Хотя политический курс неизбежно испытывал колебания, об 11-летнем периоде премьерства М. Тэтчер можно говорить как о последовательной реализации основных посылов идеологии тэтчеризма. Тэтчер относилась к редкому сейчас типу политических лидеров, исходящих из принципов и убеждений. Помимо убеждений на политический стиль Тэтчер наложили явный отпечаток ее личностные качества: редкая трудоспособность и энергичность, твердость и решительность, снискавшие ей прозвище «железная леди», агрессивность и бескомпромиссность, наконец, откровенная авторитарность.
Начав с включения в кабинет в 1979 г. наиболее известных фигур «старой гвардии» тори, премьер-министр по мере укрепления своего авторитета, не колеблясь, избавлялась от тех, кто выступал против ее курса или недостаточно решительно проводил его в жизнь. Тэтчер утвердила внутри правительства и кабинета жесткий президентский стиль правления, что не было характерно для издавна сложившейся традиции внутрипартийных отношений. Причем на ключевые посты в правительстве Тэтчер сразу поставила своих идейных единомышленников: Джеффри Хау был назначен министром финансов, а Кит Джозеф – министром промышленности.
С самого начала приоритетным направлением деятельности правительства стала реализация монетаристских принципов экономической политики, борьба с высокой инфляцией, бюджетным дефицитом, чрезмерными государственными расходами и слабой финансовой дисциплиной. Консерваторы последовательно и решительно сокращали субсидирование и государственную помощь фирмам частного и государственного сектора. Сокращение расходов затронуло и государственный аппарат, и социальные выплаты. Сочетание глубокого экономического кризиса 1979–1981 гг. и жесткой экономии госрасходов привело к быстрому росту безработицы, которая достигла пика – 3,3 млн человек – в 1984 г. В налоговой политике правительство Тэтчер взяло курс на значительное снижение прямого налогообложения. Для восполнения потерь бюджета кабинет резко увеличил косвенные налоги – на бензин, автомобили, табак, спиртные напитки; в 1979 г. с 8 до 15 % был повышен НДС, что привело к значительному подорожанию всех товаров.
Прямой социальной реакцией на политику «шоковой терапии» стала волна молодежных бунтов, прокатившаяся летом 1981 г. по крупнейшим городам Великобритании. Активное недовольство курсом правительства Тэтчер выражала и элита индустриального мира, лишившаяся государственной поддержки промышленности. С осуждением жестокости правительства публично выступали иерархи государственной Англиканской церкви. Об ожесточенной критике тэтчеристского курса со стороны лейбористов и профсоюзов и говорить не приходится.
В декабре 1980 г. рейтинг Маргарет Тэтчер упал до 23 % – самый низкий показатель, который когда-либо фиксировался у британских премьер-министров. Естественно, подобная общественная атмосфера порождала тревоги и сомнения внутри самой Консервативной партии. И в партийной верхушке, и в местных парторганизациях все громче раздавались голоса о необходимости смягчения социально-экономической политики. И только железная политическая воля Тэтчер, ее решительность и непреклонная уверенность в правильности избранного пути, а также то обстоятельство, что вокруг нее уже сплотилась команда единомышленников, позволили переломить пораженческие настроения в партийных рядах и избежать того «поворота на 180 градусов», который десятью годами ранее совершил Э. Хит.
В 1982 г. в экономике Великобритании наметились первые положительные сдвиги: возобновился экономический рост, уровень инфляции снизился с 18 до 8,6 %. Укреплению политических позиций консерваторов способствовал и глубокий дрейф Лейбористской партии влево, который привел к отколу от нее Социал-демократической партии. В результате на парламентских выборах 1983 г. консерваторы получили поддержку 42,43 % избирателей и сохранили комфортное большинство в Палате общин.
Одним из самых крупных достижений правительства Тэтчер стало осуществление широкомасштабной программы приватизации предприятий госсектора. Распродажа государственных активов мотивировалась как прагматическим стремлением к пополнению казны, так и идейным убеждением в том, что частная форма собственности обеспечивает компаниям более высокую эффективность, а потому больше отвечает экономическим интересам страны.
