ДИРТХАВЕН, — вновь заскрипела птица, — ГОВОРИТ СТАРШИЙ ПОМОЩНИК «КУЛЛИАНА» ХАИЛ ИЛ ЛАНССААР! ПРЕКРАТИТЕ УБЕГАТЬ И ОСТАНОВИТЕСЬ ДЛЯ ДОСМОТРА!
Матросы загомонили, обсуждая услышанное и тыча пальцами в птицу.
— Мне что, спустить паруса и дать вам возможность нас потопить, ил Ланссаар? — ехидно крикнул Захар, складывая ладони рупором, — Не дождетесь!
Диалог был очень увлекательный, но я все сильнее и сильнее отвлекался на то, чтобы удержать веревку в зубах. Любое моё движение отдавалось в намертво сжатых челюстях дополнительным болевым импульсом, силы таяли с каждой секундой, но я твердо решил, что драться буду до последнего.
— ЛИБО ВЫ СПУСКАЕТЕ ПАРУСА, ЛИБО Я ОТПРАВЛЯЮ ЧЕРНУЮ ПТИЦУ, — заскрежетала механическая образина, — ПОКА У МЕНЯ НЕТ СЕРЬЕЗНОГО ПОВОДА ТРАТИТЬ ЕЁ НА ВАШУ СКОРЛУПКУ, КАПИТАН, НО ОН ПОЯВИТСЯ, ЕСЛИ ВЫ ПРОДОЛЖИТЕ УПОРСТВОВАТЬ!
Вот это заявление уже вызвало среди отважных морских волков настоящий приступ паники. Захару пришлось экстренно вмешиваться, пытаясь, при этом, сохранить подобие лица.
— Я хочу поговорить с капитаном «Куллиана»! — заявил он, — Его слово будет для меня достаточной гарантией!
— БОЮСЬ, ЧТО МОГУ ПРЕДЛОЖИТЬ ТОЛЬКО СВОЁ, ДИРТХАВЕН, — в скрежете птицы мне послышалось раздражение, — СПУСКАЙТЕ ПАРУСА. МЫ ВПОЛНЕ СМОЖЕМ РАЗОЙТИСЬ БЕЗ КРОВИ.
Скуксившийся Захар отдал команду «стоп», и подчиненные забегали, спеша её выполнить. Здоровая механическая тварь с отчетливо различимым скрипом расправила крылья, взмахнула ими слегка пару раз, а потом внезапно добавила:
— КАПИТАН ДИРТХАВЕН! БУДЬТЕ ЛЮБЕЗНЫ СНЯТЬ ЭТО… СУЩЕСТВО С ВИСЕЛИЦЫ. ВОЗМОЖНО, У МЕНЯ БУДУТ К НЕМУ ВОПРОСЫ.
…и улетела, поскрипывая шестеренками.
Спустя две минуты я сидел на палубе, ухмыляясь кровоточащими губами и получая пинки от окружавших меня матросов. Удары были не сильные, зато сопровождались восхищенными ругательствами на тему моей везучести. Слушавший их с кислым лицом Захар сделал весьма громкое предположение, что если вдруг с людьми «Куллиана» удастся разойтись бортами без крови, то тогда некоего Магнуса Криггса будет ждать новое мероприятие под названием «проводка под килем». От таких новостей я едва сам не вскочил, чтобы забраться повыше и повеситься самостоятельно, но увы, ноги не работали, а во рту сидел здоровенный кляп, сочиненный матросом из ветхой тряпки.
⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀
— Выход из смертельно опасной ситуации. Триада Плута получает 2 уровня. Текущий уровень — 12
⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀
…подумаю над этим потом, а пока просто запомню, что стал куда ловчее. Только бы отпустили судороги от трансформации побыстрее…
«Куллиан» был огромен и величественен по сравнению с поджарым «Молниеносным». Трехпалубный хищный колосс подошел к кораблю контрабандистов близко, практически вплотную, на расстояние в какую-то сотню метров, многозначительно уставившись пушками борта. Пушки, что интересно, были у каждой палубы своего калибра — если верхние демонстрировали здоровенные жерла, в которые можно было бы засунуть крупного кота, то нижние два ряда были куда скромнее, но демонстрировали при этом более длинные дула. Материал корабля был странным — либо это была древесина, превратившаяся в металл, либо кто-то его весь покрыл серой краской стального цвета.
