меня или скажет, что я слишком много о себе думаю, дело вообще не во мне. Поэтому я помалкивала, задумываясь о том, что лучше бы я никогда не узнала, какой на самом деле Джонатан Коул.
Может быть, Клер права, и Натан так сильно устает на съемках, что ему не до разговоров со мной? Кто я? Всего лишь девушка, которую сшибла машиной его мама. Хотелось взвыть от этого всего. Или побыстрее решить все проблемы, помочь маме Коула и убраться домой, лишь бы не чувствовать себя так, как сейчас.
И тут, забираясь в такси, я ухватила гениальную мысль за хвост. Мне нужно поговорить с Томом. Конечно, я не уверена в том, что он мне что-то расскажет, как вышло с поцелуем, но, может, хотя бы намекнет. Только бы не запутал еще больше. Но это было не так важно, поэтому эти мысли грели меня целый день, пока мы мерзли с Лиззи, прогуливаясь по лабиринтам замка. И когда Том позвонил и пригласил на фильм, я, не раздумывая, согласилась составить ему компанию в ближайшие дни, чтобы хоть что-то у него выведать.
* * *
На следующий день мы с Клер собирались в инспекцию по дорожному движению, чтобы окончательно закрыть вопрос с наездом, где я не претендовала ни на какие компенсации, хотя они бы мне не помешали. Но я и так считала, что вытянула счастливый билет, проживая в доме Коулов, общаясь с их семьей и самим мистером Суперзвездой. Хотя в последние дни я чувствовала неуверенность в том, что рада этому факту. Натан ночевал дома, я это знала, но так и не видела его с утра, слышала только шаги до ванной комнаты и обратно.
– Подожди секунду, – попросила Клер, когда я в верхней одежде ждала ее в холле. Миссис Коул скрылась в кухне, и я слышала, как застучали створки ящичков.
– Мама?! – тут же раздался голос Натана сверху, на лестнице.
– Привет.
Он всего лишь кивнул в ответ, когда спустился в холл.
– Она на кухне, – не обращая внимания на его молчание, пояснила я.
И Коул прошел мимо, распространяя вокруг приятный аромат и неприятную ауру недовольного вида.
– Мам? – донеслось из кухни. – Мне нужно пришить пуговицу к рубашке, не могла бы ты…
– О, милый, а другой у тебя нет? С пуговицами? – остановила его Клер.
Когда они вышли из кухни, у нее в руках оказалась та самая злосчастная рубашка – голубая, с какой-то вышивкой на кармане.
– Я хотел надеть именно эту, – настаивал Натан.
– Нат, мы опаздываем в инспекцию. Дорогой, надень что-то другое, – укоризненно произнесла она.
Косой взгляд Коула просто вымораживал, хотя я ни в чем не провинилась. Неизвестно еще, кто мог ему оторвать эту злосчастную пуговицу, может, именно этот человек и настроение ему испортил.
– Отличного дня, – взбегая наверх, недовольно бросил он.
– Сынок, надень серую рубашку. С ней все в порядке! – прокричала ему Клер, но его уже не было слышно. Только дверь в комнату громко хлопнула, заставляя вздрогнуть.
– Пойдем, – позвала Клер. – Разберется, уже не маленький.
– Но… – начала я.
– Скорее, Стася. Мы уже опаздываем.
В инспекцию мы не опоздали, даже еще сидели и ожидали своей очереди около получаса, в этом плане все государственные службы очень похожи. День пролетел незаметно. Вообще в Лондоне все дни слишком быстро заканчивались. Хотелось продлить мое незапланированное путешествие, но я знала, что часики тикают, время заканчивается, и моя карета скоро превратится в тыкву. Не реально, конечно, но почти все так и должно было быть. Принц останется в своей стране, я улечу, и все закончится, даже не начавшись. Такова жизнь.
Мне даже уже расхотелось выяснять, кто меня поцеловал, или кого я поцеловала, потому что я не видела в этом никакой сенсации. Но Том все равно хотел отвести меня на фильм, поэтому можно было просто расспросить его о Натане и его дурном настроении. Хотя меня интересовало все, начиная с того, что он любит есть, заканчивая тем, чего он просто терпеть не может.
Я собиралась в своей комнате, когда услышала звонок в дверь.
– Я открою! – крикнула я Клер и Ричарду, которые отдыхали в гостиной, просматривая какие-то британские реалити-шоу.
На пороге стоял Том: голубые глаза светятся, улыбка до ушей, на затылке черная шапка, скрывающая его темную шевелюру, серое полупальто четко очерчивает широкие плечи и открывает длинные ноги. Невероятно, он такой же высокий, как Джонатан, и почти такой же привлекательный, только телосложение у него более стройное.
– Проходи, – улыбнулась я.
Он зашел, чмокнув меня в щеку.
– Ты просто красотка. Я и не думал, что у тебя такие ножки, – брякнул он, прикрывая за собой дверь.
– Прекрати меня смущать, – возразила я.
– Нет. Подожди. Почему ты раньше не надевала юбки?
Я все-таки смутилась и опустила глаза.
– В Лондоне погода не позволяет их носить, – шутливо оправдывалась я.
– Готов тебя согревать, – и он протянул руки для объятия.
– Я никуда с тобой не пойду, если ты не прекратишь наглый флирт, – решительно заявила я.
Том не успел ответить, потому что в дверной скважине повернулся ключ, а на пороге появился Коул. Темная куртка расстегнута, из-под нее выглядывает серый свитер с капюшоном. На голове шапка, нос красный, а глаза уставшие. Да что же с ним такое?!
Увидев нас, он остановился и задумался, левая бровь поползла вверх, а губы вытянулись. Но в ту же секунду лицо изменилось, глаза стали более серьезными, а на лице появилось что-то вроде натянутой улыбки.
Он, как и Том, обратил внимание на мой внешний вид.
«Скажи что-нибудь!» – мысленно просила я.
– Привет, Том, – они пожали руки и обнялись.
– Привет.
– Привет, – с вызовом сказала я.
– Как ты узнал, что я буду в восемь? – заговорил он с Томом, не обращая никакого внимания на меня. – Мама сказала? Хорошо, что ты пришел.
Том почесал затылок, украдкой глянул на меня и сказал:
– Вообще-то я пришел не к тебе. Мы… Кхм… Мы с Настей идем в кино.
– Не хочешь пойти с нами? – выпалила я, когда он недовольно глянул на меня.
В ответ Джонатан медленно набрал воздуха в легкие, словно успокаиваясь, и выдал совершенно не то, что я ждала:
– Думаю, я буду только мешать. И так всем мешаю в последнее время.
Мы с Томом переглянулись и пожали плечами, пока Коул нервно стягивал с себя куртку и шапку.
– Может, все-таки пойдешь? – пытаясь быть вежливым, уточнил Том.
– Нет. Веселитесь без меня. – Он еще раз бросил взгляд в мою сторону и стал подниматься.
Я хотела догнать его и обнять, прижать к себе и никогда не отпускать, сказать, что я рядом и готова
