно произносил Николай Коробов. — Обслуживается почти одними челябинцами. Моторы — это сердце подводной лодки.
Владимир Неклюдов, не торопясь, показывал торпедное хозяйство, заметив, что боевой пост — главный на лодке. Впрочем, и рулевые придерживались того же, а точнее, другого мнения — главный боевой пост — тот самый, на котором стоят они, гости.