Уже в первые годы пребывания у власти консерваторы провели приватизацию ряда государственных корпораций: авиакосмической British Aerospace, телекоммуникационной Cable and Wireless Communications и нефтяной British Petroleum. Приватизация осуществлялась поэтапно, в течение ряда лет, путем продажи акций. После победы на выборах 1983 г. темпы приватизации значительно ускорились. Всего к парламентским выборам 1987 г. доля продукции госсектора в экономике снизилась с конца 1970-х гг. с 10 до 6,5 % ВВП.
С приватизацией было связано еще одно идеологически и психологически важное направление деятельности тэтчеровского кабинета – формирование «демократии собственников». Уже в бюджете 1980 г. был предусмотрен ряд налоговых скидок для мелких предпринимателей, прежде всего для тех, кто открывал свое дело. Были облегчены условия кредитования малого бизнеса, созданы консультационные службы, помогавшие новичкам. Если в 1979 г. количество лиц, имевших собственное дело, составляло 1,9 млн человек, то к выборам 1987 г. их насчитывалось уже почти 3 млн. В целом же в секторе малого бизнеса к концу 1980-х гг. была занята четверть всего самодеятельного населения.
Имела успех и политика приобщения наемных работников к владению капиталом через «распыление собственности», т. е. широкую распродажу акций приватизируемых корпораций и фирм. В результате доля акционеров, пусть и символических, выросла с 7 % взрослого населения в 1979 г. до 25 % в 1990 г.
Другая мера консервативного правительства, пользовавшаяся большой популярностью, – целенаправленная распродажа муниципального жилья, находящегося в собственности государства: каждый желающий мог на льготных условиях (оценка со скидкой в 30–50 % к рыночной стоимости, гибкая рассрочка платежа и т. п.) приобрести занимаемое им жилище в собственность. С 1979 по 1990 г. доля владельцев собственного жилья возросла с 55 до 67 %.
За счет подобной целенаправленной политики консерваторам удалось расширить свой традиционный ареал влияния, завоевать симпатии прежде ориентировавшихся на лейбористов более состоятельных категорий работников физического труда. Дух предпринимательства, конкуренции, успеха переносился из сравнительно узкой сферы собственников и менеджеров на значительно более широкие общественные слои и в какой-то мере – на общество в целом.
Значительно более сдержанной и осторожной была линия правительства Тэтчер в отношении преобразования систем государственных социальных услуг. Это было связано с тем, что приверженность большинства британцев полноценному функционированию «государства благосостояния» оказалась исключительно глубокой. Поначалу консерваторы пытались добиться снижения расходов на сферы образования, здравоохранения, пенсионного обеспечения и усиленно стимулировали использование частных услуг в этих сферах. Однако рост массового недовольства подобной экономией и ухудшением состояния систем социального обслуживания побудил правительство отказаться от непопулярных мер и перейти к наращиванию ассигнований на поддержание и развитие этих систем. Показательно, что если государственные расходы на поддержку торговли и промышленности резко снижались, то на здравоохранение, социальную защиту, поддержку занятости и подготовку специалистов – выросли почти на треть.
Зато в остававшихся у государства секторах промышленности тэтчеровский кабинет занялся проведением жесткой оптимизации. Во главе компаний госсектора ставились управленцы из частного бизнеса, которые ориентировались исключительно на достижение эффективности и получили карт-бланш на проведение массовых сокращений работников и закрытие нерентабельных предприятий. Наиболее жесткий и масштабный характер такого рода реорганизация приобрела в сталелитейной и угольной промышленности. В последнем случае она сопровождалась лобовым столкновением с самым боевым профсоюзом страны – Национальным союзом горняков.
Руководство Консервативной партии еще до прихода к власти рассматривало тред-юнионы в качестве главного организованного противника в деле наведения порядка в экономике страны. Тем не менее правительство Тэтчер не спешило предпринимать решительные антипрофсоюзные действия, хорошо понимая силу тред-юнионов, стачечная активность которых привела к поражению кабинета Э. Хита в начале 1974 г. Законодательство, направленное на снижение возможностей профсоюзов, принималось дозированно. Параллельно правительство небезуспешно стремилось убедить общество, что эти меры нацелены на демократизацию тред-юнионов, призваны защитить их рядовых членов от экстремистов из числа профсоюзного руководства и актива. Представители тред-юнионов были исключены из большинства консультативных правительственных комиссий по вопросам экономической и социальной политики.
