уйти, – говорит Китон, – махнуть на тебя рукой. Однако смотрю на ситуацию так: мы в одной команде и следующие два месяца нам предстоят опаснейшие испытания. Думаю, надо хотя бы найти общий язык. Ты как считаешь?
Я гляжу на нее, прищурившись. Она ведь не отстанет, и да, мне, как драйщику, глупо ее сторониться.
– Конрад, сын Элис.
Мы обмениваемся рукопожатием.
– Элис, – повторяет Китон, присаживаясь. – Ни разу такой фамилии не слышала.
– Бывший Урвин.
– Так ты племянник Ульрика? Эрцгерцога Холмстэда? Он ужасный человек. – Она замолкает и смущенно чешет затылок. – Кажется, зря я это сказала.
– Нет, я с тобой согласен.
Присмотревшись ко мне, Китон широко улыбается.
– Я Китон из Джонсонов. С острова Литтлтон. – Наш механик приземляется на подушку дивана рядом со мной. – Итак, кого ты здесь знаешь?
– Почти всех.
– Ну же, – пихает она меня локтем в бок. – Подробней.
– Другие рассказали тебе подробности обо мне?
– Вон тот, – Китон указывает на мастера-канонира, – назвал тебя брань. Не уверена, что поняла.
– Он прав. А как насчет тебя? Капитаном стать не желаешь?
– Отрицая это, я бы соврала, однако заработала высокие баллы в тесте по двигательному блоку, и наставник говорит, что у меня талант к механике. – Она указывает на рыжую девчонку, льнущую к Себастьяну. – Пэйшенс первая в моем классе. Я обошла ее только по движкам. Ну и на стрельбище. Честно, если бы она не тратила время на Себастьяна, то могла бы, наверное, стать первой во всей Академии.
Глядя, как Себастьян трется носом с Пэйшенс, я начинаю ненавидеть его сильнее, чем прежде.
– Не знал, что они пара, – говорю.
– О да, мы порой заставали их вместе в комнатах других девчонок. – Помолчав, Китон добавляет: – Видимо, они были знакомы еще до Отбора.
Я стараюсь сохранять невозмутимый вид, но эта Китон – прямо кладезь слухов. Так и сыплет информацией. Может, у нее есть какие-то корыстные мотивы? Нет, говорит она вполне искренне. Поверяя мне чужие секреты, сама приходит в возбуждение.
– Кажется, первенство в твоем классе мало что значит, – замечаю. – Я вот драйщик. Пэйшенс – стратег.
– Ну, команду же надо составлять с умом? Не стоит брать того, кто способен тебя потеснить.
Громила следит за нами, глядя то на Элдона, то на Брайс. Видимо, ему не нравится, что я тут общаюсь, завожу союзников, с которыми могу потом поднять бунт и сместить его. Он подзывает меня жестом руки и присвистнув.
Я не двигаюсь с места.
– Он, э-э, похоже, позвал тебя, – говорит Китон.
– Драйщик! – зло скрипит Громила. – Сюда!
Разговоры стихают, вся команда смотрит на нас.
– Лучше тебе подойти, – советует Китон. – А то еще поднимемся на борт, и он тебя сразу на губу отправит.
Я наконец встаю с дивана. Себастьян, нацепивший бирюзовый жетон кока, подмигивает мне из-за столика с угощениями. Ему не терпится поглядеть, что будет.
Когда я подхожу к Громиле, тот с улыбкой подзывает Брайс:
– Квартирмейстер. Хочу, чтобы ты для меня кое-что сделала.
– Да, капитан?
– Врежь ему. – Громила указывает мне на пах. – По яйцам.
– Это, – переминается с ноги на ногу Брайс, – против правил, сэр. Разборки с применением силы…
– Ладно, – ворчит Громила. – Скажи драйщику, что он урод.
Я закатываю глаза. У Громилы в руках такая власть, а он ведет себя как малолетка.
– Конрад, – оборачивается ко мне Брайс, – ты урод.
Себастьян и Громила ржут. Брайс хмурится.
Сделав серьезное лицо, Громила опускает ноги на пол и подается вперед. У него такое лицо, будто перед ним открылась тысяча возможностей, неограниченный потенциал. Урвин – и в его власти. Это единственная причина, почему он взял меня драйщиком аж в середине набора.
Он встает, возвышаясь надо мной как вонючий утес. От запаха перца в его дыхании слезятся глаза.
– Следующие два месяца ты вощишь мне ботинки, Элис. Пока пальцы до мяса не сотрешь. Но, если не желаешь себе такой доли, могу прямо сейчас предложить тебе сделку.
Я скрещиваю руки на груди:
– Какую?
– Скажи команде, – медленно произносит он, – что твоя мать была грязной шлюхой, недостойной даже самого паршивого борделя.
Я взрываюсь.
Швырнув Громилу на пол, пинаю его по башке. Он своими ручищами умудряется сбить меня с ног. Я падаю на бок, и сломанное ребро отзывается жгучей болью. Громила прыгает на меня сверху. Команда бросается разнимать нас, но он успевает врезать мне так, что череп чуть не раскалывается.
Перед глазами вспыхивают искры, однако я все равно цепляюсь за противника. Как он смеет говорить такое о моей матери?! Я его убью.
УБЬЮ!
Меня держит наш мастер-канонир:
– Спокойно, Конрад. Спокойно.
Стряхнув с себя его руки, я утираю кровь из-под носа. Элдон, Брайс и Китон сообща держат Громилу.
– Я тебя по стенке размажу, мелкий кусок дерьма! – орет он. – Отпустите, болваны! Всех на губу отправлю!
Не успевает он вырваться, как распахивается дверь. Все замирают при виде мастера Коко: встав на пороге, та обводит нас пылающим взором.
Громила оправляет куртку и вытягивается в струнку.
– Это еще что такое? – зло спрашивает мастер, переводя взгляд с моего рассеченного лба на окровавленный кулак Громилы. – Капитан, вы ударили драйщика!
– Драйщик начал…
– Молчать!
Он затыкается.
– Квартирмейстер, – обращается мастер Коко к Брайс. – Доложить.
Брайс мнется.
– Живо!
Родерик протягивает мне салфетку – утереть кровь со лба, а Брайс тем временем отчитывается перед мастером. Громила, пыхтя, падает на диван. Драйщик на корабле – тоже член команды, никак не мишень для забав и оскорблений.
Дослушав Брайс, мастер Коко потирает лоб. Мы стоим в холодной тишине; слышно, как поскрипывает на ветру балкон. Наконец Коко тихо и при этом хлестко произносит:
– Разборки с применением силы – не путь Охоты. Громила, ты дурак?
Он становится пунцовым.
Коко стремительно выходит на балкон и указывает пальцем на звездное небо.
– Вон там вас ждет угроза, страшнее которой не нависало над Скайлендом. Завтра вы отправляетесь в тренировочные угодья у Южных островов, где станете охотиться. Горгантавн одним взмахом хвоста рассечет ваш корабль, проглотит всех, до кого дотянется, а остальные полетят вниз, к черным облакам, в которых и растворятся. Возможно – возможно! – если вы станете работать сообща, то вам не доведется погибнуть самой мучительной и ужасающей смертью. – Она переводит дух. – Ты, Громила, обещал вскоре после того, как я тебя отобрала, оставить драки в прошлом. Подняться выше мелочных «побед». Солгал, значит. Хороший капитан правит хорошим кораблем с хорошими подвижными частями. Не будешь уважать команду – и она взбунтуется. А ты… – Коко оборачивается, и под ее взглядом моя улыбка гаснет. – Что с тобой не так, Конрад?
