Взгляд его скользнул ниже по обнаженному телу. Небольшой, но глубокий шрам алел чуть ниже плеча. Роберт знал, что на том же уровне на спине есть точно такой же след – от пулевого ранения навылет…
Широкий шрам обезобразил бедро. Это след скальпеля испанского хирурга, так и не сумевшего извлечь вторую пулю из его тела. Роберт все еще носил ее в себе. Наконец, третья пуля оставила след на колене, хотя и не раздробила его. Именно этот выстрел свалил Роберта на землю…
Он наклонился и, скривившись от боли, поднял с низкого стула чистую рубашку. Теперь предстояло ее надеть. После долгих болезненных усилий ему удалось это сделать. Медленно присев на край кровати, Роберт со стоном натянул брюки. Посидев несколько минут, он схватился руками за столбик кровати, с трудом поднялся и снова посмотрел на себя в зеркало. Собственный вид показался ему почти нормальным.
Теперь ему предстояло спуститься в гостиную по крутой лестнице, и это обещало новые мучения. Но сперва надо было надеть сапоги, а для этого – опуститься на пол.
Снаружи постучали.
– Войдите!
Дверь открылась, и на пороге появился Эдвард. Оглядевшись, он не сразу увидел Роберта, сидевшего на полу со скорченным от боли лицом и натягивающего на ноги сапоги.
– Что ты делаешь? – удивленно спросил он.
– Разве не видишь? Одеваюсь!
– А почему на полу?
– Потому что не рассчитал и сел мимо кровати. Кто сейчас внизу?
– Все уже собрались в гостиной. Нет только…
– Понятно! Тогда позови ко мне Шоу или Эндрю, только не Тристана. Он всегда много говорит и задает тьму ненужных вопросов!
– Ладно, – кивнул Эдвард. – Но сначала я хочу тебе кое-что сказать.
Со стоном поднявшись с пола, Роберт скрестил руки на груди и вопросительно посмотрел на Эдварда:
– Говори!
– Внизу тебя кое-кто дожидается. Я для того и поднялся к тебе, чтобы сообщить об этом.
Сердце Роберта учащенно забилось.
– Кто же именно? – спросил он изменившимся голосом.
– Люсинда. Она только что о чем-то долго говорила с Джорджи. Сказала ей, что торопиться нет причин, но все же…
– Спасибо, Эдвард, за то, что предупредил меня! Пожалуйста, найди поскорее Шоу или Эндрю и попроси их подняться ко мне. Скажи, что я очень нуждаюсь в помощи.
– Ты что, снова сломал ногу? – в ужасе воскликнул Эдвард.
– Пока только немного подвернул, но ходить мне очень трудно. А уж спуститься по лестнице без посторонней помощи я и вовсе не смогу…
– Давай я помогу тебе!
– Ты не сможешь, я слишком тяжелый для тебя. Здесь нужны как минимум двое сильных мужчин!
– Ладно, я мигом! Только ты без нас никуда не выходи.
– Не волнуйся, я не смог бы, даже если бы захотел.
Не прошло и пяти минут, как в комнату вошли Шоу, Эндрю и Тристан. Эдвард остался стоять у дверей, а из-за его спины выглядывало двое слуг.
– Что случилось? – испуганно спросил Брэдшоу.
Роберт обеспокоенно спросил Тристана:
– Надеюсь, Джорджиана не несется сюда, прыгая через три ступеньки?
– Да нет же, нас здесь и так более чем достаточно. Но что все-таки случилось?
– Ничего страшного, просто больное колено к утру невыносимо разболелось. Я хотел попросить вас помочь мне спуститься вниз. Эдвард, которого я послал за вами, наверное, немного перестарался…
– Нам с Дэром не мешало бы сперва поговорить с доктором о том, при каких обстоятельствах подобная травма может привести к параличу, – заметил Шоу. – Вы согласны, Дэр?
– Согласен.
Эндрю и Шоу повернулись и вышли из комнаты, а Тристан присел на край кровати Роберта:
– Больно?
– Нет, – солгал Роберт.
Боль мучила его уже несколько дней, так что постепенно он начал к ней привыкать, но-вчерашние танцы вызвали резкое обострение.
Тристан с жалостью посмотрел на Роберта, потом сказал со вздохом:
– Сейчас они вернутся, и мы сможем перенести тебя в гостиную, после чего я пошлю за врачом – пусть осмотрит твое колено и назначит лечение. А пока постарайся не очень двигаться, чтобы…
– Брось! – резко оборвал старшего брата Роберт.
Он был готов вынести любую боль, только бы избавиться от покровительства Тристана.
– Ну хорошо, пусть будет по-твоему. Я не стану вызывать врача до тех пор, пока тебе не станет хуже.
Роберт молчал. Он понимал, что выиграл спор: Тристан боялся его волновать, а потому больше не настаивал. Но все же он предпочел бы сейчас спуститься в гостиную.
– Дай руку, – попросил он Тристана.
Наконец с помощью братьев ему удалось встать с постели и спуститься в гостиную.
Добравшись до пустого стула и с удовлетворением поняв, что теперь его состояние уже не вызывает сильного волнения у родственников, Роберт внимательно посмотрел на Люсинду; она же не спускала глаз с его колена. Взгляд ее говорил:
«Да, теперь мы не сможем убедить кого-либо в том, что Роберт не является инвалидом. Этот безумец решил пойти танцевать и теперь не сможет ходить!»
Что ж, теперь, когда все стало предельно ясным, ей уже не надо придумывать предлогов для того, чтобы уйти.
– Я собиралась попросить вас, Роберт, прогуляться вместе со мной по саду и посмотреть, как обстоят дела с розарием, – сказала Люсинда, невинно глядя в глаза Карроуэю. – Но теперь, видимо, нам придется на какое-то время забыть о совместных прогулках. Так что просто расскажите мне о нем.
Роберт глотнул воздуха и посмотрел на Люсинду. Боже, до чего она была хороша в своем любимом муслиновом платье! Казалось, что проникавший в гостиную солнечный свет исходил не от дневного светила, а от нее.
– В комнате тетушки Милли есть прогулочная трость, – поджав губы, возразил Роберт. – Может быть, с ее помощью я смогу составить вам компанию? Эдвард, принеси трость!
– Да, сейчас! – с готовностью откликнулся младший брат и выбежал в коридор.
Через несколько минут он вернулся со старинной деревянной тростью. Роберт взял ее и проверил на прочность, опершись на трость всем телом. Трость выдержала, но оказалась слишком короткой. Острая боль пронзила колено Роберта, однако он решил, что сможет ее выдержать. Впрочем, он мог выдержать все, что угодно…
– Что ж, я готов! – обратился Роберт к Люсинде, которая тут же подхватила бы его под руку, если бы он решительно не воспротивился этому: – Не беспокойтесь. Я сам сумею управиться!
Люсинда посмотрела в лицо Роберта и заметила, что у него от чрезмерного напряжения пересохли губы.
– Я вовсе не намерена вам помогать, – сказала она, как бы оправдываясь. – Просто пытаюсь обучить вас поведению настоящего джентльмена..
– Надо понимать, это ваш очередной урок?
– Вовсе нет! Это общепринятые правила поведения мужчины, гуляющего с дамой.
