возможность поговорить? — спросил я, надеясь, что Ло поделится подробностями.
— Да. Она рассказала обо всех выходках моих племянников с тех пор, как я уехала.
Я откашлялся, переходя сразу к делу.
— Ты рассказала ей о нас?
Ло бросила на меня встревоженный взгляд, а затем поводила рукой взад-вперед, будто отмахиваясь от моего вопроса.
— Намекнула. Ладно, пойду прилягу. Не очень хорошо себя чувствую.
Слабый предлог, чтобы избежать неудобной дискуссии. Однако я промолчал. Разговор между мной и Лорен о происходящем, пойдет лучше после того, как каждый из нас немного отдохнет. И выпьет по глотку виски.
Глава 21
День 25, осталось 5 команд
Лорен
— Не хочешь позавтракать?
Арчер бросил на меня обеспокоенный взгляд. Это было на следующее утро после отъезда Лейлы и Саймона, и с тех пор я почти не покидала хижину.
Вчера я убедила себя, что просто устала. Что, возможно, у меня было легкое истощение. Но учитывая, сколько раз мне приходилось вставать посреди ночи и бежать к деревьям, чтобы выплеснуть содержимое желудка, я понимала — дело не только в этом. Однако я не была готова обсуждать подобное с Арчером.
Мы были чертовски близки к финишу. Почему я сломалась именно сейчас, прожив здесь двадцать пять дней?
— Поем попозже, — пообещала я, выливая небольшую струйку воды из фляги на свое вспотевшее лицо.
Если бы сегодня было соревнование, не думала, что смогла бы даже дойти до точки сбора, не говоря уже о том, чтобы соревноваться. Я надеялась, что просто подцепила легкую инфекцию от Лейлы или Саймона, и все пройдет через день или два.
Арчер закончил есть рыбу с рисом и подошел ко мне с миской в руках.
— Может, съешь пару ложек риса?
Я настороженно посмотрела на него, желудок заурчал при виде еды в миске.
— Давай попробую, — я заставила себя принять сидячее положение и старалась не показывать, насколько плохо себя чувствовала.
Арчер передал мне миску, а затем прижал ладонь к моему лбу. Я нахмурилась и отвернулась от его прикосновения.
— Кажется, у тебя жар, — сказал он.
— Крестись, когда кажется.
Арчер слегка улыбнулся, отчего я почувствовала себя капризным ребенком, которому он потакает.
— Ло. Поговори со мной.
— Я не могу говорить, пока ем, — сказала я, отправляя в рот маленькую порцию риса.
— Раньше могла, когда мы ели попкорн в кино. Постоянно болтала, насколько я помню.
Я закатила глаза.
Съев пару ложек риса, я передала миску обратно Арчеру и легла на спину. Он положил руку мне на щеку, а затем отвел мои волосы в сторону, чтобы пощупать затылок.
— Мы в тропиках, — слабо произнесла я. — Разумеется, мне жарко.
— Будь честна со мной, Ло. В таких местах можно легко подхватить какую-нибудь гадость просто от укуса жука.
Я тяжело вздохнула.
— Я реально просто устала.
Это была правда. Я была измотана. И могла бы упомянуть, что также чувствовала тошноту и слабость, но промолчала. Мне лишь хотелось поспать.
— Выпей, — сказал Арчер, передавая мне флягу.
Вкус у воды был фруктовый, значит, он добавил в нее изотоник. Я поблагодарила его, затем свернулась калачиком и снова заснула.
* * *
— Ло, проснись.
Мне потребовалось несколько секунд, чтобы открыть глаза, когда я услышала, что Арчер обращался ко мне. Почему я была так слаба?
— Привет, — сказала я, прикладывая ладонь ко лбу.
У меня слегка болела голова, но я чувствовала себя более отдохнувшей, чем раньше.
— Привет, извини, что разбудил, но прошло уже четыре часа, и тебе нужно выпить еще воды. Потеешь как сумасшедшая.
— Здесь же жарко. — я знала, что это слабое объяснение, но больше ничего не придумала.
Я взяла флягу и обнаружила, что готова выпить ее всю. Мой желудок не взбунтовался после съеденного риса, так что, надеялась, я пошла на поправку.
— Я хочу, чтобы ты кое-что сделала, — сказал Арчер. — Нужно ненадолго залезть в воду и посмотреть, сможем ли мы сбить твою температуру.
Фу. Это ведь надо было двигаться. От одной мысли о том, чтобы покинуть хижину и подставить себя адской жаре, я свернулась калачиком.
— Жа-арко, — повторила я.
Я вспотела, и мне просто хотелось проспать эту зверски жаркую часть дня. Но Арчер не принимал «нет» в качестве ответа.
— Сама пойдешь или тебя отнести? — спросил он.
Я выдохнула. Мне не хотелось покидать хижину, но было бы неплохо ополоснуться, и, возможно, движение пошло бы мне на пользу.
— Сама пойду, — заверила я. — И я тебя раскусила. Предложил два варианта, оба из которых достигают поставленной тобою цели. Мы проделываем подобное в преподавании.
Арчер наклонился и протянул мне руку. Я крепко ухватилась за нее, когда он помог мне подняться, и после пары секунд головокружения почувствовала себя хорошо.
Арчер взял вторую флягу и миску, и мы вместе пошли на пляж. Солнце стояло высоко в небе, и было ужасно жарко. Когда мы дошли до места, где вода встречалась с песком, я повернулась лицом к Арчеру.
Он использовал длинные ветки в качестве столбов и накрыл их брезентом, чтобы создать небольшое укрытие от солнца в воде.
— Твой домик ждет, — усмехнулся он.
В горле встал комок от его заботы. Он действительно был потрясающим партнером.
Я подошла к укрытию и уселась в тени. Импровизированный домик был около пяти футов высотой, поэтому, когда я села на песок, вода доходила мне до груди.
— Здорово, — я улыбнулась ему. — Спасибо.
Арчер разместился рядом со мной на песке, глядя на горизонт.
— Непривычно приспосабливаться к жизни здесь, но также непривычно будет приспосабливаться и к обычной жизни, когда вернемся домой, — сказал он.
— Я рада, что сейчас лето. Целую неделю буду просто сидеть дома перед кондиционером и есть мороженое.
Арчер откинулся назад, опираясь на руки, и посмотрел на меня.
— Когда это все закончится, мы будем общаться?
— А почему бы и нет?
Он пожал плечами.
— Сейчас у тебя нет выбора, но когда мы вернемся домой, надеюсь, ты не станешь меня избегать.
Я не могла отрицать, что мои чувства к Арчеру изменились за последние двадцать пять дней. Я больше не презирала его и не считала ответственным за то, что он разбил мне сердце. Наш разрыв был взаимным, и это было осознание, к которому я не была готова в таком юном возрасте. Если бы я согласилась переехать с ним в Миннесоту, я, честно говоря, думала, что мы остались бы вместе.
— По-твоему, мы сможем быть друзьями? — спросила я его.
Мне было больно это произносить. Меня влекло к нему больше, чем когда-либо, и не существовало
