все закончится.
Ближе к ночи, наконец, послышался рев мотора. Архип с Зойкой вернулись. Интересно, знала ли она, кто ее отец? Наверное, будь мой отец Странником, я бы хотела быть в курсе. И не для того, чтобы почувствовать собственную исключительность, отщипнув от его славы кусок. А для чего? Может… Чтобы им еще больше гордиться?
Я подлетела к окну и замерла, вглядываясь в темноту в попытке разглядеть очертания приближающейся машины. Вот она показалась из-за поворота, вот фары осветили двор. Вот стих мотор, показалась высокая фигура Сильвестрова. А Зойка выходить не спешила. Только когда дверь снова распахнулась, и Архип поднял дочь на руки, я поняла, что она уснула в дороге. Путь был и впрямь неблизкий, а время позднее.
Курить хотелось немилосердно. Но я не стала, помня о том, что Архип этого не любил. Наверное, это было некоторым лицемерием с моей стороны. Мне еще предстояло разобраться, как на мой отказ от курения повлияла догадка о том, что Архип и Странник – одно лицо. Возможно, я уже начинала пресмыкаться перед гением последнего. Ведь до этих пор плевать я хотела на пожелания Сильвестрова. Фу-у-у, Дашка. А говорила, что не будешь на него молиться, выходит, врала? Нет-нет! Черт… Да. Но это потому что я пока до конца не осознала. Что он – это он. Мамочки…
Сердце колотилось в груди. Все одновременно упростилось и усложнилось стократно. Да, Архип был очень сложным человеком. Но он был мужиком из плоти и крови, со своими принципами, заморочками, раздражающей порой молчаливостью… Мужиком, который порой сводил меня с ума, но от которого мне, тем не менее, не хотелось уходить. Я даже как будто бы разобралась, как с ним себя вести, чтобы ему было комфортно.
Но Странник…
Странник был явлением. Человеком-загадкой. Человеком… не побоюсь этого слова, легендой. Тем, кто ломал устои и формировал новые смыслы так давно, что, быть может, уже перестал принадлежать сам себе, став общественным достоянием.
И теперь я смотрела на него и не знала, что мне делать. Признаться, что я все поняла? Попросить его подтвердить или опровергнуть мои догадки? Но кто я такая, чтобы рушить те стены, которыми он вполне осознанно себя окружил?
В конце концов, я пришла к выводу, что будет правильно дождаться, когда он сам захочет поведать о себе правду. Если он захочет…
Да-да, лучше притвориться, что ничего не изменилось. Пока мои подозрения не будут озвучены, у меня останется шанс побыть с ним хоть немного. А после… Я не уверена, что он захочет. Что он не оттолкнет меня, посчитав угрозой для своей много лет выстраиваемой легенды.
Я была так взорвана событиями последних часов, что когда Архип заглянул ко мне в спальню, притворилась спящей. Только потом в голове мелькнуло, что по моему сорванному дыханию он мог вполне догадаться, что я притворяюсь. Но как бы там ни было, он никак не обозначил, что понял. Просто постоял недолго в дверях под звуки моего колотящегося сердца и… ушел так же бесшумно, как и появился.
Следующие пару дней были довольно странными. Зойка ходила в школу, мы работали в мастерской. Ну, как? Он работал. А я тихонько сидела в сторонке, ловя каждое его движение, каждый взгляд и жест. Когда приходило время обеда, я подносила ему поесть. Следила, чтобы у него под рукой всегда была вода. И теплый чай.
И ни разу за это время я не попыталась заглянуть ему за плечо. Если поначалу Архип подбирался, стоило мне подойти чуть ближе, будто готовясь, если потребуется, отшить, то со временем даже он расслабился, перестав меня замечать вовсе. Для кого-то такое поведение могло показаться пренебрежительным. Но я-то знала, что на самом деле таким образом он, напротив, выказывал мне наивысшее доверие. И млела… Млела, как последняя дурочка. Заглядывала в глаза в поисках одобрения и по чуть-чуть проверяла, как он отреагирует на ту или иную мою инициативу. Я так изучала его, да… Осторожно. Шаг за шагом. Это было непросто. Сильвестров был по-настоящему сложным человеком, особенности поведения которого наверняка подпадали под какой-то диагноз. Но я имела дело с гением. Разве гений мог быть простым? Нет.
– Завтра я уеду.
– М-м-м? – отвлеклась от своих каляк-маляк я.
– Завтра я уеду, – повторил Архип. – Будем заканчивать эпопею со стройкой.
– Что-то удалось выяснить?! – я широко распахнула глаза. – Почему ты молчал? Новиков с ними заодно, да?
– Нет, – поморщился Архип. – Но поскольку эта шумиха наверняка подорвет доверие к его компании, он не заинтересован в том, чтобы правда всплыла наружу.
– Но как же…
– У него большие связи. Как-то решит. Меня это волнует мало.
– Ясно, – сглотнула я. – Так… А с кем ты встречаешься? И чему будет посвящена встреча?
– С Новиковым.
– С Новиковым?! – ошалела я, не совсем понимая, как Архип мог выйти на бизнесмена его уровня.
– Будем торговаться. Они отсюда уходят и оставляют тебя в покое, – Сильвестров бросил на меня короткий, нечитаемый взгляд. – А мы делаем вид, что не в курсе остальных махинаций.
– Почему ты думаешь, что он тебя послушает? – искренне изумилась я. Ну то есть, понятно, если бы на встречу приехал сам Странник с его уровнем медийности, Новикову ничего бы не оставалось, кроме как согласиться. Но ведь Архип вряд ли станет раскрывать свое инкогнито. Будь так, я бы первая этому воспротивилась. Потому что мне от него не нужны были такие жертвы.
– У меня есть несколько козырей. Не парься.
– Легко сказать, – растерянно проблеяла я.
– Думай о том, что уже завтра вечером ты будешь свободна, – хмыкнул Архип, выплескивая остатки чая в мойку. Вот так, да… Буду свободна. «А если я не хочу?! Что если я не хочу?» – рвало меня в клочья непонятно с чего вдруг накатившей истерикой.
– Ясно, – улыбнулась дрожащими губами. Встала из-за стола, за которым мы пили чай. Убрала и свою чашку – Архип явно дал понять, что посиделки закончились, я достаточно его изучила, чтобы считать это безошибочно. Вытерла несуществующие крошки и вышла на веранду.
Сигареты, к которым я не прикасалась все это время, успели здорово отсыреть. Пришлось даже повозиться, чтобы подкурить сижку. Еще и пальцы дрожали…
– Вернусь послезавтра в обед. Путь неблизкий. Присмотришь за Зойкой?
– Конечно, – дымя носом, как дракон, пообещала я.
– Тогда
