конверт.
– Проклятье! – не удержавшись, на выдохе прошептал Матаан, ощущая глухое раздражение.
Какой кретин мог нанять это убожество, какому ослу пришло в голову передавать письмо здесь, где малейшее подозрение на нем будет равно смерти!
Вслух он больше ничего не сказал, только забрал письмо и сделал девушке знак остаться. Впрочем, спокойствие его длилось недолго. Мгновением позже служанке выпала великая честь увидеть крайнюю степень изумления на лице, обычно невозмутимого, Верховного жнеца.
Закончив читать, Матаан медленно поднял взгляд к девушке.
Если бы он знал, с какой бестолочью начал дело – никогда бы не связался с Нагсом. Вручить яд трусливой селянке, после чего писать письмо, в котором иносказательно, но говорил, что она и есть его шпион, наконец просто доверить бумаге факт их с Матааном близкого знакомства… И пусть письмо было предельно бессмысленным для постороннего и в другой раз жнец не отнесся бы к небольшой неосторожности так остро, сегодня даже эта мелочь вызывала глухую вспышку раздражения.
Покачав головой, жнец без слов подошел к столу, на котором как раз догорала свеча. Немедля, он поднес к огоньку край бумаги.
– Подойди, – коротко и властно распорядился он, не глядя на девушку.
Той ничего не осталось, кроме как повиноваться и шагнуть к мужчине.
Педантично проследив за тем, чтобы бумага сгорела полностью, Матаан обернулся к девушке. Несколько мгновений он просто смотрел на нее, после чего резко сжал ее подбородок, поднимая голову.
– Расскажешь где я и сколько стражи. Скажешь, что мне здесь тесно, поняла? – пристально глядя в глаза побледневшей служанки, отчеканил он.
– Да… – едва слышно пролепетала она.
Внимательно глядя на нее, Матаан еще мгновение не отпускал ее, после чего разжал ладонь.
– Пошла вон, – привычно коротко и мрачно бросил он, снова развернувшись к окну.
«Не нуждается ли в чем-то мастер…» – эта фраза из всего письма привлекла его внимание наибольше.
Мастером его называли только его люди. Те, на кого он мог положиться как на Зажигающего.
Губы жнеца дрогнули в едва заметной улыбке. Если Нагс поможет им – Матаан свободен, а тогда… Тогда Нагсу можно простить и несколько глупостей.
Глава 11. Во славу Коша!
– Корм? – осторожно уточнила Лейви, нахмурившись.
Хмыкнув, женщина кивнула, знаком велев им сесть. Впрочем, послушалась только Лейви. Подавленная внезапной опасностью, осознанием того, что это она втянула в беду друзей, девушка ощутила, как подкосились ноги и медленно опустилась обратно на солому.
Куда более сдержанным оказался Тард и Ошер, хотя последний и ощутил дурноту, подкатившую к горлу. Очутиться лицом к лицу с неведомой, смертельной опасностью оказалось совсем не занятно.
– Может все же назоветесь и расскажете в чем дело? – осторожно подал голос Ошер.
Иронично приподняв бровь, женщина бросила на него взгляд.
– Сначала поведайте, кто вы и как кшерха и оборотня угораздило попасться? Где это знаменательное событие произошло и как ваш предводитель такое допустил?
От пристального взгляда женщины не укрылись быстрые взгляды, которыми обменялась троица. Это был не тот момент, когда из их горе-прогулки стоило бы делать тайну, но тот факт, что женщина не делала и шага навстречу даже в том, чтобы назвать имя, напрягал.
– Наш предводитель ничего не знает, а если знает – уже на полпути сюда, – все же отозвалась Лейви, невольно поежившись. Эта перспектива и радовала и не очень.
С губ женщины сорвался смешок.
– Значит ваш предводитель – болван. Терять время и силы на поиски такой мелочи, – жестко бросила она.
Внимательно наблюдавший за ней Тард нахмурился.
– Лейви! – только и успел воскликнуть он, понимая, что незнакомка просто выводит девушку из себя.
Но было уже поздно. Мгновенно вспыхнув, Лейви резко вскочила на ноги.
– Не смей говорить такого о нашей Воле!
– Воле? – разом изменившимся тоном протянула женщина, скрестив руки на груди.
Пристальный взгляд скользнул по, разом смутившейся, Лейви. За вспышкой гнева пришло запоздалое смущение, осознание, что ее просто спровоцировали.
– Значит Лейви?.. – по-новому взглянув на девушку, незнакомка вдруг улыбнулась. – А полное – Лейвина, ты дочь Дараи и Рамины? Удивительно, хотя и ожидаемо. Рамина в твоем возрасте была такой же.
– Вы знаете мою мать? – на миг опешив, изумленно воскликнула девушка.
Если бы вдруг верхний мир рухнул ей на голову она удивилась бы меньше. Ей-то казалось, что за свою недолгую жизнь она успела узнать обо всех знакомых матери.
И если Лейви была просто удивлена, Тард невольно напрягся. Неожиданности редко бывали приятными и радоваться этому открытию он не спешил.
И только Ошер казалось ничуть не удивился, только озадаченно нахмурившись. О всех знакомых в этом мире Лейви знала, кшерхом незнакомка не была. Как нельзя ярко вспомнился недавний разговор с Волей, легенда о происхождении огромной ограды из валунов…
– Вы страж! – не совсем, впрочем, понимая, о ком он говорит-то, воскликнул принц.
И только когда женщина, ухмыльнувшись, кивнула, ощутил удивление пополам с раздражением. Ситуацию это не проясняло, он все еще не представлял, кто такое стражи.
А вот Лейви, этого объяснения хватило, чтобы прийти в восторг.
– Настоящий?
– Игрушечный, – закатив глаза, бросила женщина, разом посерьезнев. – Мое имя – Анна. Анна Барс. Познакомились и к делу. Раз нам принесли это, – она с непонятной брезгливостью указала на сыр, молоко, хлеб и мясо, разложенный на импровизированном столе. – Значит скоро нас поведут на бой.
Обведя взглядом разом затихшую троицу, Барс криво усмехнулась.
– Бой? – помрачнев, уточнил Тард.
Вздохнув, Анна кивнула и взглянула уже прямо на него.
– В этом мире нет таких оборотней, как ты. Здесь нет людей, которые превращались бы в зверей. Здесь есть только звери, которые превращаются в людей, но при этом они остаются животными, жаждущими крови. Таким чудовищам и поклоняются кошары. В их селении всегда жили оборотни, они были божествами, но… Со временем раса вырождалась, а от скрещивания человека и оборотня все реже получался новый оборотень. Чаще результатом была смерть человека или рождение уродца.
Нахмурившись, Лейви невольно передернула плечами и тоже взглянула на Тарда. Что-то смутно подсказывало, что именно ему отведена в этой дурацкой неприятности самая важная роль. И она не ошиблась.
– И вот теперь кошары считают, что у них есть самки, подходящие для божества и нарушитель владения их светоча. А так как прежде всего они ценят кровь – сначала божество получит возможность
