дверь, больше подошедшая бы банковскому сейфу, чем тюрьме. А за ней — чистое ночное небо.
Южное, сразу же понял его высочество, взглянув на звезды, но тут его внимание приковал к себе вертолет, приближающийся к выходу из подземного каземата. Как раз перед уничтоженной дверью была достаточно ровная площадка, чтобы машина смогла нормально сесть.
Повсюду мелькали бойцы Русского царства, а вокруг то и дело взгляд зацеплялся за трупы в униформе без опознавательных знаков. Глаза принца также заметили застывший на углу труп в экзоскелете, произведенном Германским рейхом.
— Сейчас в машину, и не оглядывайся, — приказал сопровождающий, когда вертолет уже стало видно невооруженным глазом. — Бегом!
Он толкнул Герберта в спину, и принц, не раздумывая ни мгновения, рванул к спасительной машине. Уже позднее, примерно минут через пятнадцать, когда вертолет удалился достаточно далеко, его высочество задал свой первый вопрос:
— Господа, прошу вас сказать, кому я обязан своим спасением?
Ответ его нисколько не удивил, но и не спросить принц не мог. Было бы крайне невежливо не уточнить.
— Нас послал государь Русского царства Михаил IIМилославский, — сообщил пилот. — Вас доставят на борт самолета, и оттуда — прямиком в Берлин. Не переживайте, ваше высочество, все закончилось.
Герберт фон Бисмарк выглянул наружу, наблюдая сплошной лес джунглей.
Больше всего он был уверен, что еще ничего не закончилось. Все еще только начинается.
Глава 15
Московский особняк великих князей Невских .
— Щенок!
Оплеуха вышла такой сильной, что наследник рода рухнул на пол. А стоящий над ним отец, окутанный сферой бушующей стихии, тяжело дыша, едва сдерживался от того, чтобы добавить сыну носками туфель по ребрам.
Пока Емельян Емельянович смотрел на разъяренного отца, сам великий князь втянул воздух, беря под контроль эмоции. В глазах его все еще плескалась магия, но никаких внешних проявлений дара больше не осталось.
— Я тебя понимаю, — сказал Емельян Сергеевич, отступая на шаг. — Мечтал о том, как займешь мое место, а теперь остался без каких-либо надежд. Решил поссорить меня с Романовым. Думаешь, удастся подсидеть меня, когда я останусь без союзника при дворе. Покажешь царю, какой ты лояльный и надежный.
Великий князь сделал еще один шаг назад и отвернулся от по-прежнему сидящего на полу сына. Омоложение, которое ему даровал Дмитрий Алексеевич, уже не давало изношенному сердцу выйти из строя. И новых приступов Емельян Сергеевич не опасался. Так, немного потрясло от злости, но это было совершенно нормально.
— Ты решил, — продолжил речь великий князь, — что расстроишь наши отношения с Романовым. Сорвешь намечающуюся свадьбу своего брата с княжной Уральской, не дашь ему усилить свои позиции. А потом избавишься от нас обоих. Но ты не на того напал, я таких интриганов, как ты, жрал на завтрак еще двадцать лет назад.
Пройдя к стеллажу с напитками, Емельян Сергеевич вытащил бутылку с водой и, свинтив крышку, плеснул себе в стакан. Технология Романова дала великому князю вторую молодость, и прожигать ее, как первую, глава рода был не намерен.
— Убирайся с глаз моих, — велел он, не глядя на сына. — Я даю тебе четыре часа на то, чтобы покинуть столицу. И запрещаю возвращаться до тех пор, пока ты не поймешь, как глупо и бездарно лишился всего, что я тебе, своему первенцу, давал. Время пошло.
Емельян Емельянович тяжело поднялся на ноги и, бросив взгляд на спину отца, не потрудившегося даже обернуться, чтобы выгнать наследника рода, хмыкнул:
— Это ты нас всех предал, — заявил он. — И когда от рода великих князей Невских не останется никого, ты еще пожалеешь о том, что выгнал меня.
Глава рода повернулся к сыну.
— Я, Невский Емельян Сергеевич, глава рода великих князей Невских, с настоящего момента официально лишаю звания наследника Невского Емельяна Емельяновича.
Первенец лишь надменно вскинул голову, глядя на отца с вызовом. Сорвав с лацкана пиджака герб рода, он швырнул его в лицо великому князю.
— Подавись своим родом!..
Не говоря больше ни слова, Емельян Емельянович вышел из комнаты. Глава рода несколько секунд смотрел в закрывшуюся за сыном дверь, после чего тяжело вздохнул и, допив воду, сел в кресло.
Прикрыв глаза, он задержал дыхание, приводя эмоции в норму. Решение далось ему нелегко, но сын сам был виноват. И почему у родителей, которые так усердно трудятся ради блага детей, вырастают вот такие дураки? Почему Георгий, которым великий князь занимался по остаточному принципу, вырос достойным, умным и куда более сообразительным?
— Олег, — надавив на кнопку селектора, обратился он к главе своей службе безопасности, — следите за ним. Мальчик нагуляется, остынет и вернется просить прощения. Но с его головы ни один волос упасть не должен.
— Будет исполнено, великий князь, — отозвался собеседник.
Впрочем, подумал Емельян Сергеевич, пусть уж лучше старший сын перебесится сейчас, чем в куда более сложный для рода момент. А завтра с утра следует порадовать Георгия, что теперь он — следующий глава великокняжеского рода Невских.
Тем более что он заслужил.
* * *
Московский особняк князей Демидовых. Князь Романов Дмитрий Алексеевич .
Всю дорогу от резиденции Емельяна Сергеевича я слушал от ехавшей со мной в машине сестры, каким замечательным оказался средний сын великого князя. От меня участие в этом разговоре особенно не требовалось. Я лишь кивал в нужных местах, да изредка хмыкал.
— А ведь Георгий лично управляет такой крупной компанией! — с придыханием произнесла Анастасия Кирилловна. — И он шепнул мне по секрету, что вскоре станет наследником рода.
Я лишь улыбнулся.
С учетом того, как резко против Романовых был настроен Емельян Емельянович, я не удивлюсь, если средний брат его просто обыграл. А что? Старший сын жил на всем готовом, Василий был избалованным дураком, а Георгий в это время набирался опыта в руководстве строительными компаниями рода. Кто, как не он, заслуживает стать новым главой рода?
Я прекрасно знал, что средний сын всегда выступал за то, чтобы Невские отказались от интриг против Соколовых. Еще до того, как я презентовал «Оракул» общественности, средний сын великого князя уже призывал отца зарыть топор войны и начать с чистого листа.
Георгий больше интересовался реальными делами, чем политикой. А теперь, когда у старшего брата не осталось возможности занять кресло губернатора, Емельяна Емельяновича можно было достаточно легко убрать из списка наследников. И средний брат прекрасно знал, как
