и мемуаров, иногда неполный и перекошенный в разные стороны. Но, не вписываясь ни в одну традицию - ни в политизированную историю, которая была разрешена в Китае, ни в общепринятую, которую можно найти за рубежом, - он смог сделать оригинальные выводы, которые сегодня широко признаны.
Он писал свой огромный труд за кухонным столом в крошечной квартире своей семьи, куря и попивая чай, и его репутация росла на протяжении 1990-х годов по мере того, как распространялась информация о его эпическом проекте. В конце концов люди стали совершать паломничество в Нанкин, чтобы посетить этого современного Сыма Цяня, который смирился с бедностью и маргинализацией, чтобы написать иконоборческий труд о политической культуре коммунистической партии. Без преувеличения можно назвать "Как росло красное солнце" одной из самых важных китайских книг по истории коммунистической эпохи.
Десять лет спустя Гао умер от рака печени в возрасте 58 лет. Ранняя смерть лишила его возможности написать следующую книгу, которая, по словам его друзей, должна была быть посвящена тому, что произошло после прихода к власти в 1949 году коммунистов, переделанных в Яньане в инструмент управления Мао.
Но в некотором смысле дело его жизни было завершено. Его книга разрушает миф об основании Коммунистической партии - о том, что она начиналась как чистое, непорочное братство идеалистов, борющихся за спасение Китая. Вместо этого он показывает группу амбициозных, ссорящихся людей, которых Мао запугивал и доминировал над ними, заставляя подчиняться. Несмотря на то что книга Гао запрещена в Китае, она была выпущена Китайским университетом Гонконга в 2000 году и с тех пор разошлась двадцатью двумя тиражами. Она была переведена на английский язык и доступна в Интернете. Сегодня все, кто пишет историю Коммунистической партии в Китае или за его пределами, читают Гао.
Книга не из легких. Она плотная, длинная и сложная. Гао предполагает, что читатели знают многих из бесконечного числа людей, которые наполняют его повествование; он дает мало предыстории, фокусируясь, как лазер, на Мао. Но его достижение ошеломляет: он переписывает миф о Яньане и ставит под сомнение весь коммунистический проект. Вот китайский историк, работающий в Китае, бросивший вызов партии на ее самой священной почве.
Именно такие работы определяют современную борьбу партии с контр-историками. В отличие от Си Чжунсуня с его убежденностью в том, что историю Коммунистической партии нужно рассказывать, как есть, без изъянов, сын Си извлек еще один урок из битвы своей семьи с прошлым. Его отец был жертвой истории; Си Цзиньпин будет стремиться контролировать ее.
6.
История как миф
Посещение Яньаня сегодня сродни посещению Колониального Вильямсбурга 1 несколько десятилетий назад. Этот музей под открытым небом в американском штате Вирджиния был построен в 1930-х годах на основе нескольких исторических сооружений XVIII века и множества диснеевских переделок - симметричные фасады, пастельные тона и усаженные деревьями улицы символизировали идеалы основания Американской революции. На протяжении десятилетий этот город был обязательным местом посещения для королевских особ, глав государств и местных туристов, жаждущих прикоснуться к патриотической истории. Все изменилось, когда люди начали понимать, что прошлое Уильямсбурга было гораздо более беспорядочным, с экономикой, построенной на работорговле, и эстетикой, которая была более хаотичной, чем то, что было представлено. Несмотря на усилия по созданию более точных впечатлений, посещаемость парка упала в два раза по сравнению с пиковым показателем 1984 года - 1,1 миллиона посетителей в год. К началу 2020-х годов в парке начались увольнения, беспорядок в руководстве и общее ощущение анахронизма.
Но не в Яньане. Город не столько отстроен, сколько переполнен спонсируемой правительством индустрией туризма, направленной на прославление первых дней коммунистической революции. Туристы одеваются в костюмы Красной армии перед рекламными щитами с изображением серпа и молота и посещают пещеры, где жили Мао и высшие руководители. Дети катаются на чучелах лошадей и размахивают муляжами пистолетов. В 2021 году один из крупнейших застройщиков страны, компания Dalian Wanda, открыла тематический парк коммунистической партии с талисманами в костюмах солдат, магазинами с сувенирами и видеоинсталляциями, где дети могут сесть за муляжи тяжелых пулеметов и уничтожить врагов Красной армии на экране.
В шести уездах, входящих в состав Яньаня, власти определили 445 памятных мест и построили тридцать музеев. В 2019 году, последнем году перед тем, как пандемия подавила путешествия, Яньань посетили 40,2 миллиона человек, что способствовало развитию местной индустрии туризма с годовым доходом в 62 миллиарда долларов.
Почти во всех странах есть идеализированные места памяти, но в Китае не хватает критических голосов. Вместо того, чтобы быть оспоренным как национализм, вызванный ностальгией, красный туризм стал общенациональным явлением, с 36 000 революционных мест, которые метастазировали по всей стране. Многие из них небольшие, иногда не больше мемориальной доски в деревне, но 1 600 являются полноценными мемориальными комплексами или музеями. Многие из них чрезвычайно активны: в трети из них каждую неделю проводится более одного масштабного мероприятия или выставки. Партия утверждает, что использует их для проведения кампаний по "патриотическому воспитанию" - по данным правительства, в 2021 году будет проведено более 840 000 мероприятий, в которых примут участие 1,4 миллиона учебных групп.
Красный туризм иногда изображают как китчевую диковинку - посетите пещеру Мао и съешьте булочку на пару! Но это серьезный государственный приоритет, отражающий огромные государственные инвестиции. В основе этого лежит убеждение, что версия истории Коммунистической партии должна быть важна для всех, а не только для высших руководителей, как это делали Мао и Дэн в середине и конце XX века. Вместо этого подобные кампании по индоктринации теперь будут проводиться по всему Китаю. Цель - создать население, которое усвоило бы партийный взгляд на историю, как это делали чиновники в 1940-х годах в Яньане. Иногда государство использует принуждение - особенно в отношении упрямых независимых историков, но в основном эта кампания проникает в головы людей через учебники, алгоритмы социальных сетей и шаблоны повседневной жизни в авторитарном государстве, одержимом идеей контроля над историей.
Еще до прихода к власти в 2012 году Си определил, что история играет центральную роль в долгосрочном выживании партии. В июле 2010 года правительство созвало национальную встречу сотен историков, специализирующихся на современном Китае. Сигнализируя о важности встречи, правительство провело ее в Большом народном зале - сталинском колоссе, возвышающемся над западной стороной площади Тяньаньмэнь. С визитом выступил президент Ху Цзиньтао, но основное слово взял Си, который три года назад был назначен преемником Ху. Он изложил программу из пяти пунктов, в которой рассказал об истории партии,