С борта эльфийского боевого судна была спущена немалых размеров лодка, на которую забрались несколько эльфов, в довесок к которым был сгружен здоровенный металлический ящик. Глядя на эти приготовления, Захар тихо отдал приказ команде разоружаться — перспективы абордажа упали до незначительных. Капитан, да и вся команда «Молниеносного» вовсю демонстрировали полнейшее отсутствие интереса к эскалации конфликта. Ну, если вспомнить пьяные речи самого капитана об алхимической начинке эльфийских ядер, то склонность к переговорам куда как понятна, альтернативой то выступает варка заживо!
— Очень рад, что вы проявили благоразумие, капитан, — высокий бледный эльф в слегка эпатажном плаще с эполетами, бесстрашно стоял посреди чужой команды, имея в качестве поддержки лишь троих сопровождающих и извлеченный из лодки стальной ящик в рост человека. Коротко кашлянув, Хаил ил Ланссаар завел руки за спину, продолжив, — Уверяю, мы вполне можем разойтись миром, более не держа друг на друга обид.
— Нам очень интересно, достойный… когда же скромные контрабандисты сумели обидеть кого-либо на «Куллиане»? — ядовито поинтересовался воскресающий духом и телом Захар под согласное бормотание своего коллектива: — Да ещё и настолько, чтобы получить угрозу в виде Черной Птицы?
От улыбки ил Ланссаара у меня свело скулы. Так мог бы улыбаться смертельно истосковавшийся по работе бог геморроев. Так улыбалась бы бабушка, сдающая полиции молодого соседа-закладчика. Так улыбается уволенный системный администратор, унося с собой все пароли и явки от оборудования.
— Наверное тогда, уважаемый Диртхавен, когда скромные контрабандисты швыряют за борт Аврору Аддамс по прозвищу Суматоха. Видите ли, причина, по которой я не мог вам предоставить возможность пообщаться с капитаном Рагилом ил Ланссааром, заключалась в том, что он получил сердечный приступ, когда увидел ваш… подарок, который мы выловили согласно всем морским законам.
Мой гнусавый вопль досады прозвучал чрезвычайно отчетливо сквозь гробовое молчание нескольких десятков эльфов. Очень бледных эльфов, надо заметить. Привлек внимание, а спустя несколько секунд и почти овеществленную ненависть со всех сторон. Моя «эмпатия» просто захлебнулась в накативших со всех сторон эмоциях. Это была не просто какая-то заурядная ненависть, это был настоящий прорыв искренней злобы самой высокой пробы.
— Надеюсь, что с почтенным Рагилом сейчас всё в порядке? — хрипло выдохнул Захар, продолжающий излучать в пространство эмоции чистого зла.
— Нет, — улыбка Хаила умудрилась стать ещё более мерзкой, — Он ушёл к деревьям Занзаары за пять минут до того, как мы спустили шлюпку на воду. Теперь я — временно исполняющий обязанности капитана «Куллиана».
Тишина была ему ответом. Впрочем, новоявленный капитан вовсе не стремился получить какой-либо ответ, он продолжил сам.
— Представьте себе, — говорил он, — Вы выплываете… нет, не на боевую операцию, не в опасную зону, а всего лишь по важному, но совершенно безопасному делу. Вы стоите на палубе «Куллиана» уже более полувека, посетили все материки Кендры, дрались с ранкийскими работорговцами, отстреливались от чаек-людоедов архипелага Куро, прошли мыс Аккул-Морог Льдистого моря… И тут такой сюрприз. Мои эмоции как старшего помощника легендарного капитана и, одновременно с этим, любящего сына, до сих пор бурлят, капитан Диртхавен!
Бурление это определенно вызывало сильное опасение у экипажа «Молниеносного». Бледные эльфы следили, не отрываясь, за вышагивающим туда-сюда ил Ланссааром. Порыв злости на меня исчез, смытый куда более сильной, однозначной и понятной всем эмоцией — страхом. Её я не ощущал, зато прекрасно мог разглядеть на прибалтийских остроухих лицах.
— Мы покойники? — глухо спросил капитан «Молниеносного», даже не делая попыток дернуть рукой в сторону заткнутого за пояс оружия.
— Нет, — последовал краткий ответ от осиротевшего сына.
Хаил ил Ланссаар позволил себе несколько секунд насладиться выражением лиц окружающих его контрабандистов, а потом смилостивился над ними,
